Зайка еще раз лучезарно улыбнулась. Понявший намек сосед сгонял к бару и поставил перед девушкой бокал шампанского. Как его зовут хоть? Ай, какая разница, проводить с ним вечер Зайка все равно не собирается.
Белый Тигр был прекрасен. Даже больше ожидаемого. Первый номер — ритмичная хип-хоп композиция — заставила весь зал двигаться в едином ритме, в то время как пятеро парней на сцене демонстрировали нехилую акробатическую подготовку. Зайка решила с танцами не спешить. Она подождет еще одну-две песни. В конце концов, она не девочка-малолетка, из тех, что прижались сейчас к сцене и размазывают по прыщавым мордочкам слезы счастья.
Песня закончилась, Белый Тигр подошел к краю сцены.
— Всем добрый вечер, — приветствовал он зал по-русски.
Ответом послужил восторженный рев. Звезда перешла на английский, какая-то девушка, судя по виду — студентка синхронно переводила его речь в микрофон.
— Я не большой мастер говорить, — закончил Белый Тигр свою речь. — Пусть за меня говорят мои песни.
И музыка зазвучала еще до того, как смолкли аплодисменты. Это была романтическая баллада. Подтанцовка исчезла со сцены, и певец остался один на один с публикой, в огороженном прожектором круге, окруженный тьмой.
Импозантный сосед, не пухлик, а другой, потянулся к центру столика, к вазе, наполненной тонкими акриловыми трубочками, достал одну из них, надломил и передал спутнице. Белый стик по всей длине засветился голубоватым флуоресцентным светом, и женщина, помахивая им, отправилась танцевать.
Тетка была хоть и возрастная, но ухоженная. Было заметно, что и фитнесом она занимается регулярно, а не от случая к случаю, и одевается отнюдь не на распродажах. Зайка завистливо вздохнула, провожая взглядом узкую мускулистую спину.
Оставшийся без пары мужчина выгреб из вазы оставшиеся трубочки и, методично их сгибая, принялся плести бесконечное светящееся ожерелье. Видимо, на концерт он пришел только ради своей подруги и теперь отчаянно скучал.
— П-потанцуем? — икнул шампанским пухлик.
— Что-то не хочется, — отмахнулась Зая. — Может, потом…
Парень схватил ее руку влажной ладонью.
— Ну чего ты ломаешься…
Зайка вырвалась, фыркнула рассерженной кошкой:
— Пошел вон, пьянь!
Почему-то стало обидно, и вообще все перестало радовать. Новые лаковые ботильоны показались вычурными и неудобными, платье, которое она с таким трудом оторвала на распродаже, больно резало под мышками. Черт!
Зайка схватила со стола свой клатч и пошла к выходу. Две минуты в тишине — и настроение исправится, нельзя позволять себе распускаться.
На лестнице Зое встретился какой-то мужчина, скользнувший по девушке равнодушным взглядом. Она расправила плечи и гордо прошла мимо, чеканя шаг. Подумаешь, принц Азии!
В хитросплетениях клубных лесенок и коридоров девушка не разбиралась. Поэтому просто шла куда глаза глядят, здраво рассудив, что, если заблудится, всегда можно спросить дорогу у кого-нибудь из обслуги.
Лестница закончилась площадкой, дальше путь перегораживала обтянутая бордовым плюшем цепочка. Служебные помещения? Зайка подобрала подол юбки и элегантно переступила преграду. Посмотрим, что там у вас за помещения.
Захотелось курить. Девушка переходила от двери к двери в поисках таблички WC. Ковровое покрытие закончилось, и каблучки ботильонов громко стучали по паркету. Искомое помещение нашлось не сразу, пришлось свернуть в другой коридор и спуститься на один пролет обычной бетонной лестницы.
Туалет был крошечный, но чистенький — с белоснежным умывальником, круглым зеркалом над ним и двумя кабинками. Зайка достала сигареты, прикрыла дверь в коридор и с наслаждением закурила. Зеркало отражало ее слегка припухшее лицо, пышную асимметричную прическу, спускающиеся почти до плеч подвески серег.
Конечно, в туалете курить было строжайше запрещено. Но ведь никто не увидит, правда? Зайка подмигнула своему отражению. Отражение в ответ не подмигнуло.
Зайка замерла и тихонько выпустила струйку табачного дыма. Дым коснулся стекла, расползаясь по нему, как речной туман под лучами солнца. На поверхности зеркала появилась линия, еще одна. Кто-то невидимый медленно, скрипя пальцем по стеклу, выводил букву за буквой: «Минздрав предупреждал…»
Зоя нервно хихикнула. Что происходит? Она-то и выпила всего ничего. От одного коктейля и бокала кислого шампанского такие глюки поймать нереально. Девушка еще раз затянулась. Разве что толстяк ей какую-нибудь гадость в бокал подсыпал. Жаба потная!
Дым царапнул горло, Зайка закашлялась, грудь сдавило будто тисками, девушка схватилась за умывальник, навалившись на него всем телом, окурок упал на пол.
— Вранье наказуемо. — Вкрадчивый шепот звучал будто из скрытых динамиков, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме. — Непослушание наказуемо…
Зайка смотрела в зеркало — абсолютно чистое и гладкое, без всяких надписей.
— Я была послушной, — пробормотала она и опять закашлялась.
— Ты опять врешь…
И Зоя закричала, потому что ей показалось, что из ее рта, которым она еще минуту назад выпускала в воздух изящные дымные колечки, наружу выбирается огромная змея. Ее плоская голова покачивалась в воздухе, длинное тело изогнулось, обхватывая шею девушки плотным кольцом.
— С-с-смерть…
Зайка, не переставая кричать, попыталась схватить тварь, но дрожащие пальцы не встречали преграды. Девушка металась по маленькому помещению, больно ударяясь о стены, воздух сгустился туманом. Зоя наткнулась на приоткрытую дверь кабинки, упала, всхлипывая, забилась в угол и там замерла. А в уши все ввинчивалось противное змеиное шипение.
Белый Тигр закончил выступление. Он спустился через служебный выход, избегая встреч с поклонницами. Последние сорок минут он потратил на общение — раздавал автографы и позировал для фотографий всем желающим. Это был один из элементов его работы, доведенный почти до автоматизма и поэтому несложный. Время от времени Пак Мин Джун незаметно поглядывал на часы и думал, что все планы смещаются, и в полночь быть дома у командира они с братишкой никак не успевают. Ащщ! Десять минут первого, а еще вечеринка, на которой надо хотя бы появиться, чтобы выслушать приветственную речь принимающей стороны и ответить парой восторженных фраз.
— Ты и здесь популярен, хён. — Хо Мин Су ждал его у ступенек служебной лестницы.
Он угрюмо смотрел за спину Мин Джуна, где ребята из подтанцовки тащили охапки цветов, десятки, если не сотни мягких игрушек и свернутые рулоны самодельных плакатов — писем от поклонников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
