Читаем без скачивания Дорога к Звездному престолу. Битва за Оилтон - Юрий Иванович

И тут Николя высмотрел торчащую из-под самого нижнего стеллажа ногу. Понял, что не ботинок на ноге, а девичий башмачок, прошел вроде как мимо, а потом упал на землю, подсвечивая в нужную сторону. Хотел крикнуть, но только вздохнул: там пыталась забиться в щель худенькая девчушка лет двенадцати. Раскрыл шлемофон и как можно спокойнее спросил:

– Ты грибом притворяешься или просто пыль подметаешь своим платьем?

Девчушка смешно чихнула и довольно бойко затараторила:

– Уф! Чуть заикой не сделали! Я уж испугалась, что это зеленые здесь шастают! Они уже сюда с самого утра заглядывали.

– А чего ты здесь сама оказалась? – интересовался воин, пытаясь своей ручищей осторожно отряхнуть платье выбравшейся девчушки от пыли и паутины.

– Так здесь с самого вечера стрелять начали, вот мы со двора и разбежались кто куда. Я вначале час в кустах сидела, потом, когда фабрика рухнула от взрывов, сюда перебралась.

– Под теми плитами, что приподнялись?

– Нет, там вы прошли и эти бандиты зеленые. А сюда еще один тоннель ведет запасного выхода. Прямо к башне, под которой старые подвалы остались.

– Вот здорово! Так ты нам покажешь этот тоннель?

Девочка погрустнела:

– Покажу. Но там эти, зеленушки, сидят. И из пулеметов стреляют.

На малом расстоянии внутренняя связь работала и в подвале. Так что замершие в соседних проходах товарищи отчетливо расслышали каждое слово разговора. А потом колонной устремились вслед за местной проводницей. В принципе еще минут пять поисков, и они бы сами отыскали наконец-то этот старый, притаившийся своим зевом в самом дальнем углу тоннель. Хотя выглядел он вполне себе прочно – бетонный, нигде ни трещинки, ни пятна сырости. Вначале. А вот потом как-то весь искривился, скособочился, стал уже, и бетон превратился в остов их старых ржавых балок. Отовсюду струйками ссыпался песок, так и норовя угодить в глаза, под ногами засасывала влажная земля. И дальше проход нырял в такое затхлое и сырое место, что соваться туда даже в целых и герметичных скафандрах не хотелось бы.

Благо, что девчушка дальше не повела, а указала пальчиком под самый свод:

– Там лаз на метр в сторону, и по нему выходите в подвал башни. Сразу под стеной, под кучей старых досок. А уже оттуда можно подняться на первый этаж. – Она слишком оценивающе прошлась по фигуре Николя взглядом и заявила: – Только вы слишком толстый, в лаз не протиснетесь.

Гарольд не удержался от смеха:

– Добро пожаловать в наш клуб толстяков! Вот уж дети пошли, а я думал, это только мы в детстве с Танти каждую дырку в земле знали и каждый чердак в округе облазили.

– Как видишь, друг, – отозвался Парадорский, – не одни мы такие романтики. Малыш, ну что там?

Как всегда, тот, как самый пронырливый, устремился в лаз первым и теперь его интенсивно расширял весьма удобным куском арматуры.

– Сейчас, сейчас все устрою. Даже Безразмерный пролезет. Но там наверху и правда кто-то пулеметами балуется.

– Как тебя зовут? – присел на корточки перед девчушкой Николя.

– Ирина.

– Рад познакомиться, – хотя себя так и не назвал. Может, обиделся за «толстого». – А с кем эти зеленые гады там наверху воюют?

– Не знаю. Я почти с самого вечера здесь. Наверное, с охранниками, их тут рядом целая ведомственная контора базировалась. – И опять девчушка не удержалась от нелицеприятного сравнения: – Вот там все парни стройные, подтянутые, гимнастикой по утрам занимаются, на стрельбище с пистолетами бегали.

Стало понятно, почему тут некая группка девочек частенько прогуливалась по околицам. Физкультурники им, видать, тоже нравились. На что лучший пилот и стратег покладисто поддакнул:

– Да, ты права! Чтобы носить с собой пистолет, да еще и бежать при этом, какой только силой обладать надо! Гарри, ты бы смог?

– Что ты! Я вот еле два автомата таскаю и три подсумка с патронами, куда мне еще пистолет лишний!

– Эй, толстяки! – зашипел по переговорному уже давно сунувшийся дальше на разведку Малыш. – Кончайте девочку обижать! Живо наверх. Танти – тоже. Клеопатра и Граци пусть тоже вооружатся и нам помогают. Слишком много тут моусовцев наверху засело. Зато если выбьем – будет нам радость и теплое местечко.

Он еще договаривал, когда возле девочки остался один Гарольд, и только тогда она обратила внимание на мальчика, который с фонариком стоял чуть сзади. Именно к нему и обратился гигант:

– Михаил, остаетесь здесь и затаитесь. И оберегай Ирину!

Как ни странно, и он, смешно дрыгая ногами, сумел протиснуться в лаз. Но после этого Ирина всем корпусом развернулась к юному герою и ткнула пальчиком в его личное оружие, подвешенное на животе:

– Ой! Зачем он тебе? Неужели стрелять умеешь?

– Да тебе какая разница? – с ленцой бывалого воина поинтересовался Михась. – Умею, не умею… – Но все-таки не выдержал и похвастался: – А уже одного интервента убил.

Ирина поверила сразу, и глаза ее стали похожи на две преогромнейшие выпуклые пуговицы:

– Расскажи!

Глава тринадцатая

3595 г., 5 июля, Старый квартал

Пока дети общались на подземном тоннеле, на уровень выше, в подвале, все шесть воинов выстроились на ведущих наверх ступеньках. Гарольд с Тантоитаном, стоящие выше всех, прислушивались, присматривались и принюхивались к довольно широким щелям и шептали для остальных:

– Три пулемета, гильз на полу и на люке – неисчислимо! Как только начнем рваться вверх, они нам сильно помешают. Не менее восьми человек. Как только первое затишье опять прервется, бьем!

На верхнем этаже постреливал чаще всего только один пулемет. Видимо, кого-то с того сектора обстрела пытались прижать огнем. Второй и третий расчеты только изредка вклинивались и только короткими очередями. Так что оптимально было дождаться стрельбы из всех трех стволов и только тогда атаковать, но так можно было вообще дождаться полной тишины и проворонить хоть какой-то удобный момент.

На минуту повисла тишина, послышались интенсивные переговоры и восклицания, а потом заработали сразу два пулемета. И оба мощных тела стали распрямляться как пружины, поднимая и вырывая с корнями дощатый люк.

Как оказалось позже, затраченная сила не пропала втуне. Сверху стояли два полных ящика с патронами, и на одном из них имелась стопка заготовленных для подставок под ноги кирпичей. Да плюс тюк с запасной парой скафандров, мешок с сухим пайком и два комплекта первой медицинской помощи для санитара под логотипом «Бой». Все остальное понятно, надолго здесь устроились, а вот кирпичи – высоковато было дотягиваться до амбразуры одному из расчетов.

Так что первыми из-под локтей товарищей начали стрелять на поражение Малыш и Николя. Они же первыми и вырвались на оперативный простор, а их место для стрельбы заняли Клеопатра и Граци. Потом и живые тараны, отбросив с себя доски и щепки, нанесли добивающий удар из своих парализаторов. Причем стрельба на поражение велась очень грамотно в тактическом плане: вначале рухнули пораженные моусовцы, которые располагались под стенами. Потом досталось пулеметному расчету, который огонь не вел. Ну и напоследок успокоили тех, кто увлеченно пытался баловаться смертью в чужом для них городе.

В итоге десять человек вылетели из списка активных агрессоров, а хорошо укрепленная позиция, можно сказать почти дот для круговой обороны, перешла в руки оилтонцев. Четверо врагов, скорее всего, получили при облучении парализаторами передоз и тихо остывали навсегда. А вот шестеро еще могли пригодиться для допросов. Информация на войне всегда пригодится, тем более если еще какое-то время собираешься задержаться на одном месте.

Скорее всего, захват произошел тихо и незаметно. Если кто и прикрывал дот сверху, то вряд ли что заметил. Как позже выяснилось, корректировка огня, да и то крайне редко, велась по радио, а в остальном никого здесь больше и не было. В обязанности пулеметчиков входило отстреливать все, что движется без разрешения в пределах видимости. А патронов им для этого нанесли видимо-невидимо. Вот потому гады на стрельбе и не экономили. Развлекались, так сказать. Слишком уверовали, что сверху к ним возмездие из-за облака не придет. Так оно их (возмездие) снизу достало! Но до того агрессоры хорошо порезвились. В результате их бдения по трем сходящимся к старой башне лучевым улицам никто из людей гражданского ополчения и ведомственных охранников иначе чем ползком передвигаться не мог. Это в домах. А по мостовой никто и носа не казал. Снайперских винтовок у них не было, ракет тем более, а много ли с пистолетами против хорошо укрепленного пулеметного гнезда навоюешь?

Пока допрашивать было некого, приступили к наружному осмотру, вытряхиванию тушек врагов из скафандров, сортировке этих тушек и осмотру трофеев. При этом никто не забывал вслух делиться своими замечаниями, давать советы, выслушивать приказы и при исполнении последних даже спорить.