стопроцентно уверен, что это не дело рук кузин и моих тетушек.
Озадаченный, я вышел из комнаты и тут же остановился, уставившись на ожидающую на входе Цецилию.
— Ты в первый же день решил пуститься во все тяжкие? — поинтересовалась она.
— Доброе утро, тетушка. Вас подменили?
— Если ты вдруг опять подозреваешь меня в чтении морали…
— Выражайтесь уже конкретнее, — хмуро бросил я.
Цецилия внимательно меня оглядывала.
— Вчера сидела полвечера, утешала Шенни. Она решила, что уже не увидит больше Финбарра. Потом он вернулся и подробно рассказал, чем вы занимались.
— Ваше опекунство закончилось уже как неделю, — жестко заметил я. — Когда мне понадобится ваш совет, я сам спрошу.
— Но я — твоя единственная родственница по линии отца, — сказала она. — Ты, мой единственный оставшийся родственник.
Я хмуро смотрел на нее. Что это все значит? Тетушка никогда прежде не проявляла родственные чувства. Скорее наоборот. В то, что она приревновала к другим теткам, с которыми я вчера весьма мило пообщался, я бы поверил в последнюю очередь. У нас с ней всегда были прохладные отношения, которые можно было сравнить разве что с отношениями партнеров по бизнесу. Только деловые, ничего лишнего. И личного.
— И мы договорились, что я продолжу твое обучение. Тебе следует быть осмотрительнее, Эгихард. Как ты додумался…
— До чего?
— Двадцать пабов! Со своим родственником-оборотнем, которого ты увидел впервые и понятия не имеешь, на что он способен! А потом еще вести на полной скорости спортивную машину! — прошипела она, рассердившись.
Я вздохнул и протянул ей крошечный флакончик, который был у меня в кармане. Цецилия открыла пробку, понюхала.
— Почему вы иногда вдруг начинаете считать меня идиотом? — поинтересовался я.
— Кто тебе дал? Тея? — спросила Цецилия.
— Да. Одна капля нейтрализует действие алкоголя на сутки. Финбарру я тоже капнул в стакан, он не заметил. Вы вчера не обратили внимания, что он в норме?
— От него несло виски за тридцать шагов, — тетушка поморщилась.
— Вы не ответили на мой вопрос, — ледяным тоном напомнил я.
Цецилия смотрела на меня.
— Ты вчера странно себя вел. Хотя говорил до этого о том, что мы в «серпентарии». Я полагала, что ты будешь вести себя осмотрительнее.
— У меня накопилось много вопросов. Местное болото нужно было немного встряхнуть, чтобы понять, что скрыто на дне.
— То, что скрыто на дне, может тебя убить. Если бы ты мог колдовать, Эгихард, я бы даже не лезла со своими советами, — произнесла она.
— Можете предложить что-то другое? Нет? Тогда давайте завершим уже этот разговор.
Я собрался уже пойти наконец завтракать, но тут в коридоре замаячил знакомый провожатый.
— Господин Райнер-Наэр, вас ждет ваш дядя. Безотлагательно!
Мы переглянулись с Цецилией и я направился за провожатым.
Глава 9
Я зашел в знакомый кабинет. Дядя Даллан сидел в кресле за письменным столом. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что он в бешенстве. Которое он едва сдерживал. И то только по той причине, что в то же время им владели сильные сомнения.
— Что всё это значит, Эгихард? — произнес он.
— Задавайте более конкретные вопросы, — сказал я, сделав лицо покерфейс.
— Почему ты вчера мне не сказал, что у тебя черный паспорт?
— Вы — не полиция. И я не обязан вам ничего предъявлять.
— Но…
— О да, ваши вчерашние разговоры про высших магов? Вас это теперь беспокоит?
Даллан молчал. И шумно дышал, пытаясь держать себя в руках.
— Черному магу, согласно иерархии, вы должны беспрекословно подчиняться, — заметил я. — Хотя, вы это и так прекрасно знаете. Глупо напоминать. В моей ситуации, когда я не могу колдовать, что-либо требовать от вас — было бы вдвойне глупо.
Даллан, уставился на меня, переваривая услышанное. Потом хмыкнул.
— Черт, парень, а ты действительно не глуп. Но что ты вчера устроил? И что ты сделал с машиной? Мои ключи теперь к ней не подходят. И даже магия не помогает.
— Я забрал долг, — тем же безэмоциональным тоном сообщил я.
— Что⁈ — Даллан уставился на меня.
— Из-за вашей идеи с завещанием, у меня украли лошадей. Полсотни голов. Считаю, что это исключительно ваша вина. Так что я вернул себе с процентами ваши двести лошадок. Хотя… Племенной табун стоит в разы дороже вашей Альфы. И вы, пожалуй, все еще мой должник.
Взгляд Даллана сделался совсем обалдевшим. Он пытался сообразить — последнее высказывание про долг плохо увязывалось с моими предыдущими словами.
Я полез за пазуху. Достал черную книжечку, раскрыл на странице с гербовой печатью, шагнул к дяде и сунул ему под нос.
— Если со мной что-то случится, будете иметь дело со всей Объединенной Гильдией магов, — произнес я. — Такими печатями они не разбрасываются. Я очень ценен для них.
Даллан молчал. Только лицо его побагровело.
— И чем же ты ценен для них, Эгихард? — зло спросил он.
— Это уже не ваше дело. А еще они знают, что меня хотели убить агишки. И знают, куда я поехал. Но уверен, вы не хотите неприятностей.
Даллан шумно дышал. Глядя на его покрасневшее лицо, я подумал что дядюшку хватит удар. Жаль банши не слышно. Подходило бы к обстановке.
— Мое вчерашнее предложение…
— Я болтать не собираюсь. Ваши разборки с местными высшими магами меня не касаются.
Даллан вытащил из кармана платок, вытер пот со лба.
— Кто вам сказал, что я черный маг? — спросил я.
— Мой коллега. Ты его встретил вчера в коридоре.
