Новый хозяин — полуорк Тором, мало того что оказался великолепным поваром, он ещё варил замечательный эль. Нельзя сказать, что доход от «Перекрёстка» очень возрос, но и прежних убытков не было. Как говорил сам Тором, употребляя мудрёное слово:
— Самоокупаемость есть и хорошо. А прибыль… Ну, Ларнийский перевал не вечно же закрыт будет, вот пойдут караваны по тракту и прибыль появится.
Вот и сейчас в полутёмном зале корчмы было всего три посетителя. Староста деревни и местный кузнец не спеша потягивали пиво и с умилением наблюдали за рыжей девочкой, которая расправлялась с третьим пирогом с вишнями. Пироги были сладкими и очень большими, их Тором пёк специально для этой девочки. Листик, как выяснилось, любила не только жареное мясо, но и всякие сладкие блюда, а от пирогов бывшего охотника на драконов была в восторге. Сам хозяин корчмы тоже сидел за столом с кружкой пива. Любование поедающей пироги Листиком не мешало плавной и умной беседе. А какая беседа может быть у столь солидных и уважаемых людей, как староста, кузнец и хозяин корчмы?
— А что произошло‑то, что караваны пошли в обход перевала? — между глотками пива поинтересовался Тором, ответил староста:
— Что‑то там появилось, может нежить какая или ещё что. Как пропал третий купеческий караван, барон снарядил туда отряд. Полдружины ушло, а повёл сын барона — Тэрик. Но все там и сгинули, только одному воину удалось вырваться, говорит — скальные химеры. Но это какая же должна быть стая, чтоб норвеи барона с ними не справились. Вот сэр Лэри и приказал завалить выход на перевал, да ещё и магически укрепить тот завал, чтоб, значит, химеры боялись к завалу подходить. Но думается мне, что не это горных чудищ держит. Не любят химеры‑то с гор уходить, а в лес и подано не сунутся! Так что нам тут ничего не грозит, а вот что караваны перевал обходят — плохо, и нам плохо и у барона дохода нет, а значит, дружину‑то он пополнить не может…
— Вы почтенный, говорили, что у барона в дружине норвеи служат? Я слышал, что они только у короля в гвардии есть, — заинтересовался Тором.
— Так это… Сэр Лэри‑то генералом у короля был, люди говорят — не последним, одним из лучших! Вот наш милостивый король и пожаловал своему генералу Дрэгисское баронство.
— Милость короля — безгранична, — хмыкнул Тором, — пожаловать как награду за верную службу пограничное баронство! Хотя если барон был генералом, то воевать ему не привыкать, а если одним из лучших… Хотя и он не смог справиться с тем, что закрыло перевал. Постойте, почтенный, вашего барона не Лэри де Гривз, зовут? Тогда понятно откуда у него в дружине норвеи, он командовал отрядом норвейских наёмников.
— Да, тот самый генерал Лэри де Гривз, но с тех пор, как погиб его сын, он сильно сдал. Жена умерла сразу после родов, Тэрик был единственным сыном, такой богатырь был! Такой красавец! — Староста замолчал, помолчали и остальные, Листик перестала есть пирог и задумалась о чём‑то. В это время в корчму зашёл ещё один посетитель:
— Привет честной компании! — поприветствовал он сидящих за столом.
— И тебе привет, Терлин! — отозвался Тором, остальные вежливо кивнули.
— Ага! Привет, — не осталась в стороне Листик.
Терлин стал обходчиком владений барона Дрэгиса. Когда бывший охотник на драконов пришёл к барону с предложением взять его егерем или лесником, барон сильно удивился. Дрэгисский лес был огромен и совершенно не нуждался в охране и каком‑либо обустройстве. Но поразмыслив, барон взял Терлина, назначив — обходчиком. Дружина барона Дрэгиса уменьшилась наполовину, и воинов даже на патрули не хватало. Лишние глаза и уши не помешают — рассудил барон. Вот сейчас Терлин и возвращался из очередного такого рейда в предгорья.
— Пива выпьешь? — спросил Тором своего старого товарища. Тот молча кивнул и сел на предложенное место.
— Как там у гор? — больше из вежливости поинтересовался староста, как там могло быть, если дорога завалена. Ну а если какой зверь в обход дороги с гор спустится, то он быстрее обходчика до обжитых мест добежит. Терлин поднял свою кружку, Листик, у неё была такая же, первая чокнулась с баронским обходчиком, остальные последовали её примеру, пряча улыбки.
— Ну, будем здоровы! — важно произнесла девочка и сделала несколько глотков, белый след на её верхней губе показывал, что в кружке отнюдь не пиво. Терлин сделал пару глотков и сообщил:
— Завал на старом имперском тракте разрушен, дорога на перевал свободна.
— Это кто же мог такое сделать? — озаботился староста. — Кто же к нам с гор спустился? Точно не химеры…
— И что интересно защитные амулеты, ну те, что зверей и нежить отпугивали, переставлены на скалы. Причем так, что защитный контур сохранился! Я проверил! — продолжил Терлин, показывая амулет, полученный от барона. — А это мог сделать только маг! Да и завал… Такое впечатление, что его аккуратно разобрали, причём сделали это не со стороны гор.
— Ты хочешь сказать, что это кто‑то из местных? — удивился Тором. Староста Подгорцев отрицательно покачал головой. А Терлин поднялся:
— Спасибо, Тором, горло я промочил, пойду в замок, доложу.
— Это правильно, — кивнул староста, — барон разберётся, кто это мог сделать. Да и завал восстановить надо бы…
— Ага, — кивнула Листик и тоже поднялась: — Мне тоже пора. Спасибо, Тором за угощение!
— Пожалуйста! Я всегда рад твоему приходу, Листик.
Баронский обходчик и Листик ушли, а Тором налил ещё по одной кружечке — делать‑то всё равно нечего, а тут такая компания, поговорить можно. Староста, неторопливо отпив из своей кружки, кивнул в сторону двери:
— Пошла смотреть, что там произошло.
— А я думаю, что она об этом уже знала. Когда Терлин рассказывал, она не удивилась. Обычно расспрашивает — что произошло, а тут просто сидела и слушала. Думаю, Листик знает, кто это сделал, — не согласился со старостой Тором. Кузнец задумчиво покачал головой и высказал свои предположения:
— Пошла разбираться с тем, кто там поозоровал, порядок наводить… Уж она‑то…
— Сдаётся мне, скоро по этой дороге снова пойдут караваны, — высказался Тором, удивив своих собеседников. Усмехнувшись, он пояснил: — Терлин сказал — завал аккуратно разобран и не со стороны гор. Аккуратно разобран, а не разбросан! И не проломлен! Так делают когда собираются дорогой долго пользоваться, а не один раз пройти. Я не удивлюсь, что в этом как‑то Листик замешана!
Тором, высказав свои предположения, не знал, насколько он прав.
Неделей раньше, до разговора в «Перекрёстке», над имперским трактом летел изумрудно–золотистый дракон. Обычно Листик, взлетая у своей пещеры, круто уходила вверх, на высоту, где её и разглядеть‑то было трудно. Уже там маленький дракончик переходила в горизонтальный полёт и летела, ориентируясь на старый имперский тракт к Ларнийскому перевалу, а уже там поворачивала в горы, где и охотилась. Листик могла и «прыгнуть» к месту охоты, но разве «прыжок» можно сравнить с тем наслаждением, которое даёт вот такой полёт! Листик прекрасно видела всё творящееся на земле и, увидев свою добычу — горного козла, подобно орлу камнем падала вниз, хотя это не совсем удачное сравнение, атакующий дракончик летел гораздо быстрее падающего камня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
