Наоборот, под этим Хаусхофер однозначно подразумевал совместный российско-германский цивилизационный проект установления «Нового Евразийского Порядка», дабы переструктурировать в первую очередь континентальные пространства Европы и Азии, т. е. Евразии (на языке геополитики — Мирового Острова), и освободить ее от массированного влияния т. н. «Морской Силы», т. е. Атлантического Центра Силы во главе (в те времена) с ведущей мировой морской державой Великобританией. Генеральным изъяном этой идей было и есть то обстоятельство, что здесь речь идет о прямом противопоставлении еще даже незачатого (на момент появления этих его взглядов) в своих фундаментальных основах «Нового Евразийского Порядка» давно уже сложившемуся Атлантическому Центру Силы с его гегемонистскими амбициями и претензиями на абсолютное мировое господство. Даже только на уровне мыслей столкновение этих двух концепций в мировой геополитике автоматически высекает искры именно глобального вооруженного столкновения, избежать которого в действительности просто нереально. Только две мировые войны XX века — уже ярчайшее тому доказательство. А еще «холодная война», в т. ч. и ее отдельные «горячие всполохи». И в этом смысле нет ничего удивительного в том основополагающем тезисе настоящей книги, который был указан еще в предисловии, — заговор Тухачевского, как ключевое звено «тройного» военно-геополитического заговора по оси Берлин — Москва — Токио, изначально был обречен на провал так же, как и сам глобальный заговор, а весь мир — на Вторую мировую войну, которую последовательно готовила Великобритания.
При всем при этом, сколь парадоксально ни прозвучало бы нижеследующее утверждение, но все свой теорий и концепции, особенно же рекомендации, К. Хаусхофер умудрялся разрабатывать с очевидной оглядкой на Великобританию, под политику которой зачастую корректировал свою «восточную ориентацию». Эта «ориентация» в итоге едва ли не автоматически вырождалась в искусно замаскированный, но тем не менее достаточно чувствительно воспринимавшийся в мире геополитический шантаж того же Запада, Великобритании особенно. И, что особенно характерно, чаще всего это увязывалось с Россией, пускай и носившей тогда название Советской.
…Вполне возможно, что эхо всех тех стародавних сплетен сказалось и на появлении у Хаусхофера и такой черты. Ведь если его считать незаконным потомком Конрадина, тем более наследником исмаилитов и ассасинов, умудрявшихся служить — «по заказу» — различным хозяевам, то тогда следует признать, что эхо это, оказывается, прошло и на генетическом уровне, иначе откуда бы появиться такой черте не только характера, но и геополитических взглядов и действий…
В свою очередь, этот генетически явно не случайный порок не мог избавить его от фактически неизбежной необходимости занимать сугубо западную, солидарную с той же Великобританией позицию.
Этот фантастический парадокс Хаусхофера привел к тому, что в итоге вместе со своим сыном — Альбрехтом (сотрудником МИДа Германии, впоследствии казнен как соучастник антигитлеровского заговора 20 июля 1944 г.) — он «докорректировался» до того, что стал непосредственным инициатором знаменитого полета Р. Гесса в Англию в мае 1941 года, целью которого было договориться с Великобританией о совместном походе на Восток. Удивительно в то же время даже не то, что в основе идеи полета Гесса лежала разработанная Хаусхоферами мысль о необходимости создания «федерации против Советской Евразии на базе англо-германского сотрудничества, вплоть до слияния армий и флотов», предвосхитившая всего через 8 лет созданный на основе такой же идеи Североатлантический блок, а то, что первые шаги к будущему полету Гесса Хаусхоферы сделали именно в 1936 г. буквально в канун Момента Истины в осознании смертельности близившегося к реализации глобального заговора, который наступил и у британской разведки, и у Сталина практически одновременно — осенью того же 1936 г.
Именно в 1936 г., во время проходивших в Берлине Олимпийских игр, Хаусхоферы, особенно младший — Альбрехт, установили очень тесный контакт с маркизом Клайсделом, будущим герцогом Гамильтоном. В то время маркиз был не только очень известным летчиком, но и членом Англо-германского общества, а по совместительству — и агентом британской разведки (британские аристократы с удовольствием выполняют поручения СИС).
Так много внимания геополитическим взглядам Хаусхофера с их вечным «двойным дном» уделено отнюдь не случайно. Более того, они специально показаны на фоне далекой истории и одновременно на параллелях со взглядами Тухачевского, дабы как можно точнее и глубже показать абсолютную интеллектуальную беспомощность наших доморощенных интриганов.
Ведь по сути-то дела они совершенно однозначно не отдавали себе отчета, в какую смертельно опасную, в т. ч. и для их жизней, геополитическую интригу высшего мирового порядка завели их безумные амбиции и претензии на высший разум, в т. ч. и в делах т. н. «мировой революции»!
Ведь одно дело на Тамбовщине травить газами безоружных баб с малыми детьми, в чем будущий маршал изрядно преуспел, но совершенно иное дело — наступать на «мозоли» Великобритании! Это прекрасно понимал Сталин, причем даже после войны, в ореоле славы и могущества главного победителя Германии! Пребывавший тогда на вершине мыслимого и немыслимого могущества, он отчетливо понимал, что есть пределы любым амбициям, и зазря не лез в драку с Западом, кроме тех случаев, когда его открыто вынуждали к этому!
Наши же заговорщики этого не понимали — им казалось, что какими-то континентальными соглашениями, тем более на основе военных диктатур с Германией, а также Японией, они «на горе всем буржуям мировой пожар раздуют»! Тевтоны-то изначально отводили им роль той самой лафонтеновской обезьяны, что должна была таскать каштаны из огня! Причем даже тогда, когда вроде бы от всего сердца, правда, «тевтонского», помогали урегулировать отношения с той же Японией — им всего лишь тыл был нужен для того, чтобы Япония спокойно могла крушить Британскую империю на Востоке, в то время как сами тевтоны также при спокойном восточном тыле крушили бы ее в Европе и Атлантике!
В связи с этим, очевидно, есть прямой резон показать и то, чего заговорщики не желали видеть или просто не могли увидеть, хотя бы по той причине, по которой французы-солагерники будущего маршала иронически переиначили его фамилию…
Итак, К. Хаусхофер считается основоположником знаменитой геополитической доктрины «континентального евразийского блока».
Однако эта доктрина есть не что иное, как хотя и перенасыщенная всевозможными, зачастую пафосными рассуждениями и умозаключениями, а также явно небезынтересными фактами и аргументами, но тем не менее всего лишь авторская интерпретация Хаусхофером, как представителем опоздавшей к основному разделу мира Германии в начале эпохи империализма, оборотной стороны стародавних страхов того же Пальмерстона, о чем говорилось еще в предыдущей главе!
И потому вовсе неудивительно, что созревшая в основных своих чертах и постулатах еще до Первой мировой войны, т. е. в период наивысшего обострения англо-германских противоречий, эта же доктрина, но уже после столь беспрецедентно катастрофического поражения Германии в той войне, представлялась ему в плане практической реализации как прямое геополитическое противостояние прежде всего с англосаксонским Западом, особенно с Великобританией, как едва ли не единственная возможность возродить имперское величие Германии.
Однако же в ситуации, когда Германия была политически раздавлена Версальским т. н. «мирным» договором до того, что из активного субъекта мировой политики превратилась в пассивный субъект корыстной политики все той же Антанты, само существование которого обеспечивалось только соглашениями и условиями, зависевшими от воли других держав, попытка столь радужной реанимации оборотной стороны стародавних страхов Пальмерстона уже в самой своей основе было не чем иным, как тривиальным геополитическим шантажом Запада, прежде всего Великобритании, для постепенного выцыганивания у последней, как у лидера Запада, уступки за уступкой по принципу — «мы с Востоком до тех пор, пока Запад не с нами», или, как один из вариантов, «Германия с Востоком ровно настолько, насколько Запад не с Германией»! Что, как говорится, и имело место быть в политике Веймарской Германии вплоть до привода Гитлера к власти, да так и осталось вплоть до 1 сентября 1939 г., если вспомнить, как Гитлер постоянно выцыганивал у Запада собственное «умиротворение», в т. ч. и экономическое.
То есть, по сути дела, и со стороны Хаусхофера изначально предполагался, а в дальнейшем и реализовывался все тот же блеф, о котором столь красочно написал его друг Брокдорф-Ранцау в письме президенту Гинденбургу.
