Руки при этом я развёл в стороны и погасил щит, вдруг оно его ощущает.
Сущность не реагировала. Лишь скрипела на множество голосов и судорожно дёргалась на месте.
— Гаси эту хреновину, — сказал начальник, доставая из небольшого рюкзачка, висевшего у него на одном плече, туристический фонарик.
Несмотря на то что сейчас был полдень, пасмурная погода и густые кусты, поросшие прямо под окнами, создавали неприятный сумрак. Луч фонаря упёрся в то место, куда скользнула сущность. Оттуда блеснули крохотные глаза, и если я не ошибаюсь, их было не меньше десятка.
— Я попробую поймать это. Интересно ведь, что за фигня. Убить я могу её в любой момент.
— Только осторожнее и не затягивай.
— Угу.
Я вспомнил уроки Прокоповича по борьбе с нематериальными созданиями.
Сначала локализовать место действия, для чего набрасываем на окружающее пространство барьер, он задержит сущность, если та захочет убежать. Ежели тварь слабая, то она прилипнет к барьеру, как муха к липучке, в противном случае, прорвёт его, но нацепляет на себя маячки, по которым без проблем можно идти по следу. Дальше создаём ещё один щит и накладываем на себя и товарища. Щит жёсткий и не даст напасть загнанному в ловушку объекту. Очередным пунктом необходимо создать поле действия максимально комфортным для работы. Я раскидал не меньше двух десятков светлячков по комнате, отчего стало ярко как в операционной. С улицы послышались людские голоса. Ещё бы, из каждой щели сумрачного, заброшенного дома бил мощный поток света, эффектное зрелище. Следующий шаг, создать сферическую шоковую сеть и потихоньку стягивать её. Нематериальные создания испытывали боль при контакте с ней, одновременно теряя силы. Это заставит объект покинуть место и перейти к активным действиям.
Через несколько минут нечто в подполе заверещало и выскочило наружу, начав метаться в панике под ногами.
— А блин, хрень долбаная! — заорал Семерский, когда это чуть не сбило его с ног, и пару раз попытался пнуть тяжёлым ботинком мечущийся кусок скатанного серого меха.
— У вас всё в порядке?! — раздался голос снаружи дома.
— Зайди, лять, да посмотри! — громко ответил десантник.
Я сделал глубокий вдох и сжал кулаки. Тварь перестала бегать, схваченная точечной ловушкой-капканом, лишь дёргалась и истошно верещала. Малая капканница немного сжалась и приняла форму кокона, запеленав под своей прозрачной оболочкой существо. Будь это живой зверь, он бы получил незначительные травмы и шоковое состояние в награду, но это было точно что-то сверхъестественное, что можно развоплотить как призрак.
— Все, готово. Можно брать.
— Ты поймал, ты и бери. Я к это хренотени не притронусь.
Ничего не оставалось делать кроме как погасить светлячки и осторожно поднять неожиданно тяжёлую тварь. Так мы и вышли на улицу. Начальник с непогашенным фонарём, и я с уловом на вытянутых руках.
Народ скучковался вокруг нас, рассматривая пойманное создание. То имело подобие здоровенной крысы, только количество конечностей, хвостов, ушей и голов было больше положенного раз в пять, словно выводок грызунов пропустили через камнедробилку и склеили суперклеем. Глаза твари вспыхнули бардовым огнём, судорожно дёргаясь в самых неожиданных частях тела. Неприятное зрелище.
— Мутант какой-то, — озадаченно проговорил сержант, — куда его теперь?
— К вам в багажник сначала, а потом разберёмся.
— Не вырвется?
— Нет, — ответил я, — силёнок маловато.
Мы и поехали к следующему месту происшествия. Водитель включил погромче музыку, чтоб заглушить сдавленный многоголосый писк существа. Частный сектор остался позади, и машина подъехала к кирпичной пятиэтажке посреди старенького квартала. Предварительно мы отзвонились и нас уже ждали. Мужчина в спортивном костюме, женщина в халате и детишки, одетые кто во что горазд. Было видно, что квартиру покидали в спешке.
Квартира была на первом этаже. Я аккуратно заглянул внутрь, сморщившись от представшего глазам зрелища. Под потолком в самом углу, совсем как в фильмах ужасов, жирная кровавая клякса медленно шевелилась влипшими в неё мелкими зверьками, которых она переваривала.
Я сосредоточился на этом пучке, а потом усмехнулся и вышел на улицу.
— Ну что там? — встревоженно спросила женщина, красными от недосыпания глазами.
— Стража поменяйте, его кто-то взломал и деактивировал, а потом подкинул вирусный морок. Вспоминайте, гражданочка, кому вы хамили.
— Я… никому, — смущённо ответила она мне, а потом её губы сжались, а глаза сверкнули сталью, — вот паразит, ну я ему покажу.
Семерский, чуть крякнув, улыбнулся, с интересом поглядывая на потерпевших.
— Что, Кулибин местного пошива нашёлся?
— Ну раз взломал стража, то да. Сам морок пустышка, безобидная иллюзия, но по активации страж долго будет утюжить квартирку. Это как комп с отключённым антивирусником. Там сейчас столько заразы. Давай следующее место.
— Ты за два часа успеешь? Мне ребёнка со школы забрать надо. Во вторую смену учится.
— Я не знаю. Не видел же.
— Поехали…
***Интермедия о проклятой душе 1. Смерть
…Он видел, как узкое лезвие входило в голову. Медленно-медленно, словно не через воздух текла рука, наносящая удар, а через мёд. Тягуче-тягуче. И погибающий был как восковый. Острие входило в его череп, а он только-только начинал жмуриться и корчить гримасу, медленную как на сцене бродячего театра, где шутку показывают, про такую смерть. Не только клинок был подобен улитке, тянущейся меж двух листков. Весь мир замер, залитый стеклом. Раненому было суждено жить еще десятину от удара сердца, пока холодная сталь не вонзится в мозговую массу. Наблюдавший созерцал всё это с отрешённостью и безразличием. Смотрел как-то со стороны, а ведь этим убиенным был он сам.
Клинок гулко хрустнул костью и мир сорвался в привычный поток скорости. Тело осело безвольным мешком, а убитый стоял ещё какое-то время над ним. Вокруг бушевал бой. Люди рубили людей. Совсем рядом грохнул пистоль, оборвав ещё одну жизнь. А потом мир погрузился в вязкую тьму.
Он падал в никуда. Падал в чёрную бездну. На ум не пришли ни упования на Отца нашего, ни память о близких людях. Просто долгая тьма. Тьма и влажный шлепок в конце.
Больно не было. Боль осталась при жизни. Зато он понял, что перестал падать. По телу прокатилась волна. Её сложно описать, таких ощущений, чтобы сравнить, до этого совершенно не было раньше. Как не может человек, своими органами чувств восприять небо на ощупь или ощутить душу. Это было ново. Это было непонятно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
