Она с завистью посмотрела на него.
— Он тоже был твоим современником? И ты знал философа по имени Аристотель?
Коннор рассмеялся.
— С одним я разминулся на триста лет, с другим — на две с половиной тысячи, — сказал он.
— Прости, — сказала девушка, покраснев. — Я не слишком хорошо разбираюсь в истории.
Он тепло улыбнулся.
— Если бы я знал, что я могу принести какую-то пользу, если бы был уверен, что чем-то могу отплатить за все беспокойство, которое я причинил, я немедленно отправился бы в Урбс и вскоре вернулся бы. Я хотел бы отплатить тебе.
— Заплатить? — спросила она удивленно. — Мы не используем денег, разве что для платы налогов.
— Налогов?
— Да. Урбских налогов. Они приходят брать налоги. Налоги должны выплачиваться деньгами. — Она гневно воскликнула. — Я ненавижу Урбс и все, что они сделали! Я ненавижу их!
— Неужели налоги настолько велики?
— Велики? — повторила она. — Любые налоги велики! Это разница во взглядах, вот и все! Так долго, пока правительство имеет право брать налоги, существует несправедливость. А как насчет других прав, которые узурпировал Повелитель?
Она замолчала, позволяя возмущению несколько остыть.
— Ну, — сказал он небрежно, — ведь эта привилегия, которая лежит на любом правительстве, не так ли?
Ее глаза горели.
— Я не могу понять человека, который отказывается от своих естественных прав, — воскликнула она. — Наши люди готовы умереть за свои убеждения!
— Но они не делают этого, — заметил Коннор спокойно.
— Потому что они просто погубят свои жизни за зря! Они не смогут сражаться с Повелителем и надеяться на хоть какой-то успех. Но, подожди, время настанет!
— И тогда, насколько я понимаю, весь мир погрузиться в прекрасное состояние анархии?
— Разве это не идеальная цель, за которую следует бороться? — горячо спросила девушка. — Позволить каждому существу получить свою свободу? Разрушить даже саму возможность несправедливости?
— Но…
Коннор замолчал, задумавшись. Зачем ему спорить об этом с Эвани? Он не чувствовал обязательств по отношению к правительству Урбс. Повелитель ничего не значил для него. Единственное государство, за которое он бы пошел в бой, давно умерло. Тысячу лет назад. Вся преданность, сохранившаяся в нем, была преданностью по отношению к Эвани. Он улыбнулся.
— Безумство или нет, Эвани, — пообещал он. — Твое дело — это мое дело!
Она внезапно стала мягче.
— Благодарю тебя, Том. — Затем сказала более тихо. — Сейчас ты знаешь, почему Ян Орм так заинтересован в ракетах. Ты понял?
Ее голос сменился шепотом.
— Революция!
Он кивнул.
— Я догадался. Но раз ты ответила на один мой вопрос, то может быть ответишь и на второй. А как насчет неудачных результатов экспериментов, до сих пор живущих в этом мире, продуктов попыток добиться бессмертия?
Она снова залилась румянцем.
— Ты имеешь в виду метаморфов, — пробормотала она тихо.
Она быстро повернулась и вошла в коттедж.
6. МЕТАМОРФЫ
Наконец силы Коннора полностью восстановились, и он совершенно перестал напоминать призрака, вылезшего из могилы. Месячная щетина начала раздражать Томаса и однажды он попросил у Яна бритву.
Ян похоже, был озадачен; услышав объяснения Коннора, он улыбнулся и протянул некий раствор, уверяя Коннора, что это средство быстро уничтожит растительность на лице.
Но реакция Эвани поразила его. Она смотрела на него, какое-то время не узнавая.
— Том! — воскликнула она. — Ты похож на древнюю статую!
Коннор очень отличался от обычных жителей деревни. Без бороды его гладкое лицо стало излучать силу и твердость. Оно совсем не походило на лица окружающих.
Время медленно ползло вперед. Вечера он проводил, беседуя с новыми друзьями, рассказывая истории о давно минувшей эпохе, объясняя события в политике, обществе и науке тех давно минувших времен. Часто Эвани участвовала в разговоре. Иногда она развлекала себя «видением» — устройством с удивительным качеством изображения, на котором двухфутовые актеры из отдаленных городов говорили и двигались с естественностью миниатюрной жизни.
Коннор посмотрел «Зимнюю сказку» и «Генриха Восьмого», поданных без купюр и очень аккуратно, и что его удивило — музыкальную комедию, которую он видел в своем веке. Многими вещами Эвани удивляла Тома Коннора. В ней была какая-то загадка, которой он не мог понять. Жизнь в Ормон, казалось, почти ничем не отличалась от старой жизни в Сент Луисе. Молодые люди до сих пор следовали незыблемым правилам; каждый вечер они бродили, сидели, беседовали с девушками, прогуливались с ними по парку, находящемуся возле реки.
Но не Эвани. Ни один молодой человек не поднимался на холм к ее коттеджу, чтобы посидеть с ней, за исключением, изредка навещавшего их Яна Орма. Все это казалось странным, ведь девушка была красива. Коннор не мог припомнить более красивую девушки, чем эта душевная, мягкая, нежная Эвани. За исключением девушки, встреченной в лесу. Даже Рут, из далекого прошлого, не годилась ей и в подметки.
Коннор подолгу задумывался над этим вопросом, пока не столкнулся с другой, еще более интригующей загадкой. Эвани отправилась на охоту вверх по реке. Олени водились вокруг во множестве. Дичь, дикие фазаны и индюки встречались в таком количестве, словно вороны в старые времена.
Все трое были вооружены блестящими луками из пружинящей стали, посылавшими стальные стрелы с убийственной аккуратностью, если наловчиться пользоваться ими. Коннор никак не мог привыкнуть к луку, но Орм и Эвани помогали ему советами. Коннор в душе сожалел об отсутствии ружей, ведь когда-то давно он был отличным стрелком.
— Я бы показал вам! — заявил он. — Если бы со мной был мой многозарядный Марлин.
— Ружья больше не производятся, — сказал Ян. — Резонатор Эрдена уничтожил их; они бесполезны для использования в военных целях.
— А для охоты?
— Они запрещены законом. Некоторое время, после основания Империи Урбсов, люди прятали оружие, но никто не мог предугадать, когда и в каком направлении заработает резонатор. Людям надоели взрывы пороха по ночам, разбивающие стекла в окнах и ломающие стены. От этого часто страдали домашние животные.
— Ладно! — буркнул Коннор. — Я все равно предпочел бы винтовку, даже если бы это было духовое ружье. Послушайте! — воскликнул он. — А почему не сделать ружье на воде?
— Ружье на воде?
— Стреляющее с помощью атомной энергии. Разве ты не говорил, что можно взорвать воду — всю одновременно?
— Да, но… — Ян Орм замолчал.
— Боже! — заревел он. — Это ответ! Вот нужное оружие! Почему никто не додумался до этого раньше? Это как раз то, что нам нужно…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
