Рациональный подход и прагматичный анализ подсказывают, что реформы, предлагаемые МВФ и другими операторами глобального финансового капитала, ведут к разрушению государства и расслоению общества.
Новейшая история Грузии демонстрирует нам, до чего доводит вера в реформы и невидимые руки. Государство под чутким руководством президента Саакашвили продало все активы, начиная от металлургических заводов и минеральной воды «Боржоми» и заканчивая троллейбусами и канализацией в городах. Все полученные ресурсы были пущены в фан-проекты в современной архитектуре: отремонтированы фасадные части крупных городов, реконструирована набережная в Батуми и приведен в порядок центр Тбилиси. На этом средства закончились и президент, продавший всю государственную собственность и проигравший войну, сбежал. Реформы закончены. Всем спасибо, все свободны. Грузия не стала частью никакой корпорации, а государством быть перестала. Единственное, что системно присутствует в Грузии из государственных функций, это полиция. Что и понятно — в таком государстве риски бунта крайне высоки; и чтобы бунт не перерос в восстание, нужны эффективные полицейские силы. В общем классическая латиноамериканская банановая республика, где могут выжить только контрабандисты, содержатели борделей, ресторанов и казино, а также местные князьки, которые получили свою маленькую долю в госсобственности. Производства нет, внутренний рынок ничтожен, наука и инженерия умерли, потому что ничего собственного, кроме продуктов питания и услуг, не производится.
Аналогичный путь прошла Молдавия. Только там либеральные реформы внедрялись в еще более экзотическом варианте. Поскольку в 1989 году был выбран курс на присоединение к Румынии, то либеральные реформы внедрялись в провинциально-румынском варианте. Фактически произошла вторичная колонизация — создание экономической колонии экономической колонией. В результате в Молдавии практически нет госсобственности, не заканчиваются парламентско-правительственные кризисы, а реально внутренней политикой управляет один человек — олигарх Влад Плахотнюк, который является младшим партнером румынских, германских, французских и арабских корпораций. Экономика Молдавии оказалась настолько разрушена в ходе реформирования, что одна частная корпорация сегодня влиятельнее государства. А вот полиция, как и в Грузии, достаточно четко работает и недовольных разгоняет быстро.
Но ни в киргизском, ни в грузинском, ни в молдавском случае никакого вхождения во всемирную корпорацию, которая наведет справедливый порядок, не состоялось. Так же как не ждет ничего хорошего бывшую Украину, которая пошла по их пути.
Почему же либеральные реформы, рецепты МВФ и рекомендации модных консультантов не дают надлежащего эффекта? Почему вместо неэффективного государства не наступает эпоха справедливого правления невидимой руки? Может, мало жертв принесено реформам? Может быть, надо еще ликвидировать бесплатное среднее образование и скорую помощь? Чтобы наверняка отдать все невидимой руке.
Почему либеральное реформирование не приносит результатов, в которые верят реформаторы и их адепты? Для того чтобы ответить на этот вопрос, надо внимательно посмотреть, как обстоят дела у тех, кто нам эти реформы и рецепты предлагает. Насколько далеко пошли в разрушении государства в США, Великобритании, Евросоюзе, Швейцарии и остальных канадах. В общем, как обстоят дела с глобальным либерализмом там, где эту идеологию разработали и пытаются внедрить по всей планете. И если мы начнем внимательно изучать внутреннее политэкономическое устройство государств Евроатлантики, то увидим, что ни в Нью-Йорке, ни в Лондоне, ни в Брюсселе, ни в Берне, ни в Оттаве государство как институт вовсе не спешат разрушать.
США ежегодно вкладывают огромные бюджеты в новую программу здравоохранения, увеличивают вооруженные силы и расширяют список научных исследований за государственный счет. Другой вопрос, что в США очень специфическая форма влияния на государственную политику. Фактическим двигателем общественного прогресса является легализованный лоббизм. У каждой влиятельной социальной, культурной или деловой группы есть лоббистская инфраструктура, которая продвигает вполне конкретные законопроекты, статьи в федеральном бюджете и борется за посты губернаторов и за мандаты в сенате и конгрессе. Например, у нефтяников лоббистская группа влиятельная, поэтому во внешней политике часто руководствуются интересами этой отрасли, а вот у строительных магнатов лобби ослабло после кризиса на рынке жилья. Есть лобби у национальных групп, например весьма влиятельны армянское и еврейское лобби. Есть лобби у субкультур. Например, гей-лобби последние 20 лет двигалось посредством культуры, легализуя гомосексуализм и другие формы сексуальных извращений в массовом искусстве, в первую очередь в кинематографе, поп-музыке, современной живописи и литературе. Всего 30 лет инвестиции в массовую культуру — и вот уже в большинстве штатов гомосексуализм легализован и президент Обама обещает федеральный закон. Особняком стоит оружейное лобби, которое заинтересовано в том, чтобы внутренний рынок был открыт для свободной продажи. В культуре также сформирован образ доступного оружия, и спрос на него постоянно растет, несмотря на предупреждения правозащитных организаций, что оружия на руках у населения достаточно, чтобы начать гражданскую войну. Но у правозащитников нет влиятельного лобби, в отличие от оружейников.
Государство в США видит себя в виде арбитра, но тем не менее даже в этой роли сохраняет свои позиции. Государство постоянно укрепляет спецслужбы, расширяет слежение за собственными гражданами, чтобы пресечь нелояльность, создает новые силовые спецподразделения, инвестирует в программы выявления талантов из малообеспеченных семей, привлекает необходимых специалистов из-за рубежа.
Государство в США никто не спешит сдать в утиль и отдать в управление корпорациям. Наоборот, в США корпорации являются партнерами государства и, безусловно, лоббистами. О лоббизме финансового капитала в культуре уже сложены легенды — образ Уолл-стрит многократно описан в сценариях, снят в кинолентах и отлит в бронзе в виде скульптуры быка. Государство отвечает финансовому лоббизму как партнер. В условиях противостояния глобального финансового капитала с промышленным капиталом РФ государство США занимает сторону финансового капитала. Санкции вводит не корпорация и не банк, а государство. Лоббисты могут разработать решение, но легализует его все равно государство. Государство использует финансовый капитал, а финансовый капитал использует государство, но цель у них единая — колонизация нового рынка, где каждый получит свою долю прибыли. Для государства США это ликвидационная сделка по уничтожению конкурента. Для финансового капитала — завоевание нового рынка.
Если мы посмотрим на состояние государства на первой родине либерального глобализма в Великобритании, то также увидим, что никто не собирается отменять государство и приносить его в жертву рынку. Попробуйте получить визу в Британию — и вы поймете, как обстоит дело с государством в Соединенном Королевстве. Все прелести либерального английского государства на себе сейчас чувствуют наши соотечественники, которые последние двадцать лет выводили личный капитал в Лондон и окрестности (как только началась торгово-экономическая война с РФ, государство в Британии сразу же включило режим презумпции виновности по отношению к владельцам паспортов РФ). Ты можешь быть трижды собственником апартаментов, бенефициаром легального бизнеса и обладателем ПМЖ, но будь добр доказать, что твои средства не получены преступным путем. А сделать это непросто, как говорил олигарх глобального масштаба Джон Рокфеллер: «Могу отчитаться за каждый заработанный миллион, кроме первого».
И вот теперь нашим соотечественникам блокируют кредитные карты, отказывают в продлении визы и накладывают арест на недвижимое имущество. Многие плюют на унижения и уезжают назад в Россию. В таком случае государство Британии неплохо наживается на присвоении активов и капиталов российской буржуазии. Как говорят в специфических кругах, «отжать отжатое не западло».
Государство в Британии активно защищает свой финансовый суверенитет. Входя в еврозону, Лондон не спешит отказаться от собственного фунта стерлингов в пользу евро. Служить в вооруженных силах Британии престижно и почетно. Полицию если и не уважают, то точно боятся. Государство поддерживает престижность и авторитет науки и ведущих вузов, где предпочитают учить своих отпрысков представители мирового капитала и политики. Среди мест обучения детей российской, украинской или казахстанской правящей элиты лидируют колледжи Великобритании.
