перетрусила и за диван спряталась.
– Молодец. Всё правильно сделала. Теперь можно не бояться, всё закончилось.
– А кто были эти люди? Мальчики, во что вы ввязались?
Все, как-то само-собой, посмотрели на меня в ожидании ответа.
– Лена, я всё объясню. Хотел рассказать сегодня, но вот как получилось. Обязательно расскажу, но сейчас нам всем срочно нужно отсюда уезжать. Нужно прямо сейчас собираться, времени мало, – больше уверенности в голосе, командир не должен сомневаться, а должен отдавать приказы своей команде.
Я повернулся к другу:
– Так. Стас, вы с Леной должны вернутся домой, со мной оставаться сейчас опасно. Даже не возражай, – видя нахмуренное лицо друга, я сразу пресёк его возражения, – Как будете дома, сразу позвоните в ФСБ, расскажите, как ваш бывший друг «слетел с катушек» и набросился на военных. Они всё равно будут в курсе всего этого. И добавь, как вы в это время в доме прятались, сидели – боялись, ничего не видели. Эмели, ты со мной?
– Конечно.
– Отлично! Так вот… вопросы будут задавать, но вам отвечать нечего: ничего не знаете, ничего не видели. Должны быстро отпустить. Лене так вообще врать не придётся, она совсем не в курсе. А мне нужно время выиграть, чтобы решить, что делать дальше.
Стас кивнул:
– Андрюх, всё понял. Пять минут на сборы – сумки не успели разобрать, и мы уже в машине. Зело борзо. Позвоню в органы по дороге, на подъезде к городу. К нам не прикопаются. Как тебя найти?
– Я сам позвоню. Только вот номер мой наверняка уже на прослушке. Так… Эмели. У тебя ведь мобильный есть? Он в России работает?
– Да, по прилёту подключила ещё в аэропорту.
– Отлично. Продиктуй номер Стасу. Пока через него держим связь, но звонок только в самом крайнем случае. А, вообще, Стас – может получится найти незасвеченную симку?
– Без проблем, найду номер и скину вам. Вы сами дальше куда?
Куда? Да, понятия не имею. В городе нас обязательно возьмут, значит, сейчас ехать на квартиры нельзя. В коттедже оставаться совсем глупо, возможно сюда прямо сейчас едет кавалерия для нашего перехвата. Нам нужно время, чтобы остановиться, подумать, что делать дальше, да и просто перевести дух.
– Эмели, дай телефон, пожалуйста.
Я взял мобильник девушки и по памяти набрал номер Геннадия, из соседней Михайловки.
«Ну давай же, Гена, бери трубку.»
– Кто это?
– Геннадий?
– Ну если и так. Кто это?
– Меня зовут Андрей, вы меня не знаете, я от Петра Мельникова. Нам нужна ваша помощь – очень нужно найти место на ночь. Пётр сказал, что мы можем на вас рассчитывать.
– Ну, раз Пётр сказал, то базара нет.
– Вы сейчас дома? Мы недалеко и можем подъехать через полчаса, если примите.
Прошлый раз, когда я почти весь день провёл дома у Гены, он, маясь от одиночества, много рассказывал мне про свою службу в десанте, про армейских друзей и про то, как сложно бывшему контрактнику найти себя на гражданке. Тогда я и узнал о его лучшем друге Петре, с которым он потерял связь после армии. И ещё много разных подробностей жизни его и других сослуживцев – информацию, которой я теперь без зазрения совести планировал воспользовался.
– О как… так это, приезжаете. Скока вас? Дорогу то знаете?
– Двое. Знаем. Найдём без труда.
– Так это… давайте, жду.
Ребята собрались действительно очень быстро. Всё ещё бледная Лена забралась в машину, на меня почти не глядя. Наверное, считает, что это я виноват в этих их бедах. Ну, в целом… она не так уж и не права. Надеюсь, потом меня простит, когда правду узнает, а пока такая обида мне только на руку.
Обнялись со Стасом, пожелали друг другу удачи, и ребята уехали. А у нас тоже времени в обрез, нужно всё делать быстро, чтобы успеть отсюда смотаться до приезда новой группы для нашего задержания.
Якова до сих пор нет, это плохо. Приедет сюда и попадёт в расставленную ловушку. Но оставаться и дожидаться его – тоже большая ошибка, в этой ловушке окажемся все. На звонок он не отвечает, трубка выключена, и я отстучал Якову эс-эм-эску о том, что встречи не будет. Те, кто за мной следят, об этой нашей связи знают наверняка, и сейчас каждый сам за себя, пока не получится разобраться в ситуации. Теперь нужно симку из телефона выдернуть, чтобы по ней не отследили.
Достать симку я не успел.
Мой сотовый неожиданно зазвонил с незнакомого городского номера, и я решил ответить, терять мне особо нечего:
– Слушаю.
– Моси-моси, Андрея-сан. Моя зовут Юма Исикава. Моя учителя Хирото Мори просит встреча с вами. Он прилететь в ваша страна из Япония, в ваша город и просит у Андрея-сан встреча. В понедельника, середина дня, если Андрея-сан удобно. Могу я ответить «да» моя учитель?
– Э… да, но…
– Домо, Андрея-сан. Утро понедельника позвоните по этот номер в гостиница. Мы ждать звонок.
На том конце повесили трубку, а я ещё несколько секунд стоял с телефоном в руках, в полном удивлении от услышанного, не понимая, зачем человеку из Японии могла понадобиться такая встреча
«Ёшки-матрёшки. Что за фигня, чёрт возьми, тут вообще происходит?»
Так… ладно, будет новый день, буду об этом думать, а пока выкину из головы странный звонок японцев, не до них сейчас. Я выдернул симку, а вот номер гостиницы запомнил, мне с моей уникальной памятью быть собственной записной книжкой совсем не сложно.
И кстати, а как нас вообще тут так быстро нашли? Мы совсем недавно прибыли, часа не прошло. За мной следили? Возможно… но тогда, почему сейчас? А может это Эмели их навела??? Не, что за бред… девушка точно на моей стороне, вон как она лихо в бой вступила, даже не задумываясь. Тогда как?
Ладно, подумаю об этом позднее, а сейчас нужно по скорому понять, что на самом деле тут произошло, и какое отношение к произошедшему имеет соседка. Минут десять на это и сразу делаем ноги в сторону Михайловки. Пока такая возможность у нас ещё есть.
Я сходил и проверил связанных солдат, те уже очухались и, хотя связаны надёжно – освободятся быстро, наверняка у каждого вдобавок к специальной подготовке целый арсенал колюще-режущих предметов по карманам, никто их не обыскивал. Я поставил около них Эмели, сторожить и передал ей дробовик для острастки. Всё-таки, безоружная она не внушает опасения и только я знаю, как обманчиво это первое впечатление. Солдатики могут сглупить и в очередной раз нарваться, а лишние жертвы нам
