понимание жизни? Ведь, как известно, все идет из семьи.
- Да, - коротко отвечает Золотов, глядя мне в глаза с ухмылкой.
И этим все сказано.
Господи, он ведь слышал, как ты кончаешь…как ты слышала…нет, не думай! не думай! Прерываю контакт первой, тянусь к закускам. Лучше занять руки и рот чем-то другим. А еще лучше мозг. Давай посчитаем, сколько здесь канапешек, а? Занятие супер! Уж лучше остального.
- Ну что? - Даня встает, потирает колени и поворачивается на нас с улыбкой, - Может, хер с ними? Начнем? Я хочу отвлечься от родительского бубнежа на благо мокрым штанишкам.
Сильнее вкручиваю взгляд в канапе. А я не хочу! Я хочу дождаться остальных! Еще лучше вовсе оказаться дома, под одеялом, рядом с Дамиром. А совсем отлично - изобрести машину времени и вернуться обратно. Одернуть себя. Надавать по лицу.
Я не хочу всего этого.
Мне грязно.
И некомфортно.
А самое поганое, что Дамир этого не замечает. Он поддерживает идею, свет выключается, и нас озаряет синий свет, который почти сразу окрашивается кровью.
Первая сцена - потрясающая, конечно. Голова, кишки, все в разные стороны, но знаете? Жертве сейчас гораздо лучше, чем мне. Потому что у меня внутри все в кашу, а пружина напрягается еще больше.
А я не жертва?...
Не знаю, почему мне вдруг приходит в голову такая мысль? Я разве жертва?
А нет?...
Дамир тянет меня на себя, я поддаюсь, но никакого расслабления не чувствую.
И в безопасности я себя тоже не чувствую. А вот загнанным в клетку зверем - да.
Вообще, ужастики - мой любимый жанр. Мне нравится. Тайны, призраки, потустороннее всякое. Мистика. Иногда я люблю и слэшеры. Все, конечно, под настроение, но никогда раньше я не чувствовала себя так.
Время идет непростительно медленно. Я не разжимаю плотно сомкнутых рук вокруг своего тела. И я считаю минуты. Не потому, что мне страшно или как-то волнительно. Точнее, мне волнительно, но не из-за фильма. И даже больше тревожно.
Внутри долбит нехорошее, отвратительно предчувствие. Оно оседает на языке. Горчит. Пружина внутри напрягается все сильнее, а напряжение ползет только вверх.
В какой-то момент я улавливаю движение справа. Не хочу смотреть. Я умоляю себя этого не делать, но медленно поворачиваю голову и вижу, что Настина юбка поднята, а Даня отодвинул ластовицу черных трусиков и медленно кружит вокруг ее клитора.
К горлу подкатывает тошнота.
Происходящее становится похоже на какой-то сюрреалистический кошмар. Как если бы ты оказался втянут в Твин Пикс, который вдруг ожил вокруг тебя и постепенно окутывает с головы до ног странным, тянущим киселем.
По спине бегут мурашки.
Все внутри меня блокирует происходящее и готово сорваться вон!
Потому что я хочу сбежать! Господи, как я хочу сбежать! Какой-то дурной приход. Меня тошнит, голова в вате, дыхание спирает. В легкие будто набился пух! И руки немеют.
Какого черта происходит…
Я опускаю глаза на канапе и думаю, что, может быть, мне подмешали колес? Что за состояние? А потом смотрю на Дамира и понимаю, откуда ноги растут.
Он уставился на них не мигая. Его зрачки расширены, губы приоткрыты, а спортивные брюки натянуты до предела.
Ему нравится.
Его это возбуждает.
И он этого хочет.
Я не хочу верить, но в этот момент мы сталкиваемся взглядами, и я его впервые не узнаю. Рука на моем плече сжимается чуть сильнее, а через мгновение, я уверена, он меня поцелует.
Бежать некуда. Ему нравится. И он этого хочет.
Такая простая догадка - фатальна. Пружина лопается, тянет за чеку и вырывает ее к чертям собачьим.
Взрыв!
И на меня обрушивается все мои подозрения разом.
Он об этом действительно думал. Только если мне было противно, с ним дела обстоят иначе. Ему это нравится. Он этого хочет. Тебе не показалось, мать твою. Он этого на самом деле хочет. Настолько сильно, что почти готов кончить. Я уверена, что довести его до оргазма сейчас...не займет и пяти минут.
Он хочет так же.
Трахаться со всеми подряд и не отвечать за последствия.
Он хочет свободных отношений.
Я резко отшатываюсь и в ужасе шепчу:
- Ты во что меня хочешь втянуть?!
Дамир пару раз моргает. Кажется, морок падает, и он смущен и растерян. Но мне плевать.
Это больно.
Удар приходится сильный. Как будто мой кошмар вдруг стал явью. Как будто бы он стал реальностью…
Догадываться - одно. Особенно если ты всеми силами пытаешься убедить себя, что все иначе. Это не так. Это же не про нас.
Ничего не было.
Но это было.
И назад как будто бы дороги нет.
Я резко вскакиваю, еле дышу. Меня буквально колотит, и я вот-вот разревусь. Боль окатывает новой волной.
Аж до черных точек.
Я смотрю на Дамира и все еще его не узнаю. Кто ты? Куда ты дел моего мужа? Это не ты. Пожалуйста, скажи, что это не ты!
Но это он.
Это он.
Ничего не было? Ха.
С губ срывается отчаянный, тихий стон, когда еще одна волна накрывает меня до звона в ушах.
Резко перевожу взгляд на Настю и Даню. Они притихли. Сеанс дрочки тоже не удался, и мне хочется поклониться им, сука, в землю! А еще больше хочется убить их обоих.
Твари.
Если бы кто знал, как я их сейчас ненавижу. Потому что это они. Это все, сука, они!
Чтоб вы сдохли!
Срываюсь с места и бегу в комнату на втором этаже. За спиной раздается глухой:
- Блядь! - а потом Дамир встает и идет за мной, - Катя, стой!
Нет-нет-нет. Я не хочу ничего слышать. Не хочу! Я не…господи, ну за что?
Врываюсь в нашу спальню и обхожу полукруг.
Мне надо отдышаться. А не получается. Даже с моими сильными легкими - я не могу! Перед глазами бьют мушки, руки трясутся, а ощущение, что грязные, мерзкие щупальца Золотовых все еще плотным кольцом обвивают мне горло - не дают покоя.
Это какой-то сюр.
Этого не может быть!
Этого…ничего не было!
Но оно было. Точка невозврата пройдена.
Оно было.
И оно есть.
«Не поверишь, но я пытаюсь вам помочь»
Катя
Истерика набирает обороты.
Внезапное
