Но есть одна важная вещь в этом занятие. Философия ценна тем, что в ней нет однозначных ответов. Всякий раз рассуждая о наиболее общих законах мышления или исследования законов природы, человек натыкается на вопросы, на которые он либо не может ответить, либо отвечая на них, он приходит к противоречию. Вот тысячелетние размышления философов призваны как раз эти противоречия снять. Найти непротиворечивые ответы на эти вопросы. На некоторые вопросы ответы найдены, на некоторые нет. Ну и в общем на все возможные вопросы ответы вряд ли когда-нибудь будут найдены, поскольку мы не можем облететь всё пространство, и никогда не будем уверены, что же находится там, за пределами нашего познания. Увы, в этом каждый философ бессилен".
(Слова автора: С интернета взяты комментарии неизвестных пользователей, которыми я обнаглела воспользоваться для на́писания этого отрывка. Иногда и мне лень думать. Все, что своровано — выделено жирным)).
Вирджиния задумчиво оторвала от рукописи глаза. Данная тема коснулась и данной действительности. Действительности Вирджинии, где все её вопросы не находят ответы, которыми она начала задаваться ещё несколько лет назад. Глубокая задумчивость заставили её уйти в себя, где она и провела последующие пару часов.
Выйдя из библиотеки, её можно было уже назвать спокойной личностью. Мысли всегда отстраняли эмоции на второй план, так что идея с библиотекой действительно положительно повлияла на женщину. Спустившись вниз, она пошла в сад, где попросил накрыть ей столик с обедом.
Спустя два дня.
Уснув далеко за полночь, Вирджиния смогла проснуться только за обед. Выполнив привычные процедуры для упорядочения своего облика, она спустилась вниз, как услышала стук в дверь. Ступор мгновенно обуял её, так как она боялась увидеть того, кто в недавнем времени решил беспардонно вмешаться в её жизнь, да ещё и позарится на её свободу. Дворецкий прошёл к двери, а Вирджиния оставалась стоять на месте. Увидев перед собой горца, она разочарованно бросила:
— Видимо моему страху суждено было сбыться.
Услышав её реплику мужчина только усмехнулся, а потом подошёл к ней и слегка склонился.
— Страхи всегда искажают реальность, поэтому за Вашим страхом кроется завидная партия человека, который в будущем сделает Вашу жизнь приятнее, — проговорил он, выпрямившись.
Вирджиния недовольно уставилась на него, но спустя нескольких секунд раздосадованно произнесла:
— Если к тому приятному Вы отнесите то, что я ощущаю сейчас при виде Вас, тогда это далеко не так. Вы вызываете во мне далеко не положительные эмоции. Так что в том будущем для приятного места нет.
— С самого утра и ты уже оскорбляет меня, банши.
— Я тебе не ты и не банши. Понял, горец?
— Понял. Банши, — с наглой улыбкой проговорил он, в которой пронеслась насмешка. — Но тем не менее я все равно выполню своё намерение из-за которого я здесь. Я хочу пригласить Вас в ресторан, Вирджиния. Там мы пообедаем и поговорим. Я и так дал Вам два дня, чтобы Вы свыклись с тем, что скоро моё общество из редкого перейдёт в постоянное.
— Что и будет постоянным, так это моя ненависть к Вам. И чем дальше, тем сильнее. Вот так, горец. Так что не думай, что у тебя что-то получится. Ты приехал сюда абсолютно зря.
— Мы ещё посмотрим, банши. Сколько Вам нужно времени, чтобы собраться?
— Мне кажется я не давала своё согласие!?
— Тогда я жду его.
Вирджиния закатила глаза. А потом вперившись в него острым взглядом бросила:
— Жди. Можешь ждать до самого вечера.
— Если потребуется, то я подожду и до самого вечера.
Вирджиния внутренне заскрежетала зубами.
— Вот наглый. Откуда ты черпаешь эту наглость, горец?
— Эта черта в моей крови, банши. Так что я буду стоять здесь до тех пор, пока ты мне не дашь своё согласие.
Вирджиния внутренне чертыхнулась, ей хотелось прибить этого мужчину из-за его наглости, напора и настойчивости. Но настроения, чтобы препираться не было, и она злостно, с неким отвращением, выплюнула:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да чёрт бы тебя побрал. Поеду я с тобой в ресторан. Можем уже идти. Я не собираюсь наряжаться для тебя.
Мужчина победно улыбнулся:
— Мне и так нравится, как ты выглядишь, банши.
Вирджиния только ненавистно скосила на него глаза, а потом оторвав их, направилась вперёд.
"Обзавелась головной болью, дура".
Сев и расположившись в карете, Вирджиния нацепила на своё лицо высокомерную маску, понадеявшись, что она сработает и с ним. Но нет, мужчину такие вещи по-видимому не останавливают. Точнее именно этого.
— Ваш колючий вид только вызывает к себе желание одомашнить Вас.
— Вы что мазохист? — недовольным взглядом устремилась она в него.
— Отнюдь. Мне просто нравятся женщины с характером.
— Тогда лёгкие Вам характеры попадались до сих пор, раз Вы ещё живы.
Глаза мужчины блеснули насмешкой.
— Согласен. Зная Вас столь короткое время, я уже чуть не лишился пальца, за малым не был сброшен с коня и получил ощутимую оплеуху, — с улыбкой проговорил он, смотря на причину вышесказанного.
— Мало получили, раз продолжаете находится в моей компании.
— Это от меня не зависит, Вирджиния. Меня само тянет к Вам, хочу я того или нет.
— Мне кажется ко мне Вас тянет другое.
— Что же? — заинтересованно спросил он.
— А Вы уже забыли, как показывали мне своё желание!?
Мужчина неожиданно рассмеялся.
— А Вы всё-таки запомнили это. Но тогда разве это не подтверждает лишний раз моё отношение к Вам?
— Подтверждает только плотский интерес в мою сторону, не более.
— А разве это плохо, когда хотят женщину, которая нравится?! Если бы у меня не было бы к Вам никаких серьезных намерений, тогда бы я согласился с Вами. А в данном случае, первое исходит из второго.
— На что же мужчины не готовы пойти, лишь бы получить желаемое. Говорите, что женщины хитры и лживы, но сами являетесь точно такими же.
— Я Вам говорил, чтобы Вы не сравнивали меня с другими, поэтому ещё раз попрошу не делать этого. А на счёт хитрости и лживости, то я прибегаю к этому крайне редко.
— Зато как умело.
— Когда речь идёт о чём-то важном для тебя, тогда действуешь крайне продуманно и изворотливо.
— О да. Тогда Вы носите в этом звание мастер. Что крайне удивительно для того, кто делает это крайне редко.
Через пятнадцать минут карета свернула в каком-то неизвестном направлении для Вирджинии, отчего она насторожились.
— Мне казалось ресторан находится в другой стороне!?
— Самый посещаемый да, но мы поедим в другой.
— Вижу Вы не соблаговолили поинтересоваться моим мнением.
— Так и есть. Но скоро Вы поймёте почему.
Вирджиния подозрительно скосила на него свои глаза, но решив не продолжать этот разговор, а увидеть всё своими глазами, замолчала.
Ещё через десять минут, карета остановилась и они выбрались наружу. Первым во что упёрся взгляд это незнакомый ей до этого ресторан.
— Прошу, — прозвучало позади Вирджинии и она направилась вперёд. Внутри её ожидала пустота, и мужчина указал на второй этаж. Она прошла наверх и увидела украшенный цветами зал и один столик, размещенный возле большого окна.
— Я так понимаю это тот самый сюрприз из-за которого Вы и не соблаговолили поинтересоваться моим мнением в выборе ресторана!?
— Я хотел создать приятную для Вас атмосферу и провести обед наедине, без посторонних. К тому же, этот ресторан славится своими фонтанами. Это вторая причина по которой я его выбрал. Но это Вы увидите позже.
Вирджиния хмыкнула и направилась к столику. Сев с помощью горца на стул, она сразу же устремилась взглядом в оконный вид. Внизу располагался сад, в котором располагались столики и разнообразные кусты цветов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Через пару минут она оторвала свой взгляд и перевела его на мужчину. Тот сидел напротив неё и молча наблюдал за ней.
— Если Вы пытаетесь узнать мои эмоции по поводу всего этого, то они далеко от радужных. Я не романтичная особа, чтобы меня могло это впечатлить.
