— Ты говоришь это только для того, чтобы напугать меня.
— Нет, я говорю это потому, что это правда.
Он знал, что расстроил её, когда она позволила Лиззи вернуться к телефону и поговорить с ним минуту, прежде чем кто-то взял трубку у его девочки и, молча, повесил её.
Он не знал, что будет делать с Лиззи этим летом, но будь он проклят, если он без боя позволит ей сесть на корабль и пересечь Атлантику.
* * *
— Но почему я должен оставаться здесь? — спросил Сэм, понизив голос до хныканья.
Саймон стиснул зубы и пошёл обратно к Комплексу Вулфгардов. Скулёж звучал гораздо более раздражающе, исходя от человеческой формы. Особенно щенячий скулёж.
— Тебе нравится жить с Эллиотом, потому что ты играешь с другими щенками.
— Но я хочу жить с тобой и Мег!
«Особенно с Мег», — молча, признал Саймон. Теперь, когда новизна сна в куче волчат исчезла, Сэм упорно боролся за то, чтобы вернуться к жизни с Саймоном, который жил по соседству с Мег в Зелёном Комплексе. Он хотел поиграть со своим приятелем по приключениям. Он хотел рассказать ей о школе. Ему хотелось сделать всё то, что он делал до того, как Саймон начал понимать, какую опасность могут представлять для Сэма и Мег щенячья неуклюжесть и энтузиазм.
Разве не по этой причине он и волчонок отправились на прогулку в человеческом обличье? Чтобы они могли поговорить? Чтобы он мог объяснить?
— Сэм.
Саймон остановился. У его сестры Дафны были серые глаза, как у Эллиота. У Сэма тоже были серые глаза, но глаза волчонка заставляли его больше думать о Мег, чем о Дафне.
— Сейчас не лучшее время для того, чтобы оставаться со мной.
Сэм опустил глаза.
— Мег опять заболела?
Так много страха в голосе волчонка. Сэм видел, как умерла его мать, видел, как она истекала кровью от огнестрельного ранения. Потребовалось необычное мышление Мег, чтобы вернуть травмированного волчонка к ним.
Саймон присел, изображая заботливого дядю, а не властного волка.
— С Мег всё в порядке. Но мы кое-что о ней узнали. Её кожа…
Как объяснить странную и хрупкую кожу Мег?
— Пахнет вкусно, — предложил Сэм.
Хорошо, да. Интригующе из-за её «не-добыча» запаха, определённо.
— Да, пахнет хорошо. Но её легко поранить.
Сэм обиженно отступил на шаг.
— Я не причиню вреда Мег!
— Не нарочно, нет, — согласился Саймон. — Но даже маленькая царапина опасна для неё.
— Но ведь раньше этого не было!
— Да, так и было. Мы просто не знали, насколько это опасно. Именно это сейчас мы с Мег и пытаемся выяснить. И случаются плохие вещи, поэтому я не хочу, чтобы ты оставался один. Вот почему я хочу, чтобы ты был с остальными в Вулфгарде.
Теперь это было совсем другое нытье. Мягче. Несчастнее. Такой звук, словно зубы сомкнулись вокруг его сердца.
— Смотри, — сказал Саймон. — Мы не можем сделать это на этой неделе, но в следующий День Земли, почему бы тебе не выбрать пару фильмов, и я попрошу Мег присоединиться к нам на вечер кино. Хорошо?
— Ладно, — пауза. — Можно мне приобрести новые фильмы?
Саймон поднял два пальца.
— Два новых фильма.
Волчонок согласился бы и на один, но ещё несколько недель назад Сэм прятался в клетке, боясь всего. Немного снисходительности не повредит ни одному из них.
Послышался вой, который быстро превратился в хор.
— Пошли, — сказал Саймон, направляясь к Комплексу Вулфгардов достаточно быстро. Сэму пришлось бежать, чтобы не отстать от него. — Пора присоединиться к остальным для охоты.
Саймон рысью вернулся к Зелёному Комплексу. Охотники сбили оленя и хорошо поели, прежде чем завыли Песню Добычи, чтобы остальная часть Вулфгарда знала, что есть свежее мясо. Сэм набросился на добычу с тем же энтузиазмом, что и другие волчата, и все Волки сочли это хорошим знаком.
Достаточно пообщавшись с себе подобными, Саймон почувствовал зуд. Он всё думал о Мег, проводящей День Земли в полном одиночестве. Может быть, ей хотелось побыть одной. Может быть, у неё были планы со своей человеческой стаей, о которых он не знал. Может быть, может быть, может быть, это не меняло того простого факта, что он хотел провести некоторое время со своим другом теперь, когда они снова стали друзьями. Кроме того, Шутник сказал ему, что Мег нервничает из-за того, что она слишком одинока. Очень по-Волчьи с её стороны, не желать быть слишком одинокой. Он одобрил.
Добравшись до своей квартиры, Саймон остановился и задумался. Человеческая кожа или волчья? Какая форма достигнет того, чего он хочет?
Поскольку ответить на этот вопрос было нетрудно, он взбежал по лестнице на крыльцо Мег, нажал на дверной звонок так, что тот зазвенел, как сумасшедшая механическая белка, и хорошенько встряхнул свою шерсть, пока ждал.
Мег открыла дверь. Он одарил её Волчьей улыбкой. Когда она не пригласила его войти, он изучил её лицо, желая подойти поближе и хорошенько понюхать её, без того чтобы она хлопнула дверью по его носу.
Она выглядела смущённой, встревоженной. Поскольку он не понимал, почему она так смотрит, он протиснулся мимо неё, а затем остановился, чтобы не засыпать снегом её пол.
— Саймон? — наконец, сказала Мег, закрывая дверь. — Почему ты здесь?
Она была его другом, и он хотел быть со своим другом.
— Ты что-нибудь хочешь?
Полотенце, чтобы вытереть лапы, было бы неплохо.
Она не могла общаться так, как это делали терра индигене, но, должно быть, догадалась, почему он ждал у двери, потому что на мгновение исчезла и вернулась с полотенцем. Она положила его на пол, чтобы он мог прижаться к нему лапами.
Должно быть, достала его из корзины, потому что оно пахло ею.
Он потоптался на полотенце лапами, прежде чем подошёл к дивану и устроился поудобнее. Ладно, на самом деле, она не приглашала его войти и устроиться поудобнее, но и не закричала, чтобы он убирался.
Мег стояла возле дивана, вместо того чтобы сесть, как ей полагалось.
— Я знаю, что ты предпочитаешь оставаться в Волчьем обличье в День Земли, но, может быть, ты сможешь перевоплотиться на несколько минут, чтобы сказать мне, чего ты хочешь?
О, нет. Он был пушистым, но не глупым. В последний раз, когда он перевоплотился из Волка в человека, чтобы поговорить с ней, она смутилась, и между ними всё стало странным. Он больше не попадёт в эту ловушку.
Поэтому он просто выжидающе смотрел на неё.
— Если бы ты только мог сказать мне, чего ты хочешь…
Её лицо покраснело, когда она взглянула на маленькие часы на столе, а затем на телевизор.
— Просто… В прошлый День Земли я смотрела телевизионное шоу, и следующая часть будет через несколько минут.
Он не мешал ей включить телевизор. На самом деле эта идея ему понравилась. Она будет сидеть спокойно и ласкать его.
Он пару раз взмахнул кончиком хвоста в знак одобрения.
Мег вздохнула, включила телевизор и выбрала канал. Затем она села на край дивана, её щёки всё ещё пылали.
Как только начнётся шоу, Саймон намеревался расположиться так, чтобы положить голову ей на бедро, как он обычно делал при вечернем кинопросмотре. Прежде чем он успел это сделать, Мег открыла банку, полную густых сливок, пахнущих мылом и шампунем, которые продавали в своих магазинах терра индигене. Поставив одну ногу на колено, она намазала её кремом, уделяя дополнительное время коже вокруг пальцев ног, пока смотрела телешоу. Затем она натянула толстый носок, прежде чем проделала то же самое с другой ногой.
Чувствуя дрожь возбуждения, Саймон подумал: «О. Новая игра!»
В первый раз, когда Саймон ткнул её лапой в бедро, она проигнорировала его, потому что сюжет по телевизору достиг напряжённого момента. И через минуту она проигнорировала второй тычок. Но она взвизгнула, когда большая лапа внезапно появилась перед её лицом.
Она дёрнула головой назад и взвизгнула:
— Что?
Он посмотрел на банку с кремом, потом снова поднял лапу.
