– Позволит ли великий царь говорить чужестранцу?
Взор Дасмона привычно обратился к первому министру. Он вымолвил только одно слово:
– Кто?
– Блейд из Альбиона, – пояснил Зирипод, – наперсник принца. По слухам – человек, опытный в военном деле.
– Пусть говорит.
Краем глаза разведчик заметил, что райниты начали перешептываться, время от времени бросая на него оценивающие взгляды; среди царских советников и военачальниц тоже наблюдалось оживление. Взвесив свои шансы, Блейд оценил их как один к десяти, но такое соотношение его никогда не смущало.
– Я могу провести конников через горы, – уверенно заявил он. – Возможно, мы потеряем десяток коней, но если погибнет одиннадцатый, то пусть эти отважные женщины, – он посмотрел на воительниц, – преподнесут великому царю мою голову.
– Мы готовы сделать это прямо сейчас, – с явным раздражением заявила Харамма, – чтобы деснице Сата не пришлось выслушивать глупости от безродного бродяги.
Зирипод поднял руку.
– Великий царь позволил этому бродяге говорить, – мягко напомнил он.
Харамма пожала плечами. Блейд счел, что мужская солидарность победила, и снова повернулся к царю.
– Кони действительно не люди и провести их по горным тропам непросто, но это можно сделать. Чтобы их копыта не скользили по льду, нужны особые подковы с шипами. Чтобы они не пугались высоты, их глаза надо закрыть плотными кожаными лентами. И еще одно, – Блейд бросил взгляд на райнитов.
– Почтенный посол сказал, что колесничие готовы идти в горы; значит, новая императорская дорога доступна для возов и фургонов. Их лучше ставить на высокие колеса, – он отмерил себе по грудь, – и нагрузить оружием, седлами и попонами. Пусть боевые кони идут налегке, а на самых опасных участках всадники поведут их в поводу. Все, что стоит взвалить им на спину – мешок отборного зерна; оно лучше сена поддержит их силы.
– А почему бы не везти зерно в повозках? – спросила Бантала, с интересом поглядывая на Блейда.
– Можно и так, – согласился разведчик. – Но иногда войску придется ночевать прямо на тропе. Оно вытянется на много фарсатов: пехота, колесницы, всадники, обоз… Пройдет немало времени, пока зерно с телег попадет в лошадиные рты! И нести его придется людям. Ты только представь себе: тропа в шесть локтей шириной, слева – скала, справа – пропасть, ночь, тьма, холод…
– Довольно! – райнитский посол в волнении вскочил на ноги. – Этот человек знает, о чем говорит! Я, – Силтар ударил себя в грудь, – провел в походах сорок лет, но сейчас узнал больше про то, как вести войско через горы, чем за всю прошлую жизнь! Мы все запишем – все, что сказал Блейд из Альбиона, – и сегодня же пошлем самого быстрого сокола в императорский лагерь под Сасом. Пусть готовят подковы и возы на высоких колесах, лучшее зерно и повязки, чтобы закрыть лошадям глаза… – он повернулся к Блейду.
– Великий Тагор ценит умных людей, чужеземец. Если ты решишь сменить службу…
– В Меотиде тоже ценят умных людей, почтенный Силтар, – раздался громкий голос за спиной Блейда. Он повернул голову – юный принц в волнении привстал с кресла.
– Тогда – прошу меня простить… – райнит развел руками и склонил голову. – Но мудрые слова чужеземца требуют награды.
– Он ее получит, – спокойный и властный голос царя наполнил зал; его темные зрачки впились в лицо разведчика. – Ты, Блейд из Альбиона, дал хороший совет. Какой награды ты хочешь?
Положив руку на эфес меча, Блейд расправил плечи.
– Я не советую в делах, которые не мог бы выполнить сам. Если ты, великий царь, доверишь мне власть над войском, я проведу его через горы, разобью врага и вернусь в Меот с победой и золотом.
В тронном зале наступила мертвая тишина; лишь Зирипод, воздев руки к потолку, прошептал:
– Небывалое дело, клянусь Сатом-Прародителем!
Глава 9
Голубой Дворец гудел от возбуждения. Слуги и рабы шептались по углам, чиновники, важно прогуливаясь под балюстрадами длинного здания Пактадиона, толковали о последних событиях, амазонки, любопытные, как все женщины, провожали чужеземца из Альбиона пристальными взглядами. Даже старец Лартак, погруженный в свои научные занятия и обычно не обращавший внимания на политику, при очередной встрече приветствовал Блейда широкой ухмылкой: «Ну что, возмутитель спокойствия? Думаешь, на военном судне ты доберешься до Саса быстрее, чем на моей птице?» Власти, однако, молчали. Разведчик не терял надежды до последнего мгновения, пока корабли не начали подымать паруса. Он наблюдал за ними из башенки Лартака, пока они не превратились в крохотные точки и не растаяли в сверкающей сине-зеленой дали, унося войска, снаряжение, райнитских послов и его надежды.
Еще вчерашним вечером он мог на что-то рассчитывать. Гралия, прогостившая в его постели почти всю ночь, в перерывах между ласками шептала:
– Девушки из царской охраны говорили, что был спор… большой спор! Харамма вне себя, просто рвет и мечет… Райниты же просят, чтобы военачальником сделали тебя. Они могут только просить, ведь командующего назначает царь… а он колеблется… и Зирипод не способен посоветовать чего-нибудь толкового. Всем ясно, что ты знаешь воинское дело лучше Хараммы, но никогда нашими всадницами не командовали чужие… тем более – мужчины…
– она прижалась к Блейду и нежно проворковала: – Как бы я хотела уехать с тобой в Райну… подальше от Кавассы… чтобы быть только с тобой, милый…
Милый! Она уже знала такие слова! Всего за неделю их отношения с Блейдом продвинулись далеко вперед. Теперь он почти не сомневался, что если б каждая из девушек Меотиды получила своего мужчину – своего собственного, которого не надо делить ни с кем! – заветы Сата-Прародителя насчет чистоты крови были бы отправлены на свалку местной истории. Заветы заветами, а жизнь жизнью; в душе женщины чувства всегда одержат победу над нелепыми запретами, если ее избранник будет того достоин. Вопрос о том, где взять такое количество избранников, разрешился сам собой. Блейду очень понравились молодые райнитские офицеры, сопровождавшие Силтара – красивые крепкие парни и весьма мужественные на вид, что отличало их в выгодную сторону от мужчин-меотов, изнеженных и женоподобных. Если бы тысяч десять таких молодцов заявились в благословенную Меотиду, тут многое бы переменилось… Разведчик припомнил взгляды, которые райнитские офицеры бросали на молодых амазонок из охраны: они были весьма далеки от отвращения!
Через день после отправления флота его вызвал к себе Зирипод. Аудиенция состоялась в Пактадионе, час был утренний, и потому Блейд не слишком опасался, что сиятельный министр попробует затащить его в постель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
