— Ну… эмм… мы сделаем из них круг, а потом соединим их между собой. Со стороны это будет смотреться как букет цветов, — стараюсь объяснить я, тщательно подбирая слова. — Главное не забыть про «шпильки» … «Шпильки»! — От моего неожиданного вскрика мама буквально подпрыгнула на месте. Я же просто обессилела.
— Майн, что случилось? — недоумевающе посмотрела на меня мама.
— У меня нет «шпильки»… нет «шпильки»… — Мысли лихорадочно метались в голове. Это очень плохо! В этом мире нет заколки! (Ну, по крайней мере, я не видела ее в этом доме). Что уж говорить о резинках для волос. Как, черт возьми, я собираюсь закончить без них?
— П-п-п… Папа-а-а-а-а! — Рано ему еще отправляться на боковую. Прихватив с собой досочку для письма, я подбежала к нему и встала в проверенную позу «просящего милостыню». — Мне нужна палочка, как у меня, только короче и с отверстием вот здесь, — тыкаю пальцем в рисунок. — Ты сможешь это сделать?
— Конечно, это даже легче, чем твои иголки, — чуть ли не закатывая глаза от такого глупого вопроса, произносит он.
— Спасибо! Ты лучший! Я тебя обожаю!
— Хе-хе-хе.
Похоже, он все еще думает, что соперничает с Отто. После того, как он сделал для меня несколько штучек, я тут же принялась колдовать над прической Тули.
— Угу! А сейчас иди надень свое платье и приходи сюда снова.
— Ну как? — смущенно спрашивает Тули, выходя в новом наряде.
— Красавица! — Я действительно очень довольна своей работой.
— Да, и вправду, — соглашается мама.
— А у тебя довольно ловкие ручки, Майн. Хотя ты и не особо сильная, но, думаю, мы сможем найти тебе работу как раз по твоим способностям, — вставляет отец, даже ничего не сказав о Тули.
Но та застенчиво улыбнулась, поворачиваясь так и этак, стараясь рассмотреть себя получше. Ее щеки покраснели, и она так широко улыбнулась, что показалось, будто еще немного, и ее лицо треснет от радости.
— Спасибо всем! Я очень счастлива!
После этого моя мама так увлеклась вязанием кружев, что иголки, которые сделал отец, магическим образом оказались в ее наборе для шитья.
Ну, думаю, это нормально.
Том 1 Глава 16.0 Отпустите меня в лес!
— Снег в лесу начал таять, обнажая молодые побеги растений, — сказала мне Тули, когда вернулась оттуда вчера. Дети снова начали ходить в лес, что означает конец бесконечно долгого заключения внутри стен.
Наконец-то я смогу начать делать глиняные таблички! Очень хочется в лес, чтобы начать работать. Тули сказала, что там еще осталось слишком много снега — сложно идти из-за коварных корней, да и собирать там, откровенно говоря, пока что нечего. Впрочем, меня особо не волнует, есть ли там что или нет.
Земля сейчас — то, что надо — склизкая, влажная. Так что если я просто доберусь туда, то это будет автоматическая победа. Конечно же, самостоятельно я туда ни в жизнь не дойду. Нужна помощь Тули, без нее никак. Да. Мне пришлось ее буквально умолять, но…
— Тули-Тули! Возьми меня в лес! Хочу подружиться с ребятами!
— Нет. Ты очень слаба и даже полпути не пройдешь, — сказала, как отрезала. Не хочет идти на мировую, вообще никак. Кажется, здесь меня ожидает сплошное разочарование.
— Да ладно тебе! Я стала сильнее! Ну хотя бы до ворот, ну пожалуйста! — мои слова все-таки смогли поколебать ее уверенность. Так как я делаю «Радио-Гимнастику» каждый день, то и спускаюсь с ней вниз к колодцу, когда мама моет посуду. И причем делаю это с относительной легкостью.
— Ну, если папа разрешит… — Вот так просто взяла и переложила ответственность на отца.
Получается, если я, в конечном счете, буду ждать у ворот, надо спросить разрешение у отца. Кажется, это было бы неизбежно в любом случае. Ну что ж, вперед и с песней.
— Пап! Я в лес хочу! И не болела совсем!
— Эм, ну ладно, — просто отвечает он.
Зимой я позаботилась о собственном здоровье, так что частота припадков значительно сократилась. За последнее время было всего пять таких. Огромное достижение! Моя семья, а в особенности мама, все никак не нарадуются моему здоровью. Из-за того, что я стала реже болеть, расход питательных веществ внутри организма тоже сократился. Появился аппетит и, кажется, я даже подросла немного. Скорее всего, и моя физическая сила тоже увеличилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну, я могу с тобой побыть хотя бы? Пожалуйста? Пожалуйста? — спрашиваю я у отца.
— Хм-м-м-м… — Он не отказал мне сразу, так что тут не все так плохо, как с Тули. И я цепляюсь за эту ниточку в попытке получить одобрение с его стороны:
— Я смогу привыкнуть к таким нагрузкам! Есть же трехлетние дети, которые ходят в лес, верно? Так что не исключено, что и я смогла бы сделать это!
— А-а-а-а, ну… да, но они из тех детей, которые попадают в беду, если их оставить одних дома, — поясняет он.
— Тогда, чтобы я пошла, мне надо попасть в беду? — Я недоумевающе поднимаю взгляд на отца.
— Не глупи, Майн, — прозвучало недовольно и чуть раздраженно.
А это уже плохо! Если получить разрешение у отца не выйдет, то потом, когда весна придет и мама станет уходить на работу, меня снова начнут оставлять на попечении старой леди Герды. Ужасно! Вообще не вариант! Достаточно того, что я там увидела. Нужно срочно с этим разобраться.
— Папа, ты беспокоишься обо мне, потому что я слабая? Как мне переубедить тебя?
— Хм-м-м, дай подумать… — Он закрывает глаза, глубоко задумываясь. Я, затаив дыхание, жду вердикта. Отец открывает глаза и манит рукой, — Пойдем со мной к воротам.
— Только до ворот? Почему?
— Я знаю, что ты можешь ходить сама. А вот когда я пойму, насколько уверенно ты это делаешь, тогда и поговорим.
Как я и ожидала, получить разрешение будет не простой задачкой. Развивать мышцы ног, ходя до ворот стражи и обратно — единственный компромисс, которого удалось достигнуть. А я ведь так хотела пойти! Мои таблички… Хнык.
— Хорошо, папочка! Поняла! — энергично киваю и иду за ним. Он внезапно успокоился. Неужели действительно думал, что я не собираюсь соглашаться? — Пап, когда ты сказал, что хочешь, чтобы я дошла с тобой до ворот, то это означает просто пройтись туда и обратно?
— Нет, я хочу, чтобы Отто продолжил учить тебя алфавиту.
— Что-о-о?! Правда?! — кажется, мое лицо вытянулось от такого неожиданного ответа. Мне всегда казалось, что папа сильно ревновал, когда я занималась с Отто. Интересно, чем вызвана такая внезапная перемена?
Я наклонила голову набок, а мой отец, выдохнув, продолжил:
— Майн, ты очень слаба, но Отто сказал, что ты не по годам смышленая. Ещё он сказал, что ты больше подходишь для умственной работы, так что, если ты сейчас научишься грамоте, то потом тебе будет легче жить.
Вот это да! Отто что, настолько впечатлен моими умственными способностями, или здесь постарался отец? И вообще, я в культурном шоке. Получить разрешение от папы, чтобы научиться писать — вот этого я ожидала меньше всего.
— У тебя хорошо получается мастерить что-нибудь маленькое, так что ты сможешь найти себе работу, не требующей особой нагрузки. Такую, чтобы использовать твою светлую головушку, — продолжил отец, чуть насмешливо поглядывая на меня.
— Головушку? — Не думаю, что он что-то знает о научных сотрудниках, клерках… Но, похоже, что и в этом мире есть профессии, связанные с умственной деятельностью.
— Ну, например, ты могла бы работать секретарем, копируя документы для чиновников или богатых людей. Я слышал, что таким образом можно работать не выходя из дома в случае болезни.
Платить за копирование и удостоверение документов… Хм, словно нотариус какой-то. Так и вправду можно было бы работать на дому, имея необходимую квалификацию. Хотя я в этом как-то не уверена.
— Отто — солдат. Хотя ты знала, что раньше он был торговцем? У него до сих пор остались связи в этой среде. Профессии, над которыми мы с твоей матерью уже долгое время раздумывали, не подходят тебе. Поэтому знакомство с Отто для тебя оказалось большой удачей, — невозмутимо выговаривает отец. Я все еще удивленно смотрю на него. Такой ревнивец — и вдруг демонстрирует прекрасный пример адекватного поведения! Ого!
