с чего ты взяла, что мы переспали?
— Может я пересидела дома и перечитала романов, называй это, как хочешь, но твое сегодняшнее состояние все сказало за тебя.
Да уж. Удивила так удивила. Ничего не скажешь. А Васнецова, не пальцем делана, слишком проницательна оказалась.
— Вообще-то да, дважды.
— И теперь ты беременна?
— Да, но…Я не хочу, чтобы Вадим об этом узнал.
— То есть как? Он ведь отец ребенка, ведь так?
— Да, конечно же он. Просто…Все слишком сложно понимаешь? Я собираюсь вернуться домой и уже там рожать и растить ребенка.
— Постой, ты собираешься сбежать, родить и в одиночку растить Вашего общего ребенка?
— Знаю, звучит так себе, но так.
— Звучит отвратительно, — возмутилась Аня, — И как тебе только такое в голову могло прийти. Он отец, и тоже должен нести ответственность за этого малыша.
— Анют, в нашей истории все слишком сложно и непросто. Помимо измены Вадима, развода и беременности Маргариты, были еще кое-какие моменты касательно меня, о которых не знает даже Вадим. Ребенок, который растет внутри меня, это огромное чудо, данное мне свыше. И единственное чего я сейчас боюсь, это потерять его. Но…если о беременности узнает Вадим, узнает и его жена, которая не оставит этого просто так. А мне очень нужно себя беречь, чтобы выносить своего малыша, которого я ждала 7 долгих лет лечения и попыток. Прошу, не говори никому о моей беременности. Я скажу ему сама, обещаю. Но только после того, как рожу и буду знать, что с ребенком все хорошо.
— Хорошо, — с грустью в голосе согласилась девушка, — Прости, я не знала о твоей проблеме.
— Все нормально. Об этом не знает никто. Я расскажу тебе как-нибудь обо все.
— Хорошо. Спасибо.
* * *
Вадим.
Через 2 дня меня навестил друг в обеденное время, что было немного странно. Серега всегда очень ответственно ко всему относится, и не выезжает с работы раньше часов 18:00, а то и позже. А сейчас, когда он работает за двоих, тем более.
— Странно видеть тебя в такое время у меня.
— Я по делу, — ответил Васнецов, который был чернее тучи.
— Мог позвонить.
— Это не телефонный разговор Мальцев. И боюсь то, что ты сейчас узнаешь, тебе не понравится.
— Начало впечатляющее.
— Начнем, пожалуй, с того, что твоя жена пропала с радаров. После аварии ей не смогли дозвониться ни доктора, ни наши безопасники. Ее телефон «вне зоны действия» со дня аварии. Она нигде не светилась все эти дни, денег с карты не снимала, паспорт свой нигде не светила, — друг замолчал, давая возможность переварить информацию, потому что мозг у меня сейчас слабо соображал.
— Продолжай.
– Пропала она не спроста. Помнишь, ты просил проверить камеры видеонаблюдения с парковки?
— Конечно. У меня с самого начала появилось сомнение, что тормоза отказали сами. Должна была быть причина.
— Камеры в нашем здании в тот вечер не работали. Изначально служба безопасности думала какой-то сбой, перебои или еще что-то, на утро вызвали рабочих, которые, естественно, сами не поняли причины. В здание была подброшена заглушка, из-за нее то камеры и вышли из строя.
— Почему мне не сообщили? — злился я.
— Заглушку нашли только вчера. Из-за поломки наших камер, я стал искать другие способы, и нашел. Камера наружного видеонаблюдения есть в ресторане напротив, где мы частенько обедаем. Она как раз захватывает нашу парковку.
— И что ты узнал? — боялся услышать я вердикт.
— После того, как большая часть работников покинула офис и на парковке осталось совсем мало машин, в здание вошел мужчина, одетый во все черное с маской на лице и в темных солнцезащитных очках. Пробыл в здание он всего пару секунд, после, около минуты, простоял недалеко от твоей машины, а уже потом залез под капот твоей тачки. Он действовал очень быстро, словно всю жизнь этим занимается.
‒ Узнал личность этого смертника?
— Боюсь, тут мне пока порадовать тебя нечем. На видео совсем не видно лица, еще и маска с очками сделали свое дело. Но наши люди ищут. Мы обязательно его найдем.
— А что с Марго?
— А вот тут начинается самое интересное. Мы смогли взломать телефонные звонки и сообщения с телефона твоей жены. Ну во-первых, она была в гневе, узнав о блокировке лимита на ее банковской карте и о том, что ты собрался подавать на развод. Кстати, мне об этом ты почему-то не сказал.
— Я собирался, но как-то пока не до этого было.
— Во-вторых, Маргарита уже давно и серьезно сидит на наркотиках.
— Да ну? Не может такого быть. Я бы заметил.
— Не обязательно. Как мне удалось узнать, принимает она порошок, а он не оставляет никаких следов на теле, как шприцы. Да и надеюсь, ты не станешь отрицать, но вы ни дня не жили, как нормальная любящая семья. Ты не замечал этого, просто тупо потому, что не обращал на нее внимания.
— Так было заметно, что семья из нас получилась только на бумаге?
— К сожалению.
— Почему не сказал?
— А чтобы это изменило? Ты сам себя сжирал изнутри от раскаяния перед Снежаной, и ненавистью к самому себе. Не хотел давить на больное еще сильнее.
— Вот поэтому мы и дружим уже столько, сколько я себя помню, — усмехнулся я.
— Дааа, — поддержал Васнецов, — Ну и в-третьих, Марго жаловалась любовнику, что ты собираешься с ней развестись и забрать ребенка, поэтому они ни копейки больше не увидят твоих денег.
— Они? — сперва подумал, что ослышался.
— Именно они. Твоя жена уже давно содержит молодого парня, который ее трахает.
— Поверить не могу, — скривился я от отвращения.
— Короче, этого хлюпика видимо не устроило такое положение дел, и он стал ей угрожать, что бросит Марго и найдет себе кого-нибудь другого, раз она будет не в состоянии его содержать. Крайнее сообщение, отправленное твоей женой в тот вечер этого пацану, было, цитирую: «Я со всем разберусь, не принимай
