— Сядь на кровать. А то простудишься, и он меня, ни за что, прихлопнет, — пробормотал Алекс, снова что-то набирая на телефоне.
Лина настолько опешила, что послушно встала, и села на застеленную кровать, чувствуя себя…, даже обиженной немного.
Нет, черт! Она была сильно обижена! Что это за манера обращения с нею?! Неужели нельзя было сказать, что происходит?? Она ему что — элемент обстановки??
Каталина сжала пальцы, царапая ладони, стараясь контролировать бешенство и раздражение. Но с тихим ругательством, заставившим Алекса пораженно уставиться на нее, забывая на мгновение о треклятом аппарате, признала полный провал такой попытки.
— Давай сюда свою голову, — сердито пробурчала Лина, встав, и приблизившись к напарнику. — Хоть полезное что-то сделаю, пока этот…, - она прикусила язык, пытаясь подобрать более подходящее слово, но только вздохнула, понимая, что все равно, не сможет долго сердиться на Грега. — Ладно, не важно. Просто дай мне чем-то заняться…
Алекс смотрел на нее пару мгновений, но промолчал. Пожав плечами, он сел на стул, к ней спиной, с непонятным для Катти выражением на лице, разглядывая темный дисплей телефона.
— Это идиотское решение!
Грегори был зол на друзей. Хоть и понимал, что никому из присутствующих в этой комнате вампиров, было не легче, чем ему. Вероятно, Михаэлю и Максу было даже сложнее — они оба провели единение, в то время как сам Грег — только шел к нему.
Хозяин замка хмыкнул на такое проявление его темперамента, но не принял во внимание. Это не обсуждалось, и Грегори пытался себя смирить с подобной необходимостью.
Макс, даже, не посмотрел в сторону Грега.
Тот сжал кулаки, смотря на своего товарища, понимая, что Максимилиану, в сотни раз сложнее, очевидно, контролировать собственное безумие, когда Элен не с ним. Впервые за эти дни, прошедшие с обращения девушки, Грегори видел Макса таким…, таким…, безумным. Лучшего слова было и не найти. Только одного не хватало для полноты картины, к которой они с Михаэлем привыкли за последние триста лет. Но Грег искренне сомневался, что еще хоть когда-нибудь увидит самоистязания друга, учитывая то, что оно влекло за собой. И чертовски радовался этому, вообще-то. Уже лишь только за такую деталь, вампир был благодарен Элен.
Да, Максу было хуже…
Но и Грегори не ощущал легкости и покоя. Ведь Катти находилась за несколько часах от перерождения, черт побери!!
— Мы не будем брать их с собой, Грегори. И точка, — это не было голосом. Макс, скорее прорычал эти слова, подобно дикому зверю. И даже на расстоянии было видно, что разум с трудом сдерживает ярость, которой бушевала тьма этого мужчины.
Это было оправданно.
Но как он мог оставить ее одну сейчас, и просто уйти? Как мог отправиться в неизвестном направлении, и не быть уверенным в том, что успеет вернуться?! Пусть с ней и был ее друг. Пусть и не могло что-то угрожать Каталине в этом замке. Грегори был просто не в состоянии сделать этого и точка.
Однако и не понять причин, побудивших Михаэля и Макса поступить подобным образом, было бы сложно. Для каждого из них троих сохранность любимой являлась приоритетней любого внутреннего, пусть и мучительного, разъедающего дискомфорта от временного расставания.
Грегори это понимал. И почти завидовал своему брату, который был достаточно силен, чтобы настолько взять себя под контроль.
— Мы только поговорим с Теодорусом, — Михаэль подошел к окну, всматриваясь в ночь. — Собственно, я уверен, что он даже не захочет приблизиться к нам сегодня. Так что встреча не будет долгой. Но я намерен обеспечить Сирине встречу всех девушек, которые имеют связь, — Мастер повернулся к друзьям, внимательно осматривая хмурых мужчин. — Все мы понимаем, что в наших же интересах понять, для чего Рохус так упорно ищет их.
Максимилиан глухо зарычал, и Грегори почувствовал, как от друга расходятся волны силы при этом имени. А чтоб его! Он был согласен с ним в такой реакции. С той самой минуты, как понял, что Древнего интересует и Каталина — Грегори имел в этом деле не только дружеский, но кровный интерес. В самом прямом значении этого слова.
Понимающе посмотрев на Макса, Михаэль повернулся к брату.
— Сколько времени у Каталины?
— Не думаю, что больше восьми часов, — сжимая кулаки, недовольно произнес он, все еще опасаясь, что они могут не успеть. Грегори игнорировал разумные доводы. Просто хотел быть с ней, когда это начнется. Поддерживать, обнимать, укачивать Катти в своих объятиях…
— Грег, — Михаэль положил руку на плечо брата, привлекая его внимание. — Мы вернемся гораздо раньше, я гарантирую.
Он мог только оскалится. Честно, Грегори это не устраивало.
— Я понимаю, ты же знаешь, — Михаэль ни капли не смутился такой реакции брата. — Мы оба знаем, насколько сложно уйти. Но Каталины это касается в такой же мере, как Рины или Элен, — Мастер не обернулся на усиливающееся рычание со стороны Макса, продолжая убеждать Грегори. — Мы должны все выяснить. И для этого, Сирина должна изучить то, что появляется, когда все четыре девушки собираются вместе.
— Почему ты считаешь, что Теодорус захочет привести свою девушку? — Грег скептично поджал губы, все еще не позволяя себе отступить в этом споре, хоть и он, и Михаэль, и Макс знали, что ни у кого из них не было выбора.
— Для этого мы и идем к нему, — Михаэль криво усмехнулся, впервые за это время, позволяя другу увидеть, чего ему самому стоит удаление от любимой. Багровые всполохи взметнулись в темных глазах Мастера, и ветер ворвался в окно, штормовым порывом проносясь по комнате, в которой сидело трое вампиров. — Уверен, что он прислушается к нашим доводам.
Максимилиан резко поднялся с кресла, на котором сидел все это время, и приблизился к друзьям.
— Может, закончим болтовню, и уже двинемся? — голос светловолосого вампира прерывался рыком, и от этого еще менее походил на звуки, издаваемые разумным существом, чем когда-либо.
Это заставило Грегори унять собственное недовольство, смиряя с необходимостью уйти. Он кивнул, показывая, что готов.
Силуэты вампиров растворились во тьме комнаты, следуя за Максом, которому сознание Элен показывало дорогу.
— Глава 7
— Лина, — Алек дернулся, пытаясь вырваться из ее рук, на что Каталина только фыркнула, — больно же!
— Ничего, потерпишь. Не маленький, — она оставила в покое края раны, которые ощупывала, пытаясь определить, нет ли нагноения, и осмотрелась, раздумывая. К счастью, воспаление, хоть и имело место, но судя по всему, только начиналось, и состояние Алекса не было критическим. Теперь надо было найти воду и кусочек ткани, чтобы промыть ранение. Так как этим, определенно, никто из мужчин не озаботился.
