– надо же сохранять лицо в глазах окружающих. Однако на разрушительный эффект такие условности, что характерно, не повлияли, а Япония попросту не имела средств для предотвращения русского удара и заработала плюху. Что же, бывает.
Итак, в один прекрасный день с аэродромов поднялись в небо два десятка истребителей МиГ-31, к каждому из которых была подвешена внушительная на вид, совершенно не сочетающаяся по дизайну со стремительным, но тяжелым перехватчиком, ракета. Впрочем, истребители летели не так уж и долго. По сути, они играли сейчас роль первой ступени для недавно поступившей в войска новой модификации гиперзвуковых ракет. Это русское ноу-хау, так и не превзойденное конкурентами, в японо-китайской войне пока не применялось. Тем выше был соблазн испытать его в условиях масштабного конфликта против неприятеля, имеющего современную ПВО. И русские не стали мелочиться.
Эти сутки во всем мире очень быстро стали называть «днем, когда японцы огребли». И, по сути, так оно и было. При всей своей технологической развитости и истекающих из нее преференциях, Япония – очень маленькое по размерам государство использующее вдобавок в энергетике атомные электростанции. Конечно, они – не основные источники энергии, на самом деле их не так и много, но для маленькой страны…
В общем, гиперзвуковые ракеты преодолели систему ПВО и даже не заметили ее. Как, впрочем, и она их. А после этого они поразили такие большие и неподвижные цели, как АЭС, и натворили дел. Благо даже без боеголовок, на одной кинетической энергии могли бы разбить немало посуды на чужой кухне. А когда они еще и взрываются…
Разумеется, атомные станции не взорвались – русские же не варвары устраивать зону радиационного заражения рядом с собственными границами. Вот будь это все подальше, где-нибудь за океаном – тогда пожалуйста, со всем нашим удовольствием. Тогда и заряды были бы другими, и налет более массированным – одной, даже особо мощной ракетой разрушить столь защищенную цель, как атомная станция, крайне сложно. А рядом – нет, здесь те, кто направлял ракеты, действовал тоньше.
Взрывами были поражены вспомогательные агрегаты. Вроде не смертельно, вот только этим ударом русские убили сразу трех зайцев. Во-первых, показали, что могут поразить любую цель на территории Японии. Во-вторых, продемонстрировали решимость не останавливаться ни перед чем. И, в-третьих, нанесенные повреждения привели к аварийной остановке большинства реакторов. А их просто заглушить, но крайне сложно запустить вновь. В результате после нанесения удара у японцев остались только две действующие АЭС, и энергосистема островного государства рухнула.
В принципе, это не было смертельным ударом. Перераспределить энергетические потоки сложно, однако вполне технически возможно – без освещения улиц вполне можно обойтись. В отличие от военных заводов, к слову. Однако военные действия встали на паузу – японцы лихорадочно решали, что делать дальше, китайцы пытались хоть как-то восстановить боеспособность своей избитой армии, русские же никого не торопили. Война постепенно замирала.
В двадцати километрах от Игровой Базы.
Это же время
Дорога петляла, как мысли алкоголика. Сурок развалился в кресле, старательно делая вид, что он спокоен и расслаблен, и надеялся, что актерские таланты его не подведут. Насколько ему это удавалось – вопрос открытый, однако пока что никаких претензий ему не высказывали.
Откровенно говоря, сам он проехал бы по этой дороге «на одном колесе» и не вспотев при этом. Даже с учетом того, что дорогу подернуло ледком, а посыпать ее песком дорожники, как всегда, не успели. Но в том-то и проблема, что сейчас за рулем был не Пашка. Сегодня, после долгих уговоров, он сдался и пустил за руль подругу – уж больно той хотелось проехать на настоящей «бэхе», желательно с ревом и дрифтом на поворотах. Вот и пришлось уступить, памятуя бессмертного О’Генри – можно дать женщине в морду, чтоб сильнее любила, но сделать надо, как она просит.
На пассажирском месте было непривычно. А глядеть, как подруга отчаянно борется с машиной в узком коридоре между лихостью и инстинктом самосохранения, еще и страшно. В первую голову за машину – хотя девушка и любила рассекать на мотоцикле (по молодости без прав, что характерно), вот только делала это исключительно летом. Поэтому сейчас она ехала для трассы совсем не быстро, километров шестьдесят от силы. На такой скорости системы безопасности защитят пассажиров, но если автомобиль уйдет в кювет или столкнется с кем-то, ремонт будет стоить дорого.
Впрочем, если ты не можешь сопротивляться насилию, то надо расслабиться и получать удовольствие. Смирившись и успокоив себя этой мыслью, Сурок попытался перенести ход мыслей в иную плоскость. Подходящих было две. Первым номером, разумеется, дача, куда они ехали, и где сейчас никого точно нет. Зато есть камин, запас дров, бар, который грешно не ополовинить, мангал и огромная мягкая койка. На которой так здорово вытянуться во весь рост, дабы молодой и растущий организм смог, наконец, хоть немного побыть в комфорте и отдохнуть от мирских забот. Все так, но, увы, в голову лезла совсем иная мысль. Если конкретно, сам факт того, что его, лейтенанта Павла Суркова, в такое время выпустили с Базы.
Разговор с тренером вышел тяжелым. Честно говоря, выволочку за драку Сурок получил изрядную. И тем удивительнее было резюме всего разговора, когда генерал внезапно подобревшим голосом то ли предложил, то ли приказал съездить куда-нибудь на пару дней и передохнуть. Сбросить пар, так сказать. Почему? Да чтоб нервы в порядок привести и больше не доводить ситуацию до конфликта с травмами. Ну и потому, что для эффективной работы даже чудо-мальчикам, вроде их троицы, нужен отдых, иначе показатели в любой момент могут начать снижаться.
С последним Сурок был полностью согласен. И не только по шкурным соображениям, но и просто потому, что хорошо понимал: если лук слишком долго держать натянутым, тетива растянется и оружие потеряет свою мощь. Правда, он честно поинтересовался, не получится ли так, что там опять завертится, а он черт-те где. Генерал лишь вздохнул и объяснил, что, во-первых, они победили, качественно впечатлив неприятеля, но подразделение фактически перестало существовать. Два серьезно поврежденных танка погоды не делают. Во-вторых, на хозяйстве останется Леночка, которая отправится на отдых после его, Сурка, возвращения. Ну и, в-третьих, без крайней нужды их подразделение задействовать пока не будут. Вот доставят трофейные танки, разберутся с враждебной технологией, поймут, что от нее ждать, а уж после начнут действовать. Иначе слишком просто растерять и ценную технику, и, что куда важней, с трудом, потом и кровью завоеванный авторитет. И с этим аргументом поспорить было сложно. Да и,
