сейчас времени, — мой язык заплетается, я прикладываю максимальные усилия, чтобы на другом конце провода меня поняли. — В общем, о чём это я? Ах, да! Ты же знаешь, где живёт Макария?
— Знаю, — быстро отвечает.
Я жду некоторое время продолжения, но, видимо, Палмер тупит ничуть не меньше моего.
А-а-а!
— Ну и? Я спросил это не просто так к сведению, знаешь ли. Я хочу узнать адрес.
— Зачем он вам?
— Да так! Хочу засорить себе голову ненужными адресами! — начинаю закипать. — За делом, Палмер! Что за глупые вопросы!?
— Она живёт в Даунтауне, в многоэтажном жёлтом доме неподалеку от сквера. Точно вам не скажу какой номер. Квартира шестьдесят шесть.
Я понял, где это. В юношестве, когда делал свои первые самостоятельные шаги во взрослую жизнь, я жил в этой местности. Так себе райончик для одинокой беззащитной девушки.
— Моя ты хорошая девочка, — с улыбкой на лице одобряю, но быстро смекаю, что Палмер вовсе не та, кому можно говорить нечто подобное. — Эм-мм… Плохая… то есть не девочка… В смысле не моя! Короче, молодец и все! Спасибо и доброй ночи! Забудь, что я тебе звонил! Сотри это из своей памяти!
— Ага! Всего хорошего, мистер Неттинг.
За двадцать минут я доезжаю до нужного дома, паркуюсь и поднимаюсь на шестой этаж.
Хм. Почему я нисколько не удивлён? Дьявол живёт в шестьдесят шестой квартире на шестом этаже….
Просто эпицентр чертовщины! Чур меня!
Так и не придумав что ей сказать, с чего начать, я стучусь в дверь.
Стало быть, звонка здесь и в помине никогда не было.
Я не ожидал почти сразу же услышать щелчок открывающегося замка. Предполагал, что мне вообще никто не откроет, а если и откроет, то с газовым баллончиком в руках или с пушкой наперевес. Но дверь всё же отворяется и передо мной предстаёт... зелёное чудовище.
Мля!
— Хринасе! Вот это меня вштырило! — протягиваю я, вздрогнув всем телом.
Что было в этом сраном «Чивасе»? Галлюциногенные грибы?
— Даймонд? Что ты здесь делаешь? — чудище поправляет полиэтиленовый пакет на голове и резко запахивает полы халата.
— Что ты такое, мать твою? — тычу пальцем, не решаясь прикоснуться к неопознанному объекту, боясь подхватить радиацию и мутировать в Халка. — И что ты сделала с Макарией? Отвечай, жабья морда!
— Ты что, пьян? — раздражённо крутит у виска.
Хм. Знакомый голос с нотками стервозности. Где-то я его уже слышал.
— А, так это ты, что ли? — с облегчением выдыхаю, рот кривлю. — Я чуть было в штаны не наложил от страха. Видок у тебя, мягко говоря, отпугивающий.
Макария с рыком закатывает глаза, но лучше бы она этого не делала — стало только хуже. Гораздо хуже.
— Это всего лишь глиняная маска! — обводит она пальцем свою зелёную физиономию, после чего указывает на голову. — А это яичная маска для волос. Оказывается, тебя можно напугать обычной косметической процедурой? Что ж, приму к сведению, пугливый ты наш.
— Видела бы ты себя со стороны. Я уж подумал, что стал свидетелем вторжения пришельцев.
— Очень смешно. Что тебе нужно? — она складывает руки на груди, сверля меня гневным взглядом.
— Да вот, я немного заблудился. Не знаешь, где тут проводят собрание анонимных проходимцев и надувателей?
— Так ты об этом собрании? Что ж ты сразу не сказал?! — протягивает елейно, хмуря брови. — Тогда тебе нужно повернуть налево, затем идти всё время прямо, пока не упрёшься в указатель «иди в жопу»! Доступно объяснила? Надеюсь, не заблудишься?!
— Как мило, это ведь мой любимый указатель, — опускаю взгляд на ее попку, пряча свою ухмылку. — Стало быть, я остаюсь у тебя.
— Я серьезно! Что нужно?
— Впустишь меня? С твоей стороны не совсем прилично держать своего босса в дверях.
— Приличные боссы не вламываются к своим подчинённым домой без приглашения. Тем более в такое позднее время! Але, два часа ночи! — она раздражённым жестом приглашает меня войти. — Ну? С чем пожаловали?
Я прохожу в маленькую квартирку, где слева от меня располагается гостиная размером с половину моего кабинета, а справа — полупустая кухня.
Находиться в этой квартире неуютно, некомфортно, не говоря уже о том, чтобы жить в ней.
— Не обращай внимание! Здесь немного не прибрано, — отмахивается Макария, проследив за моим оценивающим взглядом.
В гостиной стоит простенький замшевый диван с дыркой на самом видном месте, сбоку телевизор и все. На стенах наклеены жуткие фотообои, напоминающие сюжет фильма «Нарния».
Ну и безвкусица.
Я перевожу ошарашенный взгляд на Макарию, уже успевшую смыть с лица радиационную маску. Молча указывая пальцем на фотообои, я заламываю бровь.
— Не смотри на меня так! Это всё не моё! — оправдывается она, краснеет. — Я сама была в шоке, когда сюда вошла. Фотографии были вроде ничего.
— Это твоя квартира? Почему здесь так… стремно? У меня даже другого слова не находится, чтобы описать все это.
— Нет, конечно же! Я снимаю эту помойку! — пихает она меня в сторону кухни, там усаживает за стол, а сама ставит кофеварку на плиту. Странно, что в этом доме имеется такая "роскошь". — В Лос-Анджелесе не так-то просто найти хорошее жильё по доступным ценам, а у меня каждый цент на счету.
— А сама ты откуда? Ты же приезжая?
— Даймонд, я можно сказать отовсюду, — отзывается с печалью в глазах и ставит рядом со мной кружку чёрного кофе. Аромат вполне приличный. — До этого я жила в Сан-Диего, а родилась в Джексонвилле.
— У тебя правда есть брат?
— Да, — её губ слегка касается улыбка, она присаживается напротив меня и отпивает глоток из моей кружки. — Извини, я обычно не пью кофе, от него желтеют зубы. Но, когда речь заходит о моём братишке, так хочется напиться, а у меня здесь крепче кофе ничего нет.
— Что с ним случилось?
— Муковисцидоз. И пока эта болезнь не поразила другие его органы
