— Еще чего? Может рот открыть? — не выдержала она такой наглости.
Геллер заржал.
— Господи, Лисичка, ты такая пошлая.
— А ты прям целка невинная.
— Ну… нет, но… В общем, без разврата все будет. Вставай.
Алиса покосилась на него недоверчиво, но все же опустилась. Глеб занял позицию позади, уперся коленом ей в спину. Не больно, но уверено.
— Руки вверх, — скомандовал.
Алиса послушалась. Глеб взял ее запястья в свои ладони, надавил коленом, заставляя прогнуться в спине, потянул назад за руки.
— Оу-оу-оу, — запищала Алиса.
— Вот-вот-вот, — поощрил он, — Чувствуешь?
— А то, — выдохнула она, чтобы расслабить связки.
— Еще немного? — уточнил Глеб, заводя ее руки дальше назад.
— Капельку можно.
Он покачал ее слегка, чтобы связки стали более эластичными, медленно отпустил.
— Ну как?
— Круто.
Алиса не врала. Это было намного круче, чем обычная растяжка резинкой. Мишка ей такого не показывал, хотя никогда не брезговал растяжкой.
— Еще хочешь?
Алиса кивнула.
— Тогда ложись на живот.
— Издеваешься?
— Ложись-ложись, — засмеялся Геллер.
Алиса дернулась, когда он уселся на нее сверху.
— Глеб, — рявкнула она.
— Блин, Лис, мы посреди парка. Расслабься. Не буду я тебя насиловать.
«А жаль», — подумала Алиса, но тут же вспомнила, что Глеб давно уже не ее любовник, что у нее Миша и вообще… Покраснела даже не от его заявления, а от собственных пошлых мыслей. Хорошо, что Глеб не стал продолжать скользкую насильственную тему, а велел по-деловому:
— Прогнись в спине, руки вперед. Представь, что ты супермен.
Это было несложно. У них даже было такое упражнение на групповых по кроссфиту. Только вот впервые Алиса делала его с тренером на спине, который тянул ее за руки вверх, опять аккуратно растягивая связки плечевого пояса.
Глеб показал ей еще несколько способов растяжки. К сожалению, все они требовали помощи. Алиса было подумала, что сможет попросить Мишу, но Глеб, словно прочитал ее мысли.
— Михалычу только не показывай. Это мои личные фокусы.
— Хорошо, — кивнула она.
Они вместе вышли из парка, Алиса повернула в сторону дома, удивилась, увидев, что Глеб не спешит прощаться.
— Провожу тебя, — проговорил он осторожно.
— Сейчас светло и еще не поздно, — отказалась Алиса, вспоминая зимний вечер, когда он стоял в одной парке и тонких брюках на морозе, тоже набиваясь в провожатые, — Я дойду.
— Ладно, — согласился без энтузиазма, — Пока тогда.
Алиса не выдержала, окрикнула его.
— Глеб.
— Что? — он обернулся, прожигая ее до печенок взглядом полным надежды.
— Мы ведь можем просто… я не знаю… общаться.
— Почему нет?
— Последнее время ты только шипел на меня.
— Ты вообще просила не заговаривать с тобой.
— Но Миша…
— Ах, Миша, да. Конечно, Миша, — как-то деланно и с противным придыханием прогнусавил Глеб, — Ради Миши мы просто обязаны стать друзьями, да?
— Не кривляйся, — осадила его Алиса, — Я не хочу вставать между вами и…
— Не хочешь? — усмехнулся Геллер, — Разумеется, ты не хочешь. Все нормально, Лисичка. Не переживай. Я постараюсь смириться с тем, что Мишка тебя пялит. Он же смирился, что я трахаюсь с Ви. Это справедливо.
Алису аж передернуло от такого заявления. Она буркнула:
— Ладно. Все понятно с тобой. Пока, — и быстрым шагом поспешила к дому, а потом и вовсе перешла на бег.
Мысль о том, что Симонов с ней, дабы уделать Глеба, крепко засела в голове. Только звонок Миши немного успокоил. Его голос, ласковые слова, милые, пошлые шуточки отрезвили Алису.
Она не верила, что он использует ее. Просто не желала в это верить. Скорее в это верил Геллер. Он имел на это причины и право. Судил ее и Мишку в меру собственной испорченности.
Алиса рассказала, что встретила Глеба в парке, но не упомянула о последних неприятных выпадах в сторону их отношений. Симонов даже обрадовался, что они вместе тренировались, не ругаясь. Он видел в этом хороший знак. Алиса тоже пыталась найти позитив, но все же не могла.
Она шла на тренировку со смешанными чувствами. Казалось, что произойдет нечто неприятное. И не ошиблась. Вместо заявленного по расписанию тренера занятие взял Глеб. Летом подменки происходили чаще. Отпуска и общее раздолбайское настроение побуждали тренеров на постоянные рокировки в угоду личным причинам. Администрация на это закрывала глаза, потому что клиенты не жаловались. Но в этот раз Алиса хотела изменить традициям. Или хотя бы поныть Ви.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Не сбылось. После тренировки Глеб сам отвел ее в сторону. Миронова едва в стену не вжалась, не имея понятия, что он от нее хочет.
— Слушай, я вчера чего-то погорячился, — признался он.
Алиса не думала поддерживать разговор, лишь приподняла бровь, давая понять, что слышит его.
— Мишка, он отличный. Ты ему нравишься.
— Уверена, что так и есть, — сменила гнев на милость Алиса.
— Я рад, что вы вместе.
Алиса усмехнулась.
— Переигрываешь, Глеб.
Он фыркнул.
— Ладно. Не очень рад, но работаю над этим. Может, как-нибудь вместе потусуемся, чтобы снять всю эту неловкость?
Алисе не очень верилось, что совместная тусовка поспособствует снятию неловкости, но и отказываться было как-то глупо.
— Ммм… Можно.
— И на тренировки ко мне приходи, — не унимался Глеб.
— Да причем тут тренировки? Мне удобнее в другом графике.
— Переигрываешь, Лис, — в свою очередь поймал ее Глеб.
— Ладно. Приду.
— Ну и супер.
Он по традиции поднял ладонь, чтобы она закрепила свои слова звонким хлопком.
— Спасибо за тренировку, — так же по традиции поблагодарила Алиса.
— Тебе спасибо.
Он дернул рукой, явно намереваясь погладить ее по щеке, но вовремя осекся, сунул пальцы в волосы. Выглядел при этом, как дурак, но Алиса постаралась не засмеяться.
— Пока, — проговорила она и пошла в раздевалку.
Этот разговор одновременно успокоил ее и взбудоражил.
Глеб сгладил последствия своей грубости, но при этом пробудил в Алисе много противоречивых эмоций. Она бы предпочла, как обычно, не переваривать его, дергаться в его присутствии, стараясь скорее избавиться от него. Но теперь Глеб снова ей нравился. Брезгливость и раздражение сменились в ее душе былой приязнью, и даже бабочки в животе снова щекотали, когда она вспоминала о нем. Алиса, конечно, безжалостно убивала этих тварей в зародыше. Но они возрождались, вопреки кладбищу чешуекрылых, которое образовалось в брюшной полости.
Еще дважды Алиса пересекалась с Глебом в парке. Полагала, что это было неслучайно. Первый раз он не стал ее беспокоить, просто убежал дальше, поздоровавшись. А в другой день напросился потренироваться вместе. Алиса не отказала. Даже позволила проводить себя до дома. Они мило болтали о спорте, работе, Глеб травил байки о профи-атлетах, которые последнее время повалили к нему толпой. Алиса поинтересовалась, собирается ли он на «Героев». Глеб с печалью в голосе посетовал, что теперь ему вряд ли светит отпуск, но совместить с работой несколько забегов он был не прочь, но ближе к осени.
Чтобы закрепить новые приятельско платонические отношения, Алиса сходила на тренировку к Глебу среди недели. Они снова мило поболтали после занятия. Глеб даже показал, чем баттерфляй отличается от киппинга, заставив Алису попробовать. Ви пришлось прервать их факультатив. Она напомнила Глебу, что его ждет клиент. Геллер ругнулся и убежал к себе, на ходу стаскивая майку, чтобы заменить на форму.
Ви проницательно отметила перемены в их общении. Алиса подтвердила:
— Кажется, ему надоело быть мудаком.
- Мило. Прям подвиг для Глебасика.
— Ага, — хихикнула Алиса, — Надеюсь, когда Мишка приедет, он не даст заднюю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Надейся, — хохотнула в ответ Ви, неожиданно цитируя Грибоедова, — Блажен, кто верует, тепло ему на свете.
— Зараза ты, — она легонько пихнула брюнетку в плечо, — Глеб даже предлагал потусить вместе. Я чуть не упала. Наверно, и правда перегорело у него все, успокоился.
