В помещении задрожал и погас свет. Когда он снова зажёгся, в мерцающем свете Акулов с перекошенным от ужаса лицом пятился от разъярённого медика. У Ланы похолодело в животе от страха, и губы онемели, хотя Ворон стоял к ней спиной. Похожие беспричинные ощущения были в кабинете принца, когда она подписывала контракт.
Раздался спокойный, мелодичный голос Эльзы.
— Я тоже хочу посмотреть на документы.
Светильники перестали мерцать. Страх ушёл, как и не было. Лана изумлённо переводила взгляд со стоявшей на середине лестницы Эльзы на Ворона. Мгновение назад бушевавший медик расслабил плечи, распрямился, сделал широкий жест в сторону бумаг и спокойным ровным голосом сказал:
— Прошу. Рассудите нас, сударыня, будьте столь великодушны.
Акулов осторожно отошёл в сторону, его руки тряслись, на лбу выступила испарина. Эльза бросила на Ворона ироничный взгляд, подошла к нему вплотную. Взяла стопку листов и принялась читать, повернувшись к нему спиной, приподнимая и поворачивая страницы так, чтобы на листы падало больше света. Лана не поверила своим глазам. Что он делает? Присмотрелась. Да, точно. Ворон шагнул к Эльзе очень близко и, подавшись вперёд, с прикрытыми глазами глубоко вдыхал воздух у неё над головой.
Эльза изучила бумаги, повернулась к медику — её макушка едва доходила ему до шеи, и ей пришлось задрать голову. Стукнула маленьким кулачком по его груди и начала серьёзно выговаривать:
— Хоть у Сергея раньше были ошибки, сейчас он всё верно сделал. А ты, прежде чем устраивать разборки, заходи ко мне. Или заглядывай в сноски. Имперский стандарт для этой раскладки…
Пока Эльза методично объясняла всю глубину заблуждений Ворона, он стоял спокойно, не перебивал и внимательно слушал. Когда аналитик договорила, кивнул и двинулся в сторону попятившегося и рухнувшего на скамейку Акулова, наклонился к его уху и тихо произнёс:
— На этот раз отскочил. Про ночные смены поговорим отдельно. Пока я с этим разговором до тебя не дошёл… в твоих интересах подумать головой, какого рзаца в пятой, шестой и девятой группах опытные спецы всё время по отгулам шляются. И придумать решение до того, как я дойду…
Акулов судорожно закивал. Ворон круто развернулся и, ссутулившись и глядя под ноги, убрался из холла.
Эльза несколько секунд смотрела ему вслед. Потом сказала постепенно обретающему здоровый цвет лица Акулову:
— В группах спецов обрати внимание на ведущих групп и руководителей сменой, сравни с прошлогодними проверками слаженности. Ты отличный специалист, постарайся больше не подставляться. А контрольные точки, которые тебе нужно подтянуть, я пришлю в течение дня.
Тот благодарно кивнул и пошёл на подрагивающих ногах из холла. Эльза посмотрела на Лану, приглашающе махнула рукой, вернула стопку листов в держатель на стойке, и направилась в свой кабинет.
— Структура наших занятий поменяется. У меня возрастает нагрузка, поэтому перестроим занятия в сторону твоей самостоятельной работы. — Эльза протянула несколько листов. — Вот список. По мере изучения будешь получать новый материал. В моём расписании специально для тебя будут окна. Приходишь, и мы обсуждаем. Сейчас мне надо идти.
Лана попрощалась, жутко довольная, что не придётся видеть Ворона по утрам. К тому же она будет учиться в библиотеке, а значит, появится больше возможностей пообщаться с Эйчем. После подписания контракта они пересекались редко, им едва удавалось перекинуться парой слов.
Но спустя десять дней она уже не была столь оптимистична. Поначалу Лана разбиралась с полученным списком самостоятельно. Затем, когда готова была разбить голову об стол, в отдел библиотеки для самостоятельной работы заглядывал Эйч. Глядя на её обречённый вид, тонко улыбался, отчего становилось легко-легко. И спрашивал своим густым и низким, вызывающим желание растечься лужицей голосом, нужна ли помощь. Лана счастливо улыбалась и начинала жаловаться на свою глупую голову, не желающую ничего понимать.
Эйч внимательно выслушивал, изучал список литературы, а затем хвалил список, брал карандаш и обводил номера страниц и параграфов в структуры, объясняя порядок, и на что обратить внимание. Говорил, что у неё всё получится, главное — смотреть на эти блоки комплексно, и удалялся. Чтобы вскоре зайти и увидеть вскакивающую при виде него радостную Лану, начинающую взахлёб рассказывать ему, что так, как он объяснил, всё сложилось. Эйч улыбался и с нежностью смотрел, пока она пересказывала ему особо интересные моменты. С ним было очень хорошо. Добрый и спокойный, уверенно молчаливый, маг в основном слушал. А если начинал говорить, она таяла от блаженства под звуки его низкого обволакивающего голоса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Прошло около месяца и Лана с удивлением начала осознавать странные изменения. Тело окрепло. Уже не было такой изматывающей боли после занятий. На канатных тренировках всплывали фразы из прочитанных книг и монографий, складываясь вместе с объяснениями инструкторов в стройную понятную картину. Практики по работе с силой и контролем обогащались применением методик быстрого счёта и эффективных способов запоминания материала.
Глухая тоска по дому притупилась и воспоминания уже не приносили той острой боли. Разрешили созвониться с родными. С присутствием хмурых людей и с кучей датчиков, но без успокоительных. Родители с восторгом приняли известие о контракте, и с упоением рассказывали о знакомых кого-то из родственников, у кого есть знакомые, у которых детям повезло попасть на обучение в Сферу. Пусть не легендарную пятнадцатую, но всё равно, жизнь после контракта стала настоящей сказкой. Надавали советов, чтобы обязательно старалась и хорошо училась. Она с нежностью смотрела на родителей и говорила, что постарается.
Через несколько дней после этого разговора Лана зашла в кабинет медсектора на привычную диагностику и капельницу, и на неё налетел вихрь по имени Роксана. Восторженная женщина обняла, расцеловала и сообщила совершенно опешившей от такого урагана счастья Лане, что доза стабилизатора снижена. Нужно по-прежнему приходить дважды в день на диагностику, а вот капельницу будут ставить через день. Лана с чувством обняла обожаемую Роксану и женщины долго всхлипывали вместе и наслаждались осознанием первой, такой трудной победы.
— Лана, а ты перед раскрытием своего дара получала какие-то письма? Не электронные, физические. Возможно, посылки, доставку товаров?
Эльза только закончила обсуждать изученный материал и задала этот вопрос как бы между прочим. Лана оценила её серьёзный вид и постаралась ответить обстоятельно.
— Да наверняка. Я частенько что-то заказываю. Что-то из канцелярии точно приходило. Новая тюль в спальню. — Помрачнела, как всегда при воспоминании о навсегда утерянном доме. Сухо продолжила. — Газеты и журналы. Расходные материалы для мастерской.
Эльза внимательно следила за её лицом во время размышлений.
— А что-то странное? Что выбивается из привычных получений?
Лана начала перебирать в памяти образы новых предметов за последние дни и недели жизни в доме. Вот она идёт по дорожке, роясь в сумке в поисках обруч-ключа, поднимает глаза и издаёт стон при виде горы коробок на крыльце — она задержалась на работе, и курьер просто свалил всё кучей. Долго перекладывала в сторону, чтобы открыть дверь, а потом таскала в дом. Покатала ощущения от образов коробок — ничего необычного.
Мастерская. Для неё обычно приходит много заказов. Представила и мысленно перебрала картинки поверхностей и содержимое ящиков: бумага, ручки, реактивы, расходники. Всё на своих местах. Корреспонденция. Стопка журналов и газет на столике в гостиной. Воскресная подборка с итогами недели, профессиональные журналы дважды в месяц, конверты со счетами. Стоп. Синий конверт. Да ну, ерунда какая-то, это не может иметь отношение к делу. Что ещё необычного? Ещё раз пролистала в памяти и развела руками.
— Да ничего особенного.
Эльза нахмурилась.
— Ты что-то вспомнила?
— Да как сказать… — Лана выглядела смущённой и злой одновременно. — Вряд ли это имеет отношение.
