получится. Счёт был с сюрпризом: для распоряжения деньгами в банк должен был быть предоставлен документ с тремя подписями: моей, казначея и лорда Бельского.
В общем, я как могла подстраховалась, и теперь у нас была достаточно солидная сумма для помощи людям. Всего с аукциона было получено 77000 золотом, что в несколько раз превышало стоимость партии зерна, которую готовили на погрузку для отправки в соседние страны.
И тут мы с казначеем тоже продумали ход: часть полученных от аукциона денег он должен был перевести в казну королевства, типа как мы выкупили это зерно, а само зерно можно было бы распределить по уездам…
И вот этими деньгами король пусть и распоряжается как знает. А мне теперь не придётся с пустыми руками объезжать территории.
После проведения всех расчётов я поднялась на возвышение и объявила, какую сумму удалось собрать и что вся сумма перечислена на отдельный счёт в банке и будет потрачена сугубо на помощь населению. Газетчики, которые были приглашены нами, тут же записали мои слова и побежали готовить новость к печати, а на лицо короля Дагвина было приятно посмотреть. Он сильно сжал губы и смотрел на меня, как в первый раз, слегка прищурив глаза. А вот реакцию Алистера я не видела, о ней мне потом рассказала подруга. И, судя по её рассказу, его реакция была более эмоциональной. Он бросил какое-то ругательство, после чего быстро ушёл.
* * *
Следующие три месяца у меня ушли на то, что мы с подругой и тремя толковыми ребятами, которых мне посоветовал казначей, посещали уезды и уделы. Конечно же, папочка тоже выделил двоих своих соглядатаев, чтобы быть в курсе всего происходящего, да и моя охрана была при мне. Так что процессия была внушительной. А еще и подводы с зерном, которые были отправлены ранее. На местах я встречалась с людьми, записывала их жалобы, кое-какие удавалось решать там же, какие-то требовали более детального рассмотрения, и я их записывала себе. Но теперь нас везде встречали с улыбками. Пиар, который прошёл в газетах, сыграл своё дело, и теперь люди не смотрели на меня волком, а с радостью общались и даже приглашали к себе в дома.
И вот, когда мы проезжали по территории Асванского уезда, из толпы людей, которые собрались на площади в Асгоре чтобы поприветствовать меня, раздался громкий женский возглас:
— Ирэния!!! Её Высочество Ирэния вернулась!!! Неужели Многоликий услышал мои молитвы? Ваше Высочество, а дочь моя, Мария, с вами?!
Я замерла в седле… Ирэния? Мария?.. Откуда эта женщина знает моё настоящее имя и имя моей почившей матушки???
Пока я пребывала в ступоре, один из стражников, которых приставил к нам местный градоначальник, кинулся в толпу и занёс руку с плеткой над пожилой женщиной. Юлька толкнула меня в бок, и я успела выкрикнуть:
— Не сметь!!!
Стражник отступил, а я, справившись с шоком и бросив многозначительный взгляд на Юльку, сказала:
— Не сметь поднимать руку на женщину! Олаф, — один из моих охранников тут же подъехал ко мне, — проводи женщину домой, вызови к ней лекаря, видишь, она упала, и оплати её лечение. Мы все должны уважать старость. Я не в обиде на эту женщину: возраст, память и зрение подвели её… Но так меня любила называть моя старая нянюшка, и я даже благодарна этой женщине, возвратившей меня на минуту в детство.
Люди, ставшие свидетелями этого, расслабились, заулыбались, и я краем глаза заметила, как Олаф спешился и нырнул в толпу, которая уже закрыла от меня старушку, сидящую на земле и смотрящую на меня с удивлением и теплотой.
Наша процессия двинулась вперед, да только меня уже не радовали ни теплая погода, ни ласковое солнце, ни приветливые выкрики людей… Я почувствовала себя уязвимой. Опасность разоблачения повисла над нами с подругой, и впервые я занервничала…
Глава 23
Юлька
Идя к Ирэн, чтобы посидеть и поболтать, я и не могла представить, чем закончатся для нас наши обычные посиделки. Что мы каким-то образом окажемся непонятно где, ещё и в обществе чокнутой старушки, которая будет нам вещать про другой мир и варварские законы. И что моя подруга окажется двойником местной принцессы, сгинувшей в реке.
И можно было бы списать всё произошедшее на глюки или на паленое вино, но это была наша новая реальность, в которой подруге пришлось примерить на себя роль местной принцессы, чтобы спасти нас.
Ну а что нам на тот момент оставалось? Ведьма сказала, что тут попаданок не жалуют и что мы можем легко оказаться на плахе или на костре, а помирать в полном расцвете лет ни мне, ни Ирэнии не хотелось. Да и сбежать… Куда? Мира мы не знали, местных денег не имели, да и законы были нам неизвестны.
Но я была рада, что мы тут оказались вместе. Нам не привыкать попадать в истории, и мы всегда с Ирэн прикрывали спины друг другу. Вот и сейчас, подруге досталась ключевая роль, а я должна была прикрыть ей спину и сделать так, чтобы её, то есть нас, не раскусили.
В общем, моя подруга стала местной принцессой, а я — её компаньонкой, и, что самое удивительное, но приятное для нас, подмены никто не заметил, и нам можно было выдохнуть с облегчением, что мы и сделали, попав во дворец и пообщавшись с родственниками настоящей принцессы. А моя роль компаньонки помогала мне находить общий язык со слугами и получать ценную информацию.
И вот вроде бы жизнь налаживается: от старого извращенца, любителя молодых девочек, получилось избавиться; пережили плен у пиратов без потерь; Ирэния стала потихоньку заслуживать авторитет, завела дружбу с не последними лицами королевства, как эта поездка в Асгор и выкрик женщины, когда она назвала Ирэнию настоящим именем…
Шок? Это ещё мягко сказано! Если я была в шоке и растерялась, то боюсь представить состояние своей подруги! Но она быстро взяла себя в руки и поступила, на мой взгляд, вполне достойно. А ещё и предусмотрительно: отправив проводить старушку домой одного из охранников, который присягал Ирэнии в верности.
Он, даже если эта старуха и будет что-то говорить по пути, не сделает ничего, что бы навредило Ирэнии.
Мы продолжили путь, но я видела, что подруга напряжена. Остановились в гостинице в центре Асгора, и Ирэния сразу скрылась в номере. А я задержалась… Тихо попросила Марка, с которым не раз тренировалась на клинках, сообщить мне, когда
