— Есть подходящее здание как раз за углом моего дома, — сказала Пэдди.
Этим тот разговор и окончился, но потом вдруг дело пошло. Еще через неделю у них уже был бизнес-план, а также они подали документы на ссуду, лицензию и организовали обучение мужа Пэдди на бесплатных курсах по менеджменту. Не хватало только одного — помещения. Тот дом, что находился недалеко от Пэдди, подошел бы идеально, но городской совет тянул с решением.
Мелани знала, что Люк все бы мгновенно устроил, но ей не хотелось обращаться к нему. Она должна сама довести начатое дело до конца.
Кто бы мог еще помочь? Тут ей подумалось о Джеке Вульфе, но она сейчас же отогнала эту мысль.
Мел опаздывала, подвело, как всегда, метро, поэтому она вошла в квартиру Джека позже на целый час. Выключила сигнализацию. Значит, никого дома нет. Что она испытывает по этому поводу? Как всегда, разочарование. И нечего себя уговаривать, будто ей и дела нет, будто ей все равно. Не все равно.
Очнись! Кто ты есть? — с горечью подумала Мелани. Уборщица, и больше никто! Сама определила себе эту роль на месяц, и время на исходе. Ну и что она себе доказала? Разве только то, что больше ее назвать занудной милашкой нельзя.
Мелани сняла записку с дверцы холодильника, а там всегда была для нее очередная записка: иногда вежливая просьба забрать из чистки вещи или купить продукты, а иногда раздраженное замечание. Как, например, сегодня: «Нельзя ли, наконец, купить оливки, Золушка? Вдруг мне захочется съесть пиццу». Но, может, ей просто показалось, что он был раздражен, когда писал? Мелани повертела записку в руках и выбросила ее. Настанет день, когда она сама напишет ему записку на прощание… Нет, не сделает она этой глупости. У нее есть вещи поважнее, чем учить взрослого мужчину, что дважды два четыре. Человек по имени Джек должен давно знать это.
Мелани находилась наверху и мыла окна, как вдруг услышала щелчок замка входной двери. Она так и замерла на мгновение, а потом пошла посмотреть с площадки лестницы. Конечно же, Джек! Он быстрыми шагами пересек гостиную и вышел на террасу. Вид у него был очень сердитый, он с силой сжал перила, видно пытаясь справиться с раздиравшей его яростью.
Надо сказать, что Мел наблюдала его в разном настроении, но в таком состоянии не видела никогда. Что ж, кто бы ни был тот человек, который вывел его из себя, он заслуживает сочувствия. Можно только представить, что за этим последует. Она решила не спускаться вниз, а продолжить работу.
Кстати, Мелани видела Джека впервые с того дня, когда он отослал ее домой после перевязки ранки на пальце. Все это время ее мучили тысячи вопросов. Она не знала, как себя вести дальше, и каждый раз, подходя к двери, боялась и надеялась, что он окажется дома. При этом не очень хорошо себе представляла, что станет делать, если Джек проявит к ней такой же интерес, как тогда.
Не думать о нем она не могла, особенно долгими вечерами и зачастую бессонными ночами. Это раздражало Мелани, и она старалась настолько загрузить себя работой, чтобы не думать вовсе ни о чем и ни о ком, а потом так устать к концу дня, чтобы упасть без сил на кровать и заснуть сразу без сновидений. Она уже даже стала подумывать, не затеяла ли она всю эту суету с кооперативом для той же цели — не думать о Джеке.
Но три раза в неделю с двух до четырех Мелани не могла ничего с собой поделать. Мало того, что она знала о Джеке массу подробностей — какую он носит одежду, какую предпочитает зубную пасту, какие книги читает и, по закладкам в них или пометкам, что его заинтересовало. Она заметила, что он любит твердый черный шоколад, крепкий китайский чай и так далее, и тому подобное… Она еще научилась определять, в каком он настроении и как у него идут дела по разным мелким, возможно неуловимым для других, деталям, и знала наверняка, была ли у него Каролайн по подбору музыки в стереосистеме: один Джек слушает классику, а с Каролайн только легкую музыку. Правда, последнее время следов пребывания красавицы Каро не наблюдалось, но это не очень успокаивало Мелани.
Она обнаружила еще некоторые вещи, позволявшие судить о характере Джека. Ричард как-то сказал ей, что у Вульфа в Сити репутация самого беспощадного дельца. Подобных людей Мелани знала хорошо — Люк, например, бывал безжалостным и даже жестоким в бизнесе. Но Джек явно держит пальму первенства, судя по количеству остро критических статей о нем в прессе, но ему, похоже, даже все это нравится — иначе зачем он аккуратно вырезает и собирает в отдельную папку все самые гадкие заголовки, где фигурирует его имя?
Видимо, благодаря своей жесткой политике он немало преуспел в делах. У него шикарная квартира в центре города и прекрасный особняк в Хенли, где очень дорогая земля. Даже если это фамильный особняк, то все равно его содержание стоит больших денег.
Мелани всегда точно знала, ездил Джек на уик-энд в Хенли или нет. Если в понедельник в ванной были подготовлены к стирке те самые джинсы и футболка, то, значит, ездил.
Решив, что до конца срока пари она так и не увидится больше с Джеком, Мелани иногда фантазировала, представляя, как это произойдет потом. На каком-нибудь высоком приеме, например. Она входит вся в шелках и бриллиантах, Джек не узнает ее с первого взгляда, а хозяйка знакомит их: «Мелани, разреши тебе представить мистера Джека Вульфа! Джек, это Мелани Бьюмонт, младшая дочь Эдварда Бьюмонта. Ты видел ее в Уэст-Энде в прошлом сезоне? Нет? Ну конечно, билеты были распроданы за два месяца вперед…» Он сперва таращится на нее, а потом вдруг заявляет: «Что за ерунда? Никакая она не Бьюмонт, она Девлин! Уж я-то знаю, она же работала у меня уборщицей!» Дальше — крики, шум, обмороки, и мистеру Вульфу велят уйти немедленно… На том фантазия Мелани иссякала, так как она прекрасно понимала, что все это страшная глупость. У нее никаких бриллиантов нет, а Джек Вульф и глазом бы не моргнул, встретив ее даже на приеме у королевы. Скорее всего, прикинулся бы, что и знать ее не знает…
— На прошлой неделе ты только и говорила, что хочешь поехать со мной на Карибские острова! — донесся до нее голос Джека.
Так он не один?
— Но мы же можем поехать через неделю! Подумаешь, маленькие каникулы! Это же не вопрос жизни и смерти.
А это голос Каро. Мелани взглянула в окно — точно, стоит рядом с Джеком на террасе, говорит ласково, вкрадчиво… Мелани даже стиснула зубы от злости. А разговор продолжался.
— Если тебя волнует вопрос денег, — резко сказал Джек, — то я оплачу тебе этот чертов гонорар!
— Дорогой, я же буду сниматься для обложки всемирно известного журнала! — Каро говорила тоном, каким обычно втолковывают глупцам общеизвестные истины. — Деньги не заменят упущенного шанса.
