В макроэкономической статистике показателем, наиболее адекватно отражающим стратегический интерес мирового бизнеса к стране, являются прямые иностранные инвестиции (ПИИ). В России официальная статистика по ПИИ предоставляется Центральным банком и Федеральной службой государственной статистики (Росстат). Размер ПИИ, рассчитываемый ими, не совпадает. Дело в методике: в отличие от Росстата Центральный банк учитывает средства, реинвестированные уже работающими в России иностранными компаниями. Кроме того, Росстат не учитывает ПИИ, направленные в финансовый сектор.
В 2000-е гг. ПИИ в Россию выросли на порядок. Если в 2000 г. они составляли 2,7 млрд долл., то в 2007 г. — уже 27,8 млрд долл. по данным Росстата и 47,1 млрд долл. по данным Центрального банка РФ. По оценке UNCTAD [43], в 2007 г. по объему привлеченных ПИИ Россия заняла седьмое место в мире и третье — среди развивающихся стран (пропустив вперед только Китай и Гонконг).
Заметим, что если до 2005 г. включительно данные Центрального банка и Росстата различались незначительно, то в 2006–2007 гг. объемы ПИИ, рассчитанные ЦБ, стали существенно превышать показатели Росстата [44]. Причина заключается в резком увеличении реинвестированной прибыли, которая, по нашим оценкам, в 2006–2007 гг. достигла 45–50 % ПИИ в нефинансовый сектор. В банковском секторе на реинвестиции в 2007 г. пришлась четверть ПИИ.
Наиболее привлекательным для иностранных компаний в рассматриваемый период оставался ТЭК. По оценкам UNCTAD, в 2007 г. в него была направлена почти половина всех ПИИ в страну. Рекордная сделка здесь — создание в 2003 г. компании ТНК-ВР, 50 % акций которой за 6,75 млрд долл. получила «большая» ВР. Она замкнула десятку крупнейших мировых слияний и поглощений с 1987 по 2006 г. А уже в 2007 г. произошло еще два сопоставимых события — покупка концерном E.ON 69 % акций ОГК-4 за 5,9 млрд долл. и «Энинефтегазом» активов ЮКОСа за 5,8 млрд долл. В целом же миллиардные покупки и проекты в ТЭК уже стали нормой.
Однако по числу сделок и влиянию иностранного капитала лидером является, по-видимому, АПК. И хотя в его «классических» отраслях (зерно, сахар, растительное масло, консервы, мясо и пр.) пока еще доминируют отечественные производители, им приходится конкурировать с успешно закрепляющимися в стране транснациональными гигантами, такими, как американские Cargill и Bunge, французские CECAB, Bonduelle и Louis Dreyfus. А вот производство соков, шоколада, пива и табака уже находится под полным или почти полным контролем иностранного капитала.
Первой в этой ситуации оказалась табачная промышленность, в которой мировые лидеры доминировали еще в 1990-е гг., а в 2005 г. окончательно завершили ее оккупацию. В следующем году судьбу табачной промышленности разделила пивоваренная. Она оказалась практически полностью поделена между глобальными игроками: InBev, Carlsberg, Heineken и Efes. (Единственное исключение среди крупных производителей — московское «Очаково», являющееся семейной компанией.)
Решающий перевес в производстве соков иностранные производители получили в начале 2008 г. Американская PepsiCo приобрела лидера российского рынка — ОАО «Лебедянский» (доля на рынке в 2007 г. — 27 %). Второй крупнейший производитель соков — «Мултон» (21,5 %) — с 2005 г. принадлежит Coca-Cola, а занимающий четвертое место «Нидан Соки» (16 %) с 2007 г. контролируется британским инвестфондом Lion Capital.
В производстве шоколада и изделий из него сильные российские позиции пока обеспечивают концерн «Объединенные кондитеры» (бренды «Бабаевский», «Рот Фронт», «Красный Октябрь») и ряд региональных фабрик. Однако все новые серьезные бренды находятся в руках иностранцев: Nestle («Россия», «Рузанна» и др.), Kraft Foods («Покров»), Wrigley («Коркунов»).
На наш взгляд, переход под иностранный контроль четырех описанных отраслей, хотя они и работают на внутренний рынок, имеет весьма веские объективные причины. Во-первых, все они используют иностранное оборудование и технологии и без этого выпускать конкурентоспособную продукцию не могут. Во-вторых, у всех, за исключением пивоваренной отрасли, основное сырье импортное. В-третьих, что касается пива и табака, то у отечественного потребителя с очень давних времен представление о высоком качестве прочно ассоциировалось (и ныне ассоциируется) с иностранными брендами (даже если из-за соотношения цена — качество он выбирает отечественную марку).
За пределами АПК есть более крупная отрасль, переход которой в руки иностранцев почти завершился, — целлюлозно-бумажная промышленность. Это произошло в результате покупки лидером мирового рынка — американской International Paper — 50 % акций Группы «Илим» (точнее — ее материнской структуры Ilim Holdings), крупнейшего отечественного производителя, объединяющего комбинаты в Котласе, Братске и Усть-Илимске. Еще раньше стратегических иностранных собственников получили другие ведущие целлюлозно-бумажные комбинаты — Светлогорский (та же International Paper), Сыктывкарский и Архангельский. В руках российских бизнес-структур, среди которых есть и крупнейшие, остались лишь второстепенные предприятия.
Здесь все объясняется столь же просто. Отрасль ориентирована в основном на экспорт, поэтому, чтобы сохранить свои позиции в мире, она нуждается в модернизации, которая прежде всего радикально уменьшит разрушительное воздействие на окружающую среду. При этом подтверждение необходимого уровня экологичности должно исходить от авторитетных для внешнего мира источников, к каковым ни российские компании, ни российские власти не относятся.
На наш взгляд, в перспективе иностранцы могут «занять» и ряд других отраслей. Например, когда будут реализованы все проекты по созданию иностранных сборочных мощностей и планы по продаже пакетов акций крупнейших российских заводов в автомобилестроении, российский бизнес окажется здесь маргиналом. Менее определенны перспективы страхования, однако тенденция вытеснения отечественных игроков также четко прослеживается. Только за 2007 г. немецкие Аllianz, Zurich Financial Services и французская группа Axa взяли под контроль таких известных страховщиков, как РОСНО, «РЕСО-Гарантия», НАСТА и «Прогресс-Гарант».
В банковской сфере ничего похожего произойти не может. В обозримой перспективе доминировать там будет отечественный капитал, а доля иностранцев будет жестко контролироваться Центральным банком. Тем не менее в совокупном уставном капитале банковской системы она в 2007 г. превысила 25 %, увеличившись за пять лет в 5 раз [45]. При этом количество банков с иностранным участием превысило двести, из них в восьмидесяти девяти банках, по данным на апрель 2008 г., иностранным инвесторам принадлежит как минимум 50 %.
