– Прекрати представлять себе там что-то, идиот! Мы не будем жениться, ты помнишь?
Но представить Саванну, облачённую в узкий сатиновый наряд, было очень просто, так же просто как попросить её провести с ним ночь после ужина с его родителями или привыкнуть прислушиваться к её шагам на лестничной площадке, или приоткрыть приглашающе дверь, чтобы посмотреть, как она примет приглашение с томной, сексуальной улыбкой. А самое простое? Погружаться в её тёплое, роскошное тело, слушать неприличные стоны и ощущать, как она дрожит, закрывая глаза и выкрикивая его имя.
– Главный вопрос в том, помнишь ли ты об этом и помнит ли она!
– Мы помним. – Ясное дело, он каждую ночь достигает с Саванной всех ста процентов, и они оба наслаждаются горячей игрой, но у этого сезона был конец. Никто из них не упускает сей факт из вида.
Женщина с маленькой девочкой примерно трёх-четырёх летнего возраста прошли по тротуару мимо их машины скорой помощи. У девочки были длинные, светло-русые, кудрявые волосы, как у Саванны, когда ей было столько же лет. Что она делает сейчас?
– Если вы оба так хорошо ладите, почему тогда не пустить всё на самотёк и не посмотреть, куда это приведёт? Я знаю, ваши семьи ждут свадьбу, но просто скажи им, что вы решили подольше побыть помолвленными, потому что... не знаю... потому что вы копите деньги на пышную свадьбу мечты.
Хорошо ладить с Саванной было проще, чем Бью думал. Когда она въехала по соседству, то показалась ему шумной и нервирующей особой. И он не знал, как относиться к тому, что она деятель искусства. Это звучало как что-то непостоянное и непрактичное, но вместе с тем Саванна живая, весёлая, страстная и невероятно участливая. Не важно, критиковала ли она их первый поцелуй, прописывала ли кулак в морду бывшего, читала ли по руке – эта женщина всегда очаровательна, и сколько бы Бью ни пытался сделать так, чтобы её хаос не распространялся на его жизнь, он всё же привык, что её серёжки теперь лежат на его ночном столике, а свитер висит на спинке дивана.
– Первого января она улетает на девять месяцев в Италию.
– И? Я слышал, что любовь на расстоянии только растёт. Девять месяцев разговоров по телефону и секса по Скайпу, а потом вы просто продолжите там, где остановились.
Звучит здорово, исключая один момент. Бью не знал, что они сейчас творят, кроме как разыгрывают помолвку перед своими родителями. И он совершенно точно не знал, куда это приведёт, разве только к тому, что будет несправедливо по отношению к Саванне. Ей нужен целый пакет: супружество, дети и навеки счастливы вместе. Она заслуживает мужчину, который сможет дать ей всё это и даже больше. Он – не этот мужчина. Однажды появится тип, который станет счастливчиком занять место рядом с ней и подарит всё то, чего она желает. Это лишь вопрос времени.
– То, что мы делаем, работает на данный момент, но я не могу предложить ей большего. Что касается будущего, я понятия не имею.
Хантер на мгновение посмотрел в лобовое стекло, потом повернулся к Бью и одарил его нетипично серьёзным взглядом.
– Возможно, до нового года ты ещё переосмыслишь ситуацию. Я тоже не знаю, что принесёт будущее, но я знаю, что в последние дни ты выглядишь очень счастливым. Счастливей, чем когда-либо за последние три года.
Саванна торопливо вышла из лифта и направилась по коридору в зал ожидания отделения хирургии. Она искала глазами в небольшом помещении отца Бью и уже хотела подойти к регистрационной стойке, чтобы спросить, закончилась ли операция Шерил Монтгомери, как увидела Бью, забившегося в углу. На нём были джинсы и коричневый свитер такого же цвета, как его глаза. Он выглядел большим и беспокойным – то, как он сидел, закинув руку на спинку свободного кресла рядом, а правую ногу на левую, при этом нервно качая её туда-сюда. Он таращился пустым взглядом на телевизор рядом с регистрационной стойкой. Там без звука шла какая-то мыльная опера.
Взгляд его тёмных глаз переместился в её сторону, когда она подошла ближе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Эй, – произнесла Саванна шёпотом и села рядом. – Есть новости?
Его выражение лица осталось непроницаемым. Бью подвигался и сложил руки на коленях. Это движение превратило его в изолированный остров. Как будто никто не сможет заметить его страх, если он будет соблюдать дистанцию.
– Я думал, мы договорились, что ты сегодня пойдёшь на встречу с начальством галереи.
– Я уже была там, но мы быстро закончили. Выставка полностью спланирована, поэтому я пришла, чтобы посмотреть, могу ли я что-нибудь сделать для твоего отца.
Саванна потёрла его напряжённые плечи и спустилась по его рукам до запястий, готовая утешить его, если он в этом нуждается.
– А ты почему тут?
– Что за вопрос? Я всегда прихожу сюда в свои выходные дни и, – он взглянул на телевизор, – смотрю сериалы.
– Ага. Потому что дома у тебя нет телевизора.
– Я не люблю смотреть сериалы в одиночестве. Слишком эмоционально. – Он разнял ладони и взял её руку. – Эта рыжая – настоящая социопатичная роковая женщина.
Саванна просунула пальцы между его пальцев, радуясь, что Бью их сжал.
– Ты всё это проанализировал несмотря на то, что звук был выключен?
– Актёрской игры было достаточно.
– Поверю на слово. Как твоя мама?
Бью наклонился и прижал лоб к её плечу, а потом сделал глубокий, дрожащий вздох.
– Хорошо. Хирург сказал, что операция прошла по плану и результаты анализов должны быть готовы к концу недели. Мама сейчас в комнате отдыха, а отец пошёл к ней, чтобы он был первым, кого она увидит.
– Это мило! – Саванна взяла другую его руку. – Я рада, что всё позади и что всё прошло хорошо!
– Я тоже. – Он поднёс их скрещенные руки к своим губам и поцеловал суставы её пальцев. Потом Бью посмотрел прямо ей в глаза. – Спасибо, что пришла, Саванна.
Помоги, Господи, устоять перед этим скрытным мужчиной! Она поехала бы сюда с ним, если бы Бью попросил её, но он этого не сделал. Но его благодарность смягчала боль от того, что он отказался ей доверять.
– Я должна была прийти. Ты же понимаешь.
– Да, понимаю. – Он ещё раз поднёс её руку к своим губам и поцеловал. – Может, уйдём отсюда?
– В любое время. Как только пожелаешь. Или всё же хочешь остаться и повидать свою маму?
– Нет. Она в хороших руках. И я не хочу её смущать. – Он встал и помог подняться Саванне, а потом они пошли к лифту. – Мой отец отвезёт её домой. Вечером я загляну к ним и посмотрю, как у неё дела.
Молча они спустились на лифте вниз. Бью проводил Саванну до машины и остановился возле двери.
– Как насчёт запоздалого обеда?
Саванна помотала головой. Есть не особо хотелось. И, если она правильно расшифровала выражение его лица, ему тоже.
– Значит, увидимся дома?
Она кивнула и попыталась проигнорировать пируэт, который выполнило её сердце, когда он произнёс слово «дом». По дороге «домой» Саванна пыталась вернуть себе здравый смысл. Под словом «дом» он, скорее всего, имел в виду Камден Гарденс, но на самом деле дома она начала себя чувствовать в его постели. С того вечера в ателье, они каждую ночь проводят вместе, и каждый раз она засыпает такой же обессилившей и абсолютно окрылённой, как в первый раз. Ничего не указывает на то, что инферно35 между ними угасало. Гормоны Саванны настаивали, что любая здоровая женщина в своём уме станет зависимой от сексуального наслаждения таких масштабов, но здравый смысл подчёркивал, насколько опасна эта зависимость. Проблематично было не только то, что она стала зависимой от оргазмов, подобных землетрясению, но и то, что она начала привыкать засыпать на его груди, слушая биение его сердца, словно монотонную колыбельную. А это буквально кричало о любовной лихорадке. Саванна застряла во всём этом гораздо глубже, чем хотела, и начала ждать первое января с непонятной смесью из чувств паники и облегчения. Именно эта смесь бурлила в её животе, когда она вышла из своей машины, и увидела Бью, ждущего её, прислонившись к перилам лестницы. Он выпрямился, стоило ей подойти ближе, и взял руку Саваанны, сказав:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
