А так мы не только доброе дело сделаем, но и внесём хаоса в это заведение.
– Если ты так считаешь, то дерзай, я тебе помогу.
Мы вышли в длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались деревянные дверцы. Мы заглядывали в каждую. В некоторых комнатках не было никого. В других же ютились самые разные звери. Феликс быстро объяснял им, что бояться хозяина заведения нечего и вся его сила – пустой фарс. К удивлению моего товарища, почти все отказывались бежать или прятаться. Поскольку многие из них пришли сюда сами, не видя другого пути в своей жизни.
Единицы же были здесь невольно и вот они были рады нашему появлению. Правда, их было всего ничего, и мы не могли позволить себе конвоировать их до самого выхода. Будь их больше, они бы сами пробили себе путь, ну а так, нам пришлось бы жертвовать своей основной задачей. Поэтому мы попросили подождать их в одном месте, пока мы со всем не разберёмся.
Этажом ниже мы вырубили заскучавшую и полусонную охрану в количестве всего двух мордоворотов. И этим очистили себе путь к кабинету председателя "Ада". Всё было даже слишком просто, чтобы так шло и дальше. А потому я даже не удивился, когда внутри мы застали не только Морозова, но и пришедшего по его душу ассасина. Это была Мария, что держала нож у горла волка. Она разочаровано произнесла при нашем появлении:
– Вот оно что. Значит, они не ошиблись. Вы и правда из ЧК.
– Нет! Это всё какой-то бред! – крикнул Морозов, – Это же отпрыск Романовых и мой бывший сослуживец, Йозеф! Как они могут быть чекистами?!
– Ну вообще-то мы и правда сотрудники ВЧК. – сказал я, – Вот, вломились к тебе с оружием, чтобы тебя арестовать. Но, видимо опоздали...
– Ещё как опоздали! – крыска ехидно улыбнулась, – Этот ублюдок теперь мой.
– Какого чёрта, Мария? Какого чёрта ты работаешь на этого Юмалу? Кем бы он ни был... – спросил Феликс.
– Вообще-то, этот парень тоже на него работает. – она прижала нож ещё сильнее к горлу волка, да так что из-под лезвия потекла струйка крови, – И он допустил ошибку, приняв тебя на работу. Можно сказать, что и вовсе подставил всех нас. Хотя я бы на его месте тоже не ожидала бы, что ты оказался краснопузым...
– Вообще-то большевики... – начал было Феликс, но я его быстро прервал.
– Не оправдывайся перед ней, друг. Это мы ещё не знаем кто-кого предал и на кого такого могут одновременно работать анархистка и бывшей беляк. – сказал я.
– Моя задача, чтобы вы этого никогда не узнали. – произнесла Мария, – А для этого мне приказано убить того, кто слишком близко подпустил вашу шайку к нашим секретам.
– И чего ты тогда тянешь? Боишься, что Феликс перешибёт тебе глаз своей пулей? – спросил я.
– Я знаю, что он может. А он знает, что я тут же телепортируюсь, устроив громадный взрыв и всех вас похоронив под завалами. И ты это знаешь. Мы с вами двумя достаточно давно знакомы, чтобы понимать способности друг друга.
– Мою ты не должна знать. – выложил я свой козырь.
– И, тем не менее, я её знаю. Наши старые друзья как-то проговорились, что ты обрёл в тот день, когда вы экспроприировали ту банковскую карету.
– Так ты был среди тех красных бандитов?! – воскликнул Морозов, видимо так и не поняв, что я все эти годы точил на него зуб, – Я думал, что ты был одним из самых верных царю кавалергардов...
– Это было не так. Просто тебе повезло, что у меня за это время так и не выдалось возможности чтобы тебя убить. – признался я.
– Это конечно всё очень трогательно. Прямо целая череда удивительных предательств и открытий друг о друге! – сказала Мария, закатив глаза, – Но я не начинаю действовать только потому, что вы оба здесь. Вернее потому, что Феликса мне было приказано оставить в живых. А он наверняка будет готов стоять с тобой, Йозеф, в обнимку, лишь бы тебя не покалечило моим взрывом. Я могла бы зарезать этого ублюдка, но от вас мне всё равно придётся телепортироваться с созданием громадных фейерверков. Так что, я предлагаю вам компромисс. Вы выходите за дверь, а я подрываю этого урода и сваливаю. Все кроме него останутся живы. Кроме того, у вас всё равно сейчас нет сил, чтобы меня остановить.
– Кажется, она права. – сказал тихо лис.
– И что, мы её отпустим?! – спросил у него я.
– Мы не герои, Йозеф. Мы должны поступать правильно. Но не всегда это возможно. Иногда просто нет возможности всех спасти и всем помочь. Это всё же жизнь, а не сказка.
– Я и не хочу поступать правильно! Я хочу голову этого ублюдка!
– Не всегда выходит получить то, что хочется. – заключил Феликс, а затем протянул мне руку, – Пошли. Мы правда ничего не можем сделать. Достанем её в следующий раз.
Я выдохнул. Головой я прекрасно понимал, что мой товарищ абсолютно прав. Мы ничего не могли поделать. А потому покорно вышли вон, плотно закрыв дверь. Через пару секунд, на другой стороне прогремел взрыв. Очередная нить в этом деле была сожжена.
1905 – Йозеф – Экспроприация по-польски
В одних доселе не потухХмель незапамятных пожаров,И жив степной, разгульный духИ Разиных, и Кудеяров.
В других — лишенных всех корней —Тлетворный дух столицы Невской:Толстой и Чехов, Достоевский —Надрыв и смута наших дней.
Максимильян Волошин, "Гражданская война"
1905 год - Санкт-Петербург
