С каким удовольствием избивал, а затем и убивал членов банды Карпа. А затем вспомнил, как этого оказалось недостаточно, и ему захотелось уничтожить ещё и базу преступников, которые, в общем-то, ничего ему не сделали и никакой опасности не представляли.
— Оба. Оба варианта, — вслух заключил Лазарев.
Илья задумчиво цокнул языком:
— В Домах и Семьях с детства готовят к этому. Учат контролировать себя. Тебе придётся разобраться с этим самому. Вероятно, могут помочь какие-нибудь медитации, глубокое дыхание… В общем, постарайся держать себя в руках.
— Не могу обещать, — хмыкнул Игорь. И тут же добавил, чтобы перевести разговор на менее неудобную тему: — А неплохо ты тут устроился!
Кабинет и в самом деле выглядел впечатляюще. Нет, предыдущее место работы Мерцалова тоже было вполне недурно, однако нынешний кабинет был выше всяких похвал. Если, конечно, его всё ещё можно было называть кабинетом.
Для того, чтобы Илье было удобнее работать, несколько стен были снесены, и комнаты объединились в одну. Размером она получилась с небольшую конюшню, с той лишь разницей, что ни в одной, даже в самой дорогой конюшне, никогда не будет такого современного ремонта. Ну и вместо лошадей здесь располагались различные аппараты, о назначении которых Игорь догадывался лишь смутно. А порой — не догадывался вовсе.
Например, чёрный шкаф, закрепленный в прямоугольной металлической стойке таким образом, что мог вращаться в любую сторону. Игорь не знал, зачем он нужен, но подсознательно был рад, что Мерцалов не запихнул его туда. С Ильи бы сталось.
— Да, — довольно хохотнул Мерцалов, обрадованный вопросом Игоря. — Так, конечно, нельзя говорить, но если бы я знал, какое рабочее место предоставит мне СЗГ, я бы сам сжёг свой старый кабинет!
Илья провёл по монитору ладонью с такой нежностью, будто это была его любимая девушка, а не кусок металла. Лазарев приподнял бровь. Заметив это, Мерцалов смущённо убрал руки за спину.
— Очень хорошая техника. Лучшая из существующих. Самые последние модели в мире. Такую практически невозможно приобрести самостоятельно. Причём не только из-за баснословной цены: частникам такую аппаратуру просто не продадут. Нужны очень серьёзные связи, и у СЗГ они есть.
Игорь хмыкнул, но комментировать это никак не стал. Очевидно, что возможности конторы практически безграничны. В конце концов, СЗГ была силой, с которой приходилось считаться даже Домам и Семьям.
— Посмотри сюда, — Илья подошёл к длинному столу, заставленному сложной системой из многочисленных трубок, реторт и двух центрифуг, кабеми подключённых к небольшому встроенному компьютеру. — Знаешь, что это?
— Понятия не имею, — честно ответил Лазарев.
— У меня тоже не было ни малейшего представления об этом устройстве, пока мне его не установили мне в кабинет. Если говорить простым языком, это химический анализатор стихии. Очень полезная вещь, но область применения у неё крайне узкая. Подходит только для элементалей с ядовитыми стихиями, а таких, как ты понимаешь, не слишком много, и они не слишком-то стремятся афишировать свои силы. Мне, по крайней мере, такие не встречались, — грустно сообщил Мерцалов.
— А если бы у тебя был… Материал для анализа? Что тогда?
Илья встрепенулся:
— У тебя кто-то есть на примете? Ну, во-первых, я смог бы подробно изучить состав применяемого яда. Во-вторых, с высокой долей вероятности подобрал бы подходящий антидот. Ядовитые элементали смертельно опасны, и подобные исследования были бы крайне полезны для той же СЗГ. Враг, от которого ты защищён, уже не так страшен.
Лазарев задумался. В словах Мерцалова определённо был смысл: такой прибор вполне позволил бы обычным солдатам обезопасить себя от той же ядовитой эссенции, нагоняющей ужас даже на элементалей. Однако из знакомых Игоря только Катя и Юля обладали ядовитыми стихиями. Катя, возможно, согласится — ей и самой хотелось бы подробнее изучить свои силы. А вот Юля…
— Я подумаю, что можно сделать, — пообещал Игорь. — Слушай, хотел у тебя спросить: ты ничего не слышал о такой вещи, как фальсиформика?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Фальси… Что? Это на латинском? — нахмурился Мерцалов. — А что это? Ты подхватил какую-то болезнь, о которой я не знаю.
— Нет, просто… А, забудь, — Игорь махнул рукой. — Ничего особенного.
Илья пожал плечами. Даже если ему было интересно, вредной привычки лезть в чужие дела он не имел.
— Ладно, спасибо тебе, — Игорь взялся за ручку двери. — Ещё увидимся.
— Бывай, — кивнул Мерцалов, усаживаясь за свой компьютер. Этот фанатик своего дела не привык терять ни минуты.
На улице стояла жаркая погода, свойственная последним дням августа. Еле ощутимый ветерок чуть заметно шевелил листья на высаженных вдоль дороги деревьев и приятно обдувал лицо. Игорь улыбнулся. В последние месяцы спокойные прогулки выпадали ему крайне редко.
И сегодняшний день не стал исключением.
Лазарев неторопливо шёл по улице мимо десятков припаркованных у бордюра машин, когда дверь одной из них открылась, выпуская наружу водителя. Игорь не сразу узнал его: волосы, прежде уложенные в аккуратную причёску, рыжим ураганом растрепались по осунувшейся голове. Но больше всего внимания привлекала вовсе не внешняя неопрятность.
Левая щека была изуродована чудовищным шрамом от ожога, по форме напоминающего ладонь: несколько полос пересекали висок и ухо, сползали со скулы на шею, а один след, — судя по всему, от большого пальца, — деформировал ноздрю таким образом, что казалось, будто высокий мужчина постоянно кривит нос в презрительной гримасе.
Когда два человека смотрят друг другу в глаза, каждому из них приходится выбирать конкретную точку, в которую он устремит свой взгляд. Кто-то смотрит в правый глаз. Кто-то — в левый. Особо продвинутые смотрят в точку между бровей — говорят, такой взгляд особенно давит на собеседника. Игорь не знал, в какой из двух его глаз смотрел элементаль, но сам он подобного выбора был лишён. Левую глазницу мужчины укрывала чёрная повязка наподобие пиратской.
На раздумья ушло не более секунды. Вот Игорь спокойно шёл вперёд — а спустя мгновения он в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние, коротко замахнувшись правой рукой. Кулак, мгновенно покрывшийся перчаткой из камня с проглядывающейся сквозь него лавой, почти столкнулся с изувеченным лицом, когда высокий мужчина отскочил назад.
— Стой, стой! — выкрикнул Скрипач, поднимая ладони в успокаивающем жесте. — Я пришёл сюда не для того, чтобы драться.
Лазарев замер, внимательно наблюдая за человеком, которого хотел убить. Элементалем, который возглавлял банду, схватившую его. Врагом, который совсем недавно чуть не выдал его Прометею. Игорь ожидал от него нападения, любой подлости — однако тот и не подумал атаковать. Опустив вниз руки, он вдруг попросил:
— Мы можем поговорить? Я не займу много времени, — видя, что Игорь не торопится отвечать, Скрипач тяжело вздохнул и добавил: — Пожалуйста. Это важно.
Лазарев мог назвать тысячу причин для того, чтобы отказаться. Но вместо этого он опустил руку и пожал плечами, испытующе глядя на рыжеволосого элементаля:
— Ну давай поговорим.
Глава 15
— Куда мы едем?
— Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, — ответил Скрипач. Одной рукой он удерживал руль, а вторую не убирал с рычага переключения передач, нервно оглядываясь по сторонам. — Находиться в непосредственной близости от СЗГ для меня опасно.
— А для меня опасно отдаляться от неё, — спокойно парировал Игорь.
Впрочем, на самом деле это не слишком его беспокоило. В то, что Скрипач самолично заявился к нему, чтобы завезти его в какую-то ловушку, Лазарев не верил. А даже если и так — Игорь не боялся. Он давно перестал быть тем слабым элементалем, которого несколько месяцев смогли захватить несколько главарей банд. Если они попробуют снова — он найдёт, чем ответить.
Скрипач покосился на него единственным глазом:
— Значит, мы уедем недалеко. Остановимся там, где ты скажешь. Только не на виду у всех.
