Пьер был на втором этаже дома, в гостиной. Когда Брит вошла, он стоял рядом с бригадиром и объяснял ему премудрости очередной перепланировки. Тот сосредоточенно слушал и машинально кивал, с довольно мрачным видом. Она бы тоже не стала улыбаться, поскольку замысел интерьера гостиной менялся за последние дни уже в третий раз. А что поделаешь, когда тебя так и распирает от новых идей каждый день? Когда хочется опробовать на практике все новые и новые свежие варианты. Вдруг потом не будет такой возможности? Особенно плодотворными в этом плане были утренние часы, когда отдохнувший за ночь мозг порождал самые бурные и невероятные фантазии.
Она с ходу включилась в эту карусель, и Пьер с облегчением передал ей бразды правления. На всю неделю. С учетом того, что она договорилась с Виолеттой о встрече в компании в следующий понедельник, основные работы по дому следовало закончить к этому времени. А мелкие доработки по совершенствованию интерьера — это дело неспешное и длительное. Практически бесконечное.
К пятнице результаты напряженной двухнедельной работы были налицо. Осталась незавершенной отделка нескольких комнат. Во-первых, спален. Возиться со своей спальней не имело смысла. Тем более что она еще сама для себя не определила, как долго собирается задержаться в этом доме, и в качестве кого. Одни неясности, поэтому даже не знаешь, как к этому подступиться. Хотя понимала, конечно, что Питеру это не понравится. Во всяком случае, ей не хотелось бы, чтобы спальня выглядела как будуар королевской фаворитки. Хотя, откровенно говоря, она не знала, как это может выглядеть. Ее скромная фантазия ничего не подсказывала, кроме балдахина и зеркал на потолке.
Можно было, конечно, спросить об этом у Пьера. Из любопытства и для повышения профессиональной квалификации. Он, кажется, знает все. К тому же, похоже, большой любитель женского пола. Как-то раз, проснувшись на рассвете от шума машины и подойдя к окну, Брит заметила возню перед домом. Пьер отправлял восвояси какую-то девицу, на ее же автомашине, нежно целуя на прощание и одновременно по-хозяйски поглаживая широкой, как лопата, ладонью округлости ее пышного зада.
В общем, при отделке спальни Брит решила пойти по нейтральному пути. Получилось что-то вроде гостевой комнаты для семейной пары, почти такой же, как в особняке у Бреннеров. Двуспальная кровать, но не слишком широкая. Не для занятий сексом, а для того, чтобы можно было комфортно переночевать. Впрочем, для горячего секса кровать не столь уж необходимый инструмент. В некоторых случаях, вполне можно заниматься этим на ковре, на полу или даже на рабочем столе. Она вспомнила изрядно потертую от времени и частого употребления медвежью шкуру, разостланную возле камина, в том домике у озера, где прошли две недели ее медового месяца. Спасибо «мишке» за то, что так долго и терпеливо служил ей и Питеру вместо брачной постели...
Помимо кровати Брит поставила в комнату стол, на тот случай, если обитателю апартаментов вдруг захочется поработать или вкусить здесь завтрак. Добавила встроенный шкаф с раздвижными зеркальными дверцами, трюмо, комод для белья, пару кресел, стул и небольшой диван.
Невольно она задумалась над тем, как бы она оформила эту комнату, если бы это была ее собственная спальня. При этом в ее памяти опять всплыл бревенчатый домик у озера. Самые лучшие дни и часы в ее жизни. Это становится уже наваждением. Прямо мистика какая-то. Такое впечатление, будто в этом доме поселился дух его хозяина, и все время что-то нашептывает ей, пытаясь склонить к возвращению в прошлую жизнь.
Было бы неплохо соорудить что-нибудь оригинальное... По всему полу, от стенки до стенки, расстелить ковер с длинным ворсом, в котором утопали бы ноги. На грубоватое деревянное ложе бросить огромную шкуру медведя гризли. Поставить пару деревянных сундуков и такой же стеллаж вместо мебели. На одну из стен, обитых шелком блеклых тонов, повесить пару скрещенных томагавков, а у другой стены соорудить лингам в полинезийском культовом стиле, большой фаллос из черного отполированного дерева, с наброшенным на него ожерельем из тропических цветов. Символ слияния двух начал — мужского и женского. Смешно, конечно, но надо же как-то развлекаться...
По счастью, не надо ломать голову по поводу того, как оборудовать спальню для Питера. Он взял инициативу и все хлопоты на себя. Сказал, что хочет сделать ей сюрприз. Всеми отделочными работами будет заниматься Пьер. А ей бывший муж настоятельно рекомендовал пока не заходить в его комнату. В общем, это напоминало известную сказку Шарля Перро про «синюю бороду». Что ж, он сумел разжечь ее любопытство. Сможет ли она выдержать проверку таких женских качеств, как умение подчиняться и терпеливо ждать?
Остается самый трудный вопрос. О детской комнате. Наверное, придется оставить ее пустой, на будущее. Не стоит забегать вперед. Тем более что ее ребенка там не будет. Поскольку его вообще не предвидится. Она почувствовала, как в уголках глаз скапливаются слезы. И вот так всегда. Так и не научилась за прошедшие годы сдерживать боль, отстраняться от тяжелых воспоминаний, прятать их в глубину памяти. Говорят, что время лечит раны, но они все равно саднят. Спадает острота боли, но боль остается.
Брит все же сумела отодвинуть на некоторое время в сторону эти тяжелые мысли и решила заняться мансардой. Первоначальный замысел давно уже сложился. Светлые, серые или бежевые стены, контрастно подчеркнутые темно-коричневыми балками перекрытий. Такие же темные опорные столбы в виде поставленных на попа ребристых параллелепипедов. Ковролин на полу должен быть шоколадного оттенка, а занавеси на окнах лучше подобрать под цвет стен, но с перламутровым, шелковистым отливом. Дальше все будет зависеть от того, что здесь будет находиться. Скорее всего, это будут помещения для прислуги. Тогда придется добавить перегородки и придать комнатам более уютный и жилой вид.
Разнообразные идеи так и роились в ее голове. Ей хотелось, чтобы дом был не просто светлым, просторным, комфортным и современным. Хотелось праздника, чего-нибудь необычного. Например, почему бы не устроить небольшой зоопарк? Нет, это было бы уже слишком... Хотя, конечно, оборудовать несколько вольеров перед домом, на достаточном, разумеется, расстоянии от него, было бы возможно. Брит тут же представила себе важно расхаживающих перед домом павлинов, торчащие над оградой загона любопытные головы страусов, милых овечек и кроликов, поедающих травку из ладошек детей. Да, это, пожалуй, удачная идея. Но опять-таки на будущее, с которым у нее что-то не очень ладится. Может быть, она сама в этом виновата. Слишком осложняет себе восприятие жизни. В том числе отношения с бывшим мужем. Они складываются как-то несуразно и запутанно, отражая перепады и неопределенность в ее собственных чувствах, их постепенную трансформацию. Вот только до сих пор непонятно, в каком направлении происходит эта трансформация? Чего же она сама хочет, в конечном счете, от этого человека, от их нового союза? Вопросы, вопросы, вопросы, и ни одного четкого и ясного ответа. Все в каком-то тумане. А пока она сама не определится, не перестанет блуждать наугад в этой мгле, вряд ли можно ожидать каких-то принципиальных изменений в сложившейся ситуации.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
