сам ведь знаешь. Алекс просто перемелет их. Слушай, да хрен с ними, с енотами. Я поставил там два комплекта камер, и мы потихонечку сольём одну запись журналюгам. Они хорошо заплатят. Поделим на четверых.
Сафар расплылся в улыбке.
— Отлично, малыш. Лады, с тебя координация и видеокамеры. Перт и Флэр с минуты на минуту притащат сюда свои жопы, пусть берут снаряжение и дуют ко мне.
— Так точно, сэр! — отозвался довольный Арс, махнул рукой своему начальнику, и, повернувшись на стуле, уставился в экраны мониторов.
***
Всё шло ровно так, как Рэм и планировала.
Ехали они медленно, и Алекс скоро отказался от их преследования на мотоцикле. Рэм только усмехнулась. Когда движешься с небольшой скоростью, то снять тебя со снайперской винтовки на автомобильной дороге дело нехитрое.
Пока они по широкой дуге приближались к Пятому тупику, леопард бежал за ними на своих двоих по параллельным улицам, изредка вылезая на крыши низкоэтажных домов. Рэм держала скорость, достаточную, чтобы Алекс не отставал, однако и такую, чтобы преследование не давалось ему легко. Чем сильнее леопард вымотается, тем проще и быстрее они его ликвидируют.
Лейтенант полностью успокоилась. На месте Алекса она бросила бы погоню и смылась куда подальше — у него не было шансов победить. Но, будучи безумцем, тот упорно продолжал следовать за ними. Периодически в кабине попискивала рация, сообщая о его перемещениях: патрули клана Жерло, получившие строгий приказ не связываться с Алексом самостоятельно, тем не менее, докладывали о нём. Также они отмечали отсутствие у него оружия. Последнее означало только наличие пистолета в его поясной сумке.
В какой-то момент позади их машины, примерно в сотне метров, пристроились три патрульных Лэя. Они ехали так же медленно, как и она. Рэм нахмурилась, пытаясь сообразить, какого рожна они плетутся за ней, да ещё и втроём. Обычно патрульные Лэи, бывшие какой-то совершенно отдельной культурой внутри Абрафо, не вмешивались в происходящее за пределами их вотчины — межквартальных дорог и оживлённых улиц.
Когда еноты свернули к тупику, Рэм, обернувшись, разглядела, как Лэи остановились и перегородили мотоциклами дорогу. Она заметила и других Лэев, а также двух пум в полицейской форме, бегущих по тротуару.
Улица опустела. Пятый тупик будто вымер. До Рэм с запозданием дошло, что Лэи и Барцу блокируют все подъездные пути, и теперь с Алексом ей придется воевать только теми силами, которые она вызвала раньше.
Она снова усмехнулась, но уже горько. Договор договором, а полиция с радостью предоставила им поле боя для разборок с Алексом. И почему-то ей думалось, они болеют за леопарда, хотя, казалось бы, должны радоваться возможности наконец-то от него избавиться.
В который раз она прокляла лицемерный город, где подонки были его естественным продуктом, убийцы — национальными героями, а психопат из смежных пространств — образцом для подражания в полиции, составлявшим конкуренцию самой Лике Камо.
А Барцу все же молодцы, не смогла не отметить она. Если они так быстро всё пронюхали, значит не только сидят на их волне, но и успели расшифровать коды обмена. Попробуй тут заяви, что полиция зажирела и ничего не делает. Да этим ребятам плевать на своё Управление. Они сами по себе, со всей своей нехваткой снаряжения, патронов, денег и внимания со стороны начальства. И всё равно работают на совесть, один хрен подкапываясь под Жерло, без оглядки на договор.
Эйоланд веками держался только на идеологии Абрафо, пережившей любые смутные времена. А это что-то, да значило. Даже несмотря на лицемерие его жителей и полиции.
С прослушкой со стороны Барцу она ещё разберётся. Придется нанять специалиста, например из Харофу. Её опыт лесной войны, где ни одна из воюющих сторон не пользовалась электронными устройствами и техникой, буксовал на этом поприще в мегаполисе. Да чего уж говорить, когда на их земли пришли ящеры, в деревне и винтовок-то имелось всего несколько.
Но, вначале она закончит с Алексом. Он висел постоянной угрозой над кланом Жерло и его планами. Алекс открыто демонстрировал своё неравнодушие к Тое Багенге, главе Управления. Оно бы и ладно, да только Тоя отвечала ему взаимностью. Два влюблённых идиота совершенно не замечали осведомленности всего города об их отношениях. Журналисты не преподносили их любовь как сенсацию просто потому, что сенсацией она уже не являлась. Всё уже обсосали на уровне слухов, а нового корма им пока не перепадало. До сих пор Тоя Багенге пока ловила Алекса, но популярность леопарда быстро росла, и до его амнистии и назначения на какую-нибудь должность в Абрафо оставалось всего ничего.
На договор с Фрей Алекс пошёл только от безысходности своего террора. Но принципиально он от него не отказался, только отложил. Методичный и целеустремленный, с давно поехавшей психикой в своих бесконечных войнах, Алекс мог возобновить террор в любой момент. Сможет ли его сдержать на поводке Тоя Багенге, большой вопрос. Да и захочет ли?
Фрей не хотела рисковать. Рэм была с ней солидарна. Они начали готовиться к убийству Алекса, намереваясь аккуратно пристрелить его из засады. Как теперь оказалось, Алекс это вынюхал. И, в своём репертуаре, решил напасть первым.
Пятый тупик, по её мнению, прекрасно подходил для окончания затянувшегося жизненного пути Алекса Багенге.
Идеальной была бы засада в замкнутом тесном пространстве, но заманить туда Алекса уже не представлялось возможным.
Небольшая площадка в конце Пятого тупика обладала одним единственным узким входом. Вокруг куч строительного хлама, оставленного от недавно разобранного здания, громоздились высокие глухие стены.
Позиции снайперов имелась возможность оборудовать только на крышах хлипких складов, приткнувшихся к высоткам и ожидающих своей очереди на снос. Обе группы могли простреливать большую часть строительной площадки и, заодно, прикрывать друг друга.
Группы она сформировала из двух снайперов, один из которых вооружался большой воздушной винтовкой, стреляющей отравленными дротиками, а второй снайперской винтовкой настоящей. В группе присутствовал и третий солдат, для прикрытия снайперской точки, вооружённый автоматом и занимавший позицию на небольшом удалении.
Две боевых тройки с автоматами укрылись на площадке, среди мусора. Рэм со своей тройкой спрятались в заранее присмотренных нишах, по обеим сторонам тупика. Все бойцы уже обработали себя блокаторами запаха.
Алекса они услышали и почуяли. Блокатора запаха он не имел, а легкий ветерок дул от него, донося его кисловатый след, с легкими оттенками тухлятины вперемешку с порохом. Его лапы шуршали по асфальту, дыхание было лёгким и равномерным, словно он и не бежал за машиной добрых десять километров.
Они пропустили его вперёд и подождали. Расстояние между всеми тройками уже позволяло использовать связь через
