Ослепительно белая лодка со сломанной мачтой висела над водой, брюхом насаженная на скалу.
Глава 8. ВЕДЬМА
Скрипучая дверь откатилась в сторону и Руфиано вошёл в кабачок. Не обращая внимания на хмуро поглядывавших завсегдатаев, он устроился за длинным столом. Бросил дорожную суму под скамью, вытянул ноги и громогласно потребовал еды и выпивки. Забулдыги, приняв его за своего, разом потеряли к нему всякий интерес.
Пыль кружилась в столбах света, пробивавшегося сквозь мутные стёкла. За окнами прогромыхала телега, гружёная клетками в которых обеспокоенно кудахтали цыплята.
Ну вот он и на месте, осталось совсем немного. Голова с утра не болела, казалось, демона напугало скорое свидание с магом.
Хозяин поставил перед ним сковороду жареных грибов в остром соусе и большую кружку тёмного мутного пива.
— Что‑нибудь ещё? — осведомился он.
— Нет, этого достаточно, — осклабился юноша, протягивая тому горсть медяков, — Скажи, милейший, где я могу найти досточтимого эра Рибальда.
Бородач за соседним столом, услышав имя, обернулся:
— Он за городом живёт, за холмом на востоке. Уж три года как.
Сидевшие рядом с ним мужики рассмеялись.
— Там его дом?
Руфиано покосился на них и неуверенно глянул на трактирщика. Тот закатил глаза.
— Они шутят, мон эр, — ответил он, — Там городское кладбище. Старик Рибальд три года как умер. Вам он, извините, для какой цели был нужен?
— Меня интересовали его услуги, — проговорил юноша, помрачнев — Но, раз он умер…
— Заботу о семейном предприятии взяла на себя его внучка, эсса Танниа Рибальд. Вы можете найти её на вилле, что в двух часах ходьбы от города. Отправляйтесь через западные ворота, мимо не пройдёте — огромный дом окружённый плантациями тростника.
— Тростника?
— Именно, ма эр, сахарного — ответил хозяин, — Семья Рибальд производит лучший сахар на архипелаге, поверьте, вы не пожалеете.
— Ах да, — спохватился Руфиано, — Сахар, ну конечно. Я собираюсь сделать крупный заказ.
Трактирщик оставил юношу наедине с завтраком.
Впервые за последние несколько дней Руфиано охватило уныние. Неужели, шанс упущен? Он рассчитывал уже сегодня начать лечение, теперь же долгожданное выздоровление придётся отложить. Юноша понятия не имел, где в этой глуши искать чародея. Он знал лишь одно — слоняться наугад он не будет. Сегодня же он отправится назад в Нароссо и присоединиться к товарищам как можно скорее. Никто не знает, как долго ему будет удаваться сохранять рассудок.
Покончив с едой, Руфиано заказал местного рома. Напиток оказался совсем не плохим и надолго задержал его в пивнушке.
Когда он покинул трактир, солнце уверенно клонилось к горизонту. Его заметно пошатывало, в руке он держал мех с вином. Мешок с пожитками, вместе с оружейным поясом был закинут на плечо.
Выйдя за частокол, он бодро заковылял укатанной дорогой на запад. Путь лежал по склону обрывистого берега. Внизу шумело море, бриз прибавил ему бодрости. Время от времени юноша останавливался и отхлёбывал вина, наслаждаясь видом.
«Всё не так плохо», — рассуждал он вслух, — «Девчонка наверняка знает кого‑нибудь из друзей деда. Быть может кто‑то из них сможет мне помочь. Остаётся лишь надеяться, что живут они не в чёртовом Траске»
Уже вечерело, когда с вершины холма он увидел обнесённую высоким забором белую каменную виллу с красными черепичными крышами. Несколько хозяйственных строений и домик для слуг окружали двухэтажный особняк в центре которого возвышалась колокольня. Далеко позади, за усадьбой, зеленели поля сахарного тростника.
Приблизившись к кованым железным воротам, Руфиано постучал в них ногой. Мех с вином, взятый в трактире, опустел и он откинул его в сторону. Никто не появлялся, но молодой человек продолжал колотить по прутьям теперь уже эфесом меча, каким‑то образом оказавшегося в его руке.
— Чего изволите? — услышал он низкий хриплый голос.
Подняв глаза, он увидел перед собой невысокого шерглина с длинной густой шерстью цвета безлунной ночи. Одет тот был в светлый камзол и короткие штаны.
— Я хотел бы видеть эссу Ра… Рипольт.
— Рибальд.
— Именно так, милейший, — кивнул Руфиано, ухватившись руками за прутья и пытаясь протиснуть голову между ними, — У меня дело огромной важности.
— Хозяйка уже отдыхает.
— Это крайне срочно!
Юноша попытался сцапать слугу за шиворот, но тот ловко отстранился.
— Ступали бы вы своей дорогой, добрый эр, — проговорил слуга.
Руфиано разошёлся не на шутку, но справиться с железными воротами не мог. На шум и крики сбежалось ещё несколько слуг, с каким‑то стариком во главе.
— Ма эр, я имею честь быть управляющим усадьбы Красный Дол. Чем могу помочь вам.
Внезапно растроганный Руфиано пустил пьяную слезу.
— Мне всего‑то нужно переговорить с вашей хозяйкой. Это не отнимет много времени, уверяю вас.
— Боюсь, это не возможно, — спокойно проговорил старик, — Госпожа велела никого не пускать. Возвращайтесь завтра.
Руфиано продолжал требовать, чтобы его впустили. Бесконечно это продолжаться не могло. Лица слуг выглядели всё более недружелюбно. В конце концов, устав это терпеть, управляющий отправился в дом, сказав напоследок что‑то одному из слуг.
— Ступай‑ка своей дорогой, бродяга, пока мы тебя не поколотили, — сказал, наконец, чёрный шерглин.
Это было последней каплей. Руфиано выхватил меч из ножен и отбросил те в сторону.
— Что? Меня поколотите? Да я каждого из вас заколю трижды и отправлю к Нерею!
Слуги бросились врассыпную от ворот. Руфиано готовился праздновать победу, но вскоре те вернулись с палками, граблями, косами и прочими угрожающего вида предметами. Было их человек десять, но это лишь сильнее разозлило юношу.
Вместо того, чтобы атаковать в лоб он изобразил ложное отступление, погрозил неприятелю пальцем и рысью бросился бежать вдоль высокой стены. Вскоре он нашёл участок, казавшимся наиболее подходящим для штурма. Спрятав за пояс меч, он ухватился за стоявшую недалеко от забора тележку и подтащил её к самой стене. Используя её в качестве ступеньки, он не слишком ловко, но весьма уверенно вскарабкался наверх.
Внизу его уже ждали — собственное пыхтение и топот не позволили ему сбить врагов со следа.
Издав раскатистый воинственный вопль, Руфиано перевалился через ограду и прыгнул вниз. К счастью, работники не додумались принять его на вилы, а, руководствуясь чувством самосохранения, чуть разбежались в стороны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
