Константин Егорович после посещения музея Егора Сергеевича, в последний день на даче, не мог больше работать в своем гранатовом кабинете, ему все казалось, что он сидит в музеи, чтобы избавиться от назойливой мысли, он позвонил:
– Егор, привет, это я; слушай, хочу отдать в твой музей свой гранатовый кабинет.
Егор Сергеевич, чуть присвистнул и ответил:
– Беру, не гладя, если он от Анны Михайловны.
– От нее.
Егор Сергеевич позвонил:
– Анна Михайловна, мне Константин Егорович предлагает гранатовый кабинет в музей, хочу под музей выделить четыре комнаты, надо подумать над названиями и над оформлением.
– Егор Сергеевич, над этим думать может один человек – Билана, а результат она покажет мне, потом мы его тебе предъявим. Договорились? Она знает планировку твоего дома, ехать ей к тебе не обязательно.
У Егора Сергеевича возникло ощущение, что его за уши отодрали, как маленького, но и подарки он стал получать весьма весомые.
Полине Игоревне, для Инны, Константин Егорович предложил маленькую, породистую собачку. Она взяла ее на руки, и больше никому не отдавала, живая игрушка ее вполне устроила. Полина Игоревна сказала Константину Егоровичу, что, судя по всему, у них будет ребенок.
– Полина, быть не может! Мне сорок лет! Детей нет! А если это ребенок Прохора Степановича?
– А мне всего тридцать лет, и Прохора Степановича в моей жизни нет уже два года, он только иногда передает деньги для Инны.
– Что делать будешь?
– И ты спрашиваешь? У меня десять лет детей не было! Я оставляю ребенка, а ты поможешь мне хотя бы пару первых лет с малышом, дальше я сама проживу.
– О, чем речь! Помогу, чем могу! Я теперь сто процентный мужчина!
Константин Егорович тут же сообщил эту новость – своей жене Эмме, та, странное дело, без тени ревности, сказала, что ребенку надо помочь родиться и взять его потом себе. Эту новость от своей жены, Константин пересказал любовнице Полине, та ответила весьма неожиданно:
– Ребенка кормить грудью буду я, первый год он будет со мной, а вы с ним можете гулять, а дальше будет видно. Дело в том, что я боюсь, рака груди, а у женщин, кормивших двух детей грудью, его практически не бывает, я такое где-то слышала.
– Договорились, береги себя, будем вместе воспитывать нашего ребенка, кстати, для сестры своего ребенка я буду перечислять некую сумму денег с сегодняшнего дня.
Полина Игоревна такого счастья и не ожидала. Прохор Степанович, услышав от бывшей жены сенсационную новость, ухом не повел, а только подумал, как хорошо, что он к ней на дачу в машине Егора Сергеевича не поехал, а то бы ребенка ему приписали. Полина Игоревна решила заставить Инну сделать селедку под шубой, но та сделала вид, что не услышала, через сутки мать повторила задачу. Дочь разревелась, разрыдалась, в ответ услышала вопли матери, перечисляющей ей наказания.
Девочка поняла, что лучше пойти и сделать треклятую селедку под шубой. Она еще раз спросила, что надо для этого сварить и сколько. В большую кастрюлю она налила воды, положила в нее много, вымытой свеклы, немного моркови и картофеля.
В другую кастрюлю, меньшего размера, она насыпала соли, налила воды, положила яйца. Дальше, самое сложное, разделать селедку, удалив из нее все косточки. Мать показала, как надо разделывать селедку, всем нравиться разрывать ее на две части, за хвост, тогда все основные косточки скелета сами выходят из селедки. А дальше начинается мука с маленькими косточками, а потом надо разложить мелкие кусочки селедки на блюдо, и постепенно покрывать селедку шубой, состоящую из тертых овощей, яиц, майонеза…
В гости к ним, на фирменное блюдо, пришел Константин Егорович, они ему немного обрадовались, видя в его руках вкусные продукты.
Стол получился праздничным, но настроение в целом было такое, словно приспустили флаг на корабле. Мужчина был явно озадачен тем, что ему поспешно пришлось развестись с Эммой. Полина Игоревна прямо ему сказала, что ей не вынести семью из четырех человек. Инна тут же спросила, а кто четвертый, и ей пришлось открыть правду, что скоро у нее будет брат или сестра. Девочка в первый момент обрадовалась, а во второй впала в тоску.
Возник момент, когда все втроем они были готовы разреветься. Выход нашелся неожиданный. Полину неожиданно скрутило от боли так, что она сжалась в комочек и выскочила из-за стола. Ее не было долго, когда она появилась, то сказала, что четвертого не будет, не получилось. Константин схватил рукой свои челюсти, ему казалось, что его зубы все одновременно заболели. Он почувствовал боль в сердце и стал оседать со стула. Полина Игоревна сама лежала, скорченная от боли и не могла встать. Инна посмотрела на страданья взрослых и бросилась к телефону, вместо скорой помощи она позвонила отцу, тот был дома, и просто бегом прибежал к ним, благо дома находятся в одном квартале.
Его соперник лежал и еле дышал. Прохор Степанович достал из своего кармана таблетки от боли в сердце и дал их Константину. Потом он подошел к своей жене, с которой не жил и не разводился, из-за ее криков. Он подержал огромную ладонь, на ее животе, и боль из нее стала выходить, словно своей ладонью он ее вытягивал.
Потом он позвонил в гостиницу и вызвал Эмму, не спрашивая разрешения у больных.
Пока Эмма ехала к ним, Прохор Степанович сел за стол и съел всю селедку под шубой, потом позвал Инну прогуляться с ним по свежему воздуху, после очередного дождя.
Эмма вбежала в квартиру, посмотрела на Константина, вздохнула, подняла его. Он встал и пошел с ней к машине, к прежней, благополучной жизни. Полина Игоревна осталась одна, она лежала и смотрела на стол, где не было селедки, но ей она была уже не нужна.
Глава 12
Деревья утопали в собственной темно-зеленой листве, большие кусты картофеля цвели мелкими цветочками. Яблони были усыпаны яблоками, но еще кисловатыми с белыми зернышками. Малину варили на зиму. По деревни брел аромат варенья от дома к дому.
Самсон, первый красавец на деревне, в которой его родители всегда на лето снимали дачу, был, забыт своей же Полиной. Она, первая умница на деревне единственная спортсменка класса, кинула его не просто так, а, замуж вышла за его друга Прохор Степановича, золотого медалиста из города, в области этого города, всю жизнь на даче, жили Самсон и Полина.
Самсон Сергеевич и сам учился в техническом вузе города на дневном отделении механического факультета, а Полина Игоревна училась на дневном отделении, химического факультета, она его всегда любила и в детстве, и в юности, и вдруг, поменяла Самсона Сергеевича на городского золотого зяблика Прохора Степановича.
