Читаем без скачивания Корабль мечты - Лука ди Фульвио

– Нет, Скарабелло… ну… понимаешь…

– Мне наплевать на этих двоих, – перебил его беловолосый. – Но ты вторгся на мои земли. И думаешь, что можешь творить тут, что тебе вздумается. Меня это возмущает. Ты ведь понимаешь это, верно?

– Послушай, мне очень жаль, но…

– Ты понимаешь? Да или нет?

– Да… – Царлино опустил глаза.

– Да, – повторил Скарабелло.

Меркурио молча наблюдал за происходящим, восхищаясь Скарабелло. Какой властный человек! Какой хладнокровный! Как он управлял ситуацией, при этом оставаясь совершенно спокойным. Ни следа гнева или ярости.

– Что же мне с тобой делать, как думаешь? – осведомился Скарабелло.

– Прошу тебя…

– Ладно, я понял. Ты так глуп, что и понятия не имеешь, как же объяснить тебе, что нельзя просто взять и вторгнуться в мои владения, – кивнул Скарабелло. – Значит, придется придумывать самому, как и всегда. Никто мне не поможет, – нарочито вздохнул он.

– Засунь ему весло в задницу, – предложила Бенедетта. – Или давай я лучше сама это сделаю.

– Тебя никто не спрашивал, шлюшка, – осадил ее Скарабелло.

– Пожалуйста, прости ее, – поспешно произнес Меркурио.

Беловолосый вновь повернулся к Царлино.

– Возвращайся в свою развалюху, – приказал он.

Пока Царлино и его подельники перебирались в свою лодку, Скарабелло повернулся, и один из его матросов, прочитав мысли хозяина, протянул ему топор.

Изящным движением танцора Скарабелло перепрыгнул на борт лодки Царлино, занес топор над головой и с размаху опустил лезвие на дно лодки.

– Прошу, не надо, – взмолился Царлино.

Скарабелло ударил еще два раза, метя рядом с первой пробоиной. В лодку хлынула вода.

С таким же изяществом он вернулся в свое судно.

– Тебе повезло, мразь. Только подумай, что ты мог бы потерять. Пальцы. Руку. Язык. Глаза… Можешь подумать об этом, пока будешь плыть к берегу. – С этими словами он оттолкнул лодку к центру канала и повернулся к рыбаку. – Так, теперь ты. Сколько он заплатил тебе за то, с чем ты вообще-то должен был прийти ко мне?

– Полсольдо, господин.

– Тогда меня устроит два сольдо.

Рыбак медлил.

– Сейчас же! – прикрикнул на него Скарабелло.

Рыбак порылся в одежде и достал монеты.

– Хорошо. Можете продолжить путь. – Беловолосый повернулся к Бенедетте и Меркурио. – Насколько я понимаю, вы прятались в этой корзине. От вас несет гнилой треской. Забирайтесь внутрь. Но вначале можете поблагодарить меня за спасение.

– А что насчет наших денег? – спросил Меркурио.

Бенедетта пихнула его в бок.

– А ты у нас парень не промах, верно? – рассмеялся Скарабелло.

– Ну и ладно, оставь их себе! – холодно процедил Меркурио.

– Ты мне разрешаешь, мальчик? – Беловолосый не знал, смеяться ему или наказать наглеца.

– Оставь себе монеты, пусть они станут нашей платой за то, что ты нас примешь.

– Приму? – удивился Скарабелло.

– Да. Возьми нас в дело. Я хороший мошенник, а она прекрасно стоит на стреме.

Скарабелло откровенно наслаждался разговором.

– Откуда вы, ты и твоя подружка?

– Из Рима. Она мне не подружка, а сестра.

Скарабелло посмотрел на Бенедетту.

– Странно. Я было подумал, что вы одного возраста.

– Я младше его на два года, – объяснила Бенедетта. – Мой брат всегда заботился обо мне. И он научил меня всему, что знает об уличной жизни.

Меркурио подумал, что Бенедетта и правда отличная плутовка и прекрасная попутчица.

– Почему же вы уехали из Рима?

– Это было необходимо для сохранения здоровья.

Скарабелло рассмеялся.

– Ты украл у Папы тиару?

– Может быть.

Ухмыльнувшись, беловолосый одобрительно смерил его взглядом.

– Отвези его к Риальто и объясни, как найти таверну «Красный фонарь», – сказал он рыбаку. – Там снимешь комнату. Условия не из лучших, но за два серебряных сольдо ничего лучше ты себе не позволишь.

– У меня нет двух сольдо.

Улыбаясь, Скарабелло бросил Меркурио монеты.

– Может быть, я как-нибудь загляну к тебе. – Беловолосый оттолкнулся, и его лодка скрылась в камышах.

– Чтоб ты утонул, подонок! – крикнула Царлино Бенедетта.

Его лодка уже утонула, и незадачливые грабители отчаянно пытались доплыть до берега.

– Я не знал… – пробормотал рыбак.

Взгляд Меркурио заставил его замолчать.

– Чтоб ты сдох, трус.

Меркурио жестом приказал Бенедетте присесть. Рыбак накрыл их корзиной.

– Мне очень жаль. Прости, – прошептал Меркурио, когда лодка продолжила путь.

– Ты знал, что случится что-то подобное, верно? – мрачно спросила Бенедетта.

Меркурио достал кошель с золотыми монетами. Они тихо звякнули.

– Это была единственная возможность спасти деньги.

– А почему ты спрятал их на мне, а не на себе?

– Потому что они бы тебя все равно облапали. А не найди они денег, все обернулось бы намного хуже.

– Ну ты и ублюдок, – прорычала Бенедетта.

Меркурио помолчал.

– Он сделал тебе очень больно… там?

– Ну ты и ублюдок, – буркнула Бенедетта, но на этот раз в ее голосе не было злости. – Братишка…

Глава 20

– У тебя найдется комната для меня и моей сестры? – спросил Меркурио, входя в таверну «Красный фонарь», жалкую забегаловку на Руга-Веччия-ди-Сан-Джованни, прямо у рыбного рынка за Риальто.

Трактирщик, низкий болезненный старик лет шестидесяти, сидел на сломанном табурете. Он совсем уже облысел, зубов во рту почти не осталось. Внешность у трактирщика была пренеприятнейшей, к тому же он постоянно чесал промежность.

«Да его же вши заживо сожрут», – подумал Меркурио.

Старик не ответил. Он сплюнул слюну с кровью в ведро рядом со стулом.

– От вас несет, как от гнилой селедки, – заметил он наконец.

– Боишься, что мы провоняем твой королевский дворец? – ухмыльнулся Меркурио. – Так что, у тебя найдется для нас комната или нет?

– А деньжата у тебя найдутся?

– Нет, зачем? – нагло усмехаясь, заявил Меркурио. – Неужто нужно доплачивать за то, чтобы жить тут?

Бенедетта рассмеялась.

– Сольдо в неделю, весельчак. – Старик опять сплюнул в ведро.

– Я тебе отманиваю клопов, а ты за это еще и денег хочешь?

– Есть люди, которые спят под мостом. Некоторым из них даже удается выжить. Можете попытать счастья там.

– Я дам тебе сольдо в месяц.

Трактирщик сплюнул и закрыл глаза.

– Пойдем, найдем что-то получше, чем этот жалкий клоповник, – сказал Бенедетте Меркурио. – Скарабелло нас все равно отыщет.

Старик тут же распахнул глаза.

– Кто? – переспросил он.

– Разве ты не собирался вздремнуть? Какое тебе дело?

– Скарабелло? Мог бы сразу сказать об этом, мальчик. Ну ладно, один сольдо в неделю, и то только потому, что вы друзья Скарабелло.

Меркурио сунул руки в карманы, молча глядя на трактирщика.

Старик беспокойно поерзал на стуле, почесывая промежность.

– Ладно, один сольдо за три недели. Но скажи Скарабелло, какую цену я вам предложил.

– Конечно, расскажу. Он заверил меня, что в этой развалюхе комната стоит один сольдо в месяц.

Бенедетта спряталась у него за спиной – она больше не могла сдерживать смех.

Старик задумался.

– Ну ладно, черт тебя дери! Ну ты и пройдоха, мальчик.

– Спасибо за комплимент, – поклонился Меркурио. Сделав шаг вперед, он сплюнул в ведро. – Такая услуга включена в цену, верно?

Ворча, старик отвел их в комнату, крошечную каморку без окон, где едва хватало места для лежанки. В углу стоял ночной горшок, которым пользовался, должно быть, еще Мафусаил.

– Да здесь же дышать нечем, – простонал Меркурио. – Пойду-ка я прогуляюсь.

– Я с тобой, – поспешила Бенедетта.

Меркурио еще никогда не видел столь странный город.

– Тут слишком много воды, – поежившись, сказал он.

Но постепенно и его душу объяли чары этого удивительнейшего места. Переулки, полные людей, суматоха улиц, магазинчиков, рынков.

Первым делом Меркурио направился к мосту Риальто. Это величественное сооружение состояло из двух разводных частей, сделанных из древесины лиственницы. Мост разводили, чтобы пропустить большие галеры. Управляющий отдавал приказ рабочим, и те задействовали канаты и рычаги, приводя в движение сложный механизм блоков и колес. Все это походило на какое-то волшебство.

Перед тем как разводили мост, торговцы, устроившиеся на нем, закрепляли свои товары веревкой, но сегодня пара озорников сыграли с ними злую шутку и ослабили узлы, так что мотки драгоценной ткани покатились вниз с моста. Меркурио и Бенедетта хохотали вместе с детьми, словно отмочили эту шутку с закадычными друзьями, в то время как торговцы, ругаясь на чем свет стоит, собирали мотки.

Но больше всего Меркурио поразило количество лодок и разнообразнейших суденышек, плававших по каналу. Он еще никогда не видел такого скопления судов. Воздух полнился криками, руганью, ударами дерева о дерево. В Венеции было больше лодок, чем телег на улицах Рима.