стенкой находится Мальцев. Так и лежала маялась, перекатываясь с одного бока на другой.
Скорее почувствовала, чем услышала, как открылась дверь спальни и тихие осторожные шаги, чтобы не напугать. Матрас на соседней половине кровати прогнулся, и я спиной ощутила жар, исходящий от мужчины, который еще даже не трогал. Он всего лишь следил за моей реакцией, которая выдавала меня с потрохами.
Сглотнула вязкую слюну, вдруг образовавшуюся в горле, а сердце стало отбивать бешенный ритм.
Вадим положил свою ладонь на мое плечо и стал очень медленно вести ее вниз, миллиметр за миллиметром, слегка касаясь, почти невесомо. Дойдя до талии, он скинул одеяло, которым я была укрыта и продолжил свой путь к бедру. У кромки ночнушки Мальцев остановился, но не заметив сопротивления стал поднимать ее вверх, переместив руку на внутреннюю часть бедра. Когда его рука почти оказалась у трусиков я ее перехватила.
— Что ты делаешь? — еле слышно прошептала я.
— Позволь помочь тебе расслабиться. Ты же тоже меня хочешь. Отпусти себя.
— Нет, я не могу. В соседней комнате спит твоя дочь.
— Тшшш, — шептал он мне на ухо, обжигая своим дыханием, — Мы будем тихо, я знаю, что ты так можешь.
— А если она нас услышит?
— Не услышит. У Вари хороший крепкий сон. И дверь закрыта.
Вадим стал легко целовать меня в шею, пуская табун мурашек, не предпринимая пока никаких действий с рукой.
— Это, неправильно, — мотала я головой из стороны в сторону, — Так не должно быть. Нам нельзя.
— Расслабься Снежинка. Выкинь все ненужное из головы. Хотя бы на сегодня.
И я сдалась. У меня не было сил бороться с захлестнувшими меня в этот момент чувствами. Глупо было отрицать, что мне не хотелось этого.
Вадим осторожно перевернул меня на спину, а сам устроился сверху и стал целовать, медленно опускаясь поцелуями ниже. Он стянул бретели моей ночнушки и припал влажными губами к правому соску, покусывая его, а потом перекатывая на языке. Тоже самое проделал и со вторым соском.
Между ног уже был пожар и пульсировало сладкой истомой. Дыхание сбилось от учащенных вдохов, а сама я металась по подушке.
Мальцев продолжил свой путь, переместившись на живот и так же мучительно медленно, словно дразня, опускался ниже. Дойдя до кромки тросиков, он аккуратно их стянул и отбросил в сторону, удобно устроившись между моих широко разведенных ног.
В следующую секунду я почувствовала горячий язык Вадима на своей плоти. Он ласкал меня, словно выпивал нектар, по которому истосковался за долгие годы разлуки. Мне все сложнее становилось себя сдерживать и не закричать.
Оргазм был слишком сокрушающим, а тело превратилось в один сплошной оголенный провод.
Мои конечности все еще сводило судорогой, когда Мальцев аккуратно приподнялся и стал неспеша входить в меня каменным членом, с трудом сдерживая себя. Я была слишком влажной и возбужденной.
Первые толчки были медленными, без напора, но бывшему мужу это быстро наскучи, и он стал все более смелее делать резкие глубокие выпады. В воздухе пахло сексом, а по комнате были слышны пошлые хлюпающие звуки, что заводило еще сильнее.
Закинув свои ноги Вадиму на поясницу, притянула мужчину еще теснее. Мне было мало. Я находилась на грани, что сводило меня с ума.
Мальцев начал стонать, а у меня от этого звука крышу сорвало, и я бурно кончила. Член Вадима стал еще тверже от приближающегося оргазма. Еще несколько резких толчков и он догнал меня, без сил рухнув сверху.
Придя в себя и отдышавшись, выпроводила мужчину из своей комнаты (не хватало еще, чтобы на утро нас застала Варя в одной кровати), а сама провалились в сон.
Глава 14.Печальные известия.
«Абонент развалился в кресле, запивая абсентом горе…
Абоненту не интересно, кто виновен был в этой ссоре…
Не звоните по этому номеру, измените свое отношение…
Абонент сейчас не доступен, из-за выстрела на поражение…»
Агата.
Вадим с Варей уехали к себе ближе к обеду следующего дня, и я снова осталась одна в своей просторной квартире. После их отъезда прошло всего пару часов, когда меня прорвало на эмоции и просто захотелось поплакать. Беременность и правда делает из женщин плаксивых маленьких девочек.
Квартира вновь опустела, погрузившись во мрак, а я вернулась с облаков на землю, почувствовав, насколько одинока, и это одиночество — как неисцелимая болезнь.
Мальцев несколько раз пытался предпринять попытки поговорить со мной о произошедшем прошлой ночью, но мне всякий раз удавалось улизнуть, находя множество отмазок и отговорок. Так я и провела оставшееся время, не отлипая от девочки.
После аварии в Вадиме словно что-то изменилось, но мне совершенно не хотелось в это вникать. Чтобы у него там не происходило с женой, и даже тот факт, что я ношу под сердцем его ребенка, ровным счетом ничего, между нами, не меняет.
Выходные прошли как в тумане, потому что меня настиг недуг, под названием токсикоз. Я ужасно себя чувствовала, вся еда выходила обратно, я только и успевала добежать до унитаза. Тошнило даже от воды и воздуха.
Я не могла не переживать о своем состоянии, нет я, конечно, понимаю, что это нормальное явление у беременных. Но моя ситуация не совсем обычная, как у других.
Я пережила один выкидыш, после которого у меня были осложнения, да и возраст уже не молодой. Поэтому было решено перестраховаться и все же обратиться к специалисту, что я и сделала в понедельник.
Врач меня осмотрела, но успокоила, не найдя никаких причин для беспокойства. Женщина дала рекомендации по поводу питания, что можно, а что лучше исключить из рациона. Рассказала о пользе ежедневных прогулок на свежем воздухе, выписала витамины, необходимые начать принимать уже с первого триместра. А также от нее я узнала, что от тошноты помогает мята. Теперь в моей сумочке всегда можно найти мятные таблетки.
И раз уж я уже пришла на прием, то сразу сдала все необходимые анализы, в том числе и те, которые сдаются до 12 недель, на различные патологии и
