Читаем без скачивания Stronghold - Ник Демин

Вечером мы собрались за столом у Семеныча за рюмкой чая. Я показал чертежик Семенычу.

– Семеныч, зацени. Тот долго смотрел на него, жевал губами:

– Это что внизу?

– Поворотный подшипник, –глянув на палец, тыкнутый в чертеж, охотно подсказал я.

Семеныч опять углубился в изучение. Он вертел чертежик, прикидывал, бормотал себе под нос. Мы с Алиной терпеливо ждали его вердикт.

– Сам придумал? – глянул он на меня поверх очков, замотанных изолентой.

– Не-а, – хрустнул я сушкой. – У меня ребенок средневековьем увлекался. Я столько всякой всячины ему с интернета скачивал – просто беда. И этот рисуночек оттуда, я просто его чуть усовершенствовал, чтобы бесшумней крутился, без усилий. Противовесы придумывать не стал, просто поворотная стена. В этих душевых дебильная советская плитка, причем куча стопок с такой же отбитой. Огромные трещины по углам – такое ощущение, что они сложены из плит поставленных друг на друга. Такая же стена не будет привлекать к себе внимание. Мы сложим стенку, поставим на металлическую раму, положим эту же плитку и у нас будет поворотная дверь. Раму присобачу я – не зря двери железные одно время ставил. С плиткой не знаю…

– Плитку положу я. – задумчиво перебил меня старик. – По советски. И запор сделаю как ты нарисовал.

– Так что – должно получится. – подитожил я и повернулся к Алине:

– А у тебя что?

Алина подобралась. По моему она меня побаивается, хотя я вроде бы не страшный.

– Сходили в аптеку. Набрали всякой всячины, в основном шприцы, бинты и другую бижутерию. По лекарствам план не выполнили. Видимо во время кризиса нарки потоптались в аптеке. Все нужные пузырьки и таблетки исчезли. А потом я устроила им небольшие учения по действию в городских условиях. Решила отработать все это на бане. Обшарили её трижды, сверху – донизу. Явно я ничего не увидела, только прикинула, где может находиться возможный вход, исходя из схемы, которую вы мне дали.

Она зашуршала бумагой, разворачивая рисунок. Чертежик был хороший, с привязкой к местности. Мы втроем склонились над картой, столкнувшись лбами. Алина тыкая карандашом в отметки – поясняла:

– Это нижний зал, где находится оборудование. Тут куча манометров, труб и всякой фигни, как у Семеныча, и тут вот есть подсобка. Она, как бы, утоплена в стене и внутри обычная крашеная кирпичная стена. Все остальные стены отделаны декоративными гипсовыми панелями, которые будут очень удобны для такого же типа двери. Размеры я сняла на всякий случай. Далее, парадный вход на улице Коммунистической. Два запасных выхода. Один выходит во двор бани с хозпостройками. Стоянка для пяти легковых и одной грузовой, типа Урал-вахтовки. Глухие ворота, открывающиеся вручную. Другой запасной вход открывается в гаражи. Загорожен кустами, через него можно незаметно выскользнуть. Мы немного исследовали гаражи по ним можно проскочить сразу на три улицы, причем если в этом гараже в задней стене сделать дырку, то мы выходим на территорию старого водоканала, где мы брали жесть и трубы. Там бедлам и разруха и оттуда можно выйти еще на две улицы (в этом районе квартал мог быть и пятисторонним и шестисторонним – старая застройка плюс кусок бывшей промзоны), а дальше забор пивзавода.

Алина рассказывал в общей сложности полчаса, отвечая на наши вопросы и тыкая в план-схему. Потом настала моя очередь. Моя экспедиция среди отбросов (или отходов) нашего общества прошла достаточно неплохо. Метровая труба вывела нас еще в одну трубу приблизительно такого же диаметра. (передвигаться все равно приходилось на четвереньках). После краткого обсуждения, мы решили плыть в ту же сторону, куда текло все и попали в большой коллектор. Находились мы там буквально несколько минут. Дело в том, что без противогазов там находится невозможно. Развернувшись мы выбрались через открытый люк около моста через речку вонючку. После этого вернулись обратно тем же путем. Показав стертые колени м ы тихонько поржали. Наконец мы угомонились и разошлись. Я пришел домой поздно. Тихо разделся и на цыпочках пошел к кровати.

– Ты пришел? – сонно окликнула жена. Я замер.

– Да, – шепотом сказал я. – Ты чего не спишь?

– Тебя жду. – голос жены звучал обижено, – того и гляди засну, а ты шляешься неизвестно где.

– Дела, любимая – проговорил я, забираясь под одеяло.

Жена крепко прижалась ко мне и закинула на меня свою красивую, горячую ногу. Я очень люблю свою жену. С мыслью о том, что с такой работой можно стать импотентом, я повернулся к жене, обнял её и поцеловал. Ну, люди все взрослые, дальше рассказывать не буду. Сами знаете.

Утро было солнечным, постель пустая, мелочь залезла под бок и тихо там посапывала. Девочке шел седьмой год. В этом году она пойдет в первый класс, пусть немного не такой, но все-таки. Старший ребенок пропадал на тренировках, которые открыл для детенышей Серега. Ему нравилось возиться с ними. Он вел в прежней, обычной жизни секцию рукопашного боя для детей. Теперь занимался тем же самым. Раз в неделю они собирались с Семенычем и обсуждали занятия на следующую неделю для своих, для чужих. Если бы мой культурный ребенок вышел сейчас поздним вечером погулять во время до кризиса, то я бы очень переживал… за хулиганов, которые попались ему на пути. Серега с Семенычем, не афишируя, готовили из нашего молодого поколения людей, которые могут постоять за себя. Помимо рукопашного боя их учили правильно вязать пленников и как освобождаться; кидать подручные предметы (обычно это были ножи, вилки, гвозди и заточенные пластиковые карты); стрелять из арбалета; владеть холодным оружием, из сервов нам, кстати, достался учитель фехтования из нашего Дворца творчества юных (то бишь бывшего Дворца пионеров); стрельбе из стрелкового оружия и другим мелочам.

Несколько облегченные занятия проводились для всех детей, но в отличии от наших, эти занятия были не обязательны. Показывались основные захваты, ставились два-три удара. Показывалось владение автоматом в рукопашном бою. Всех детей старательно готовили, чтобы они могли помочь взрослым в случае нападения.

Забрав одежду я тихонько вышел из комнаты. Пусть мелочь немного поспит. Жена наверняка уже наверху, на работе. Она хорошая, но обязательная. Даже слишком обязательная и этим все пользуются. Я уже забыл когда мы делали себе выходной. И у меня в связи со словом выходной возникло какое-то неприятное чувство. Я уселся в столовой за длинным голубым столом, чтобы позавтракать и спокойно обдумать, что меня тревожит. К моему сожалению меня отвлекли, если б я тогда додумал, может быть получилось все по другому. В столовку вбежал один из моих ребят:

– Дэн, тебя Паша ищет, говорит ты ему фигню какую то заказывал.

Я подхватился и побежал в ответ на заполошный вопль Светы: «А чай?», крикнув: «Некогда».

Паша сварил все точно, ему было любопытно куда это пойдет, но я отшутился, похлопал по плечу, рассказал анекдот и смотался забрав заказ. Затащив все это в котельную я отпустил ребят, распределив фронт работ. В котельной мы возились втроем: Семеныч, Алина и я. Скучно нам не было, как оказалось до Паши я конечно не дотягиваю по части местных идиоматических выражений, но все вместе втроем мы вполне можем составить конкуренцию. Через три дня наше общее народное творчество было готово. С чувством законной гордости мы озирали точно такую же, обшарпанную стенку, как и все остальные. Открывалась она, если человек вытаскивал на себя шляпку здоровенного гвоздя, державшего вешалку, и со всей силы давившего на кусок стены с определенной стороны. Мы стояли, переглядывались и бессмысленно улыбались. Работа была сделана. Мы заказали Паше еще одну похожую раму и утащили её в баню. Кстати Алина действительно определила правильный вход в подземный ход. Катастрофически не хватало людей. Мне выделили несколько человек , для подготовки котельной к консервации. Одного из них я оставил, после того как ко мне подошел Семеныч:

– Слушай Дэн, ты знаешь – я уже старый.

Я отвлекся и внимательно посмотрел на Семеныча. Тот стоял и явно собирался, что-то выпросить.

– В чем дело Семеныч? Если ты хочешь чтобы я начал тебя уговаривать, что ты ещё ого-го, то ты ошибся адресом. Явно тебе что-то надо? Семеныч посмущался и продолжил:

– Были тут у нас на отработках трое ребят, тяжести таскали. А один из них, Ильяс, с собаками разговаривал, а они его слушали.

Я сначала не врубился, ну и что такого, может с ним люди не разговаривают, но тут до меня дошло:

– С твоими собачками разговаривал, –недоверчиво переспросил я. Семеныч с восторгом кивнул. – А они его не тронули?. Семеныч опять кивнул:

– Я тебе скажу, что он их даже погладил, ты поверишь?

Я в изумлении покачал головой. Собачек Семеныч дрессировал сам. Получались страшные звери, послушные и опасные.