Он наклоняет голову, словно что-то рассматривая, и затем произносит:
— Я действительно тебе доверяю, и я докажу это. Пойдём со мной в одно место.
— Куда мы идём?
— Увидишь.
Джексон открывает окно, впуская в комнату лёгкий бриз. Я тянусь к свитеру и накидываю ботинки.
— Хорошо, я готова, – говорю я, но затем останавливаюсь. — Подожди, а как же Лишение?
Большинство Лишений, сделанных им в последнее время, были очень короткими, но он ещё ни разу не пропускал ни одной ночи.
— Нет, не сегодня. Ты всё ещё восстанавливаешься. Я не хочу рисковать, обессиливая тебя.
Джексон проскальзывает через окно на деревянный выступ и ждёт, пока я проследую за ним. Платформа простилается от моего окна до старого дуба, дерева Древних, предназначенного для моей семьи. Я смотрю вправо, влево, переводя взгляд от дерева к дереву, все они похожи, все высажены Древними вдоль моей улицы. Отсюда на них такой необычный вид. Я всегда знала, как работает процесс Лишения, как когда нам исполняется десять лет, каждому из нас назначается Древний, но я никогда не была свидетелем такого наглядного примера, как этот ряд деревьев, который показывает, как Древние связаны с нашими жизнями. Я не могу поверить, что до этого момента ни разу не выходила на эту площадку.
— Мы достаточно высоко, так что смотри под ноги, – произносит Джексон, изгибая тело под одной из веток. Я замираю. Мы действительно высоко. Моё сердце начинает учащённо биться, Джексон повисает на ветке, его тело извивается и изгибается вокруг ветвей, словно он один из тех гимнастов, которых показывают на наших планшетах по атлетике. Я наблюдаю за ним с благоговением. И тут в мой мозг просачивается мысль. Могу ли я это сделать? Конечно же нет, но что-то внутри меня кричит, что могу.
Джексон достигает земли и поднимает взгляд.
— Ты можешь прыгнуть, я поймаю тебя.
— Прыгнуть?! – кричу я шёпотом. — Я не прыгну, – я смотрю на запутанные, хаотичные ветви, находящиеся напротив меня, и через мгновение я уже там, перекачиваюсь с ветки на ветку, прямо как Джексон, и в итоге приземляюсь с триумфальной улыбкой на лице. — Ты это видел? Я только что… ммм… ну, я сделала то же, что и ты! Разве это не удивительно?
Но он выглядит обеспокоенным, даже напуганным.
— А, да, удивительно. Идём.
Я колеблюсь, удивляясь тому, как поменялось его настроение, но затем переключаю внимание на лесную тропинку. По коже пробегают мурашки. Лес не просто тёмный, он темнее черного, и в нём полно колючек и зарослей. Я приостанавливаюсь.
— Что, если они почувствуют нас?
— Они? – ухмыляется он.
— Не бери в голову. Идём.
— Нет, нет, нет. Кто такие «они»?
Я вздыхаю, качая головой.
— Ты знаешь истории. Дикие Древние крадутся по лесу подобно животным, желая поживиться нашими душами.
Я бросаю на него взгляд и вижу, как он борется со смехом.
— Поверь мне, в лесу нет никого кроме тебя и меня. И, кроме того, я заметил страх? Будущий командир боится?
— Нет, конечно же, нет, – я смотрю сквозь заросли ветвей и листьев, пытаясь найти безумные глаза, или острые как бритва зубы. — Ладно, хорошо, идём.
Джексон идёт впереди, снося на своём пути паутину и заросли. Мы уже углубились в лес на несколько метров, и находимся за пределами чьей-либо слышимости, когда меня осеняет.
— Эй, говорю я, – поворачиваясь к нему. — Мой патч. Я потеряла его в ту ночь, когда ты попросил меня о помощи, и затем на следующий день он вновь появился. Ты…
— Да, я взял его и вернул, когда сказал тебе закрыть глаза. Я боялся, что ты мне не поверишь, если я просто скажу, кто я такой. В этом плане ты полна скептицизма. Я должен был тебе показать.
— Что ж, ты всегда был мне назначен, или до тебя был кто-то ещё?
— Нет, всем лидерам назначаются RESs, так как ты будущий лидер, тебе назначили… ммм… обучающее RES, – он смотрит в сторону, словно что-то скрывая.
Я останавливаюсь
— О чём ты вообще говоришь?
— Ни о чём. Смотри, мы уже на месте, – он указывает на пространство рядом с нами, и я вытягиваю шею, чтобы посмотреть на самое большое дерево, которое я когда-либо видела в своей жизни. Оно выглядит так, словно кто-то взял нормальное дерево и нагромоздил на него ещё пару таких же деревьев. Бугристые ветви простираются в разные стороны так, словно пытаются до чего-то дотянуться, но это ещё не самое странное. В самом центре ствола вырезано тёмное треугольное дупло, должно быть метров шесть в высоту. Отверстие изогнуто вправо, придавая дереву болезненный вид, и оно выглядит настолько несчастным, что я не удивлюсь, если дерево что-то чувствует.
— Что это такое? – спрашиваю я.
— Это наш первый портал, именуемый «Деревом Единения». Это единственный проход, контролируемый Материком.
— Что значит «контролируемый»?
— Мы создали, и продолжаем контролировать все порталы Земли так, что лидеры твоей планеты могут путешествовать к нашим в случае необходимости, – говорит Джексон. — Люди тоже их контролируют. Но не это дерево, – он указывает на Дерево Единения.— Его можно найти, только если точно знаешь его расположение. Я подумал, что оно могло бы быть, ну, знаешь, нашим местом. Для связи и прочего, – он поднимает взгляд, явно нервничая.
Я медленно иду вперёд, желая дотронуться до дерева, когда Джексон осторожно берёт меня за руку, тем самым удивляя меня.
— Это – портал, запомни, – говорит он.
— О, хорошо, – я делаю шаг назад, высвобождая руку из его хватки. Лесная прохлада пробирается сквозь одежду, и я обнимаю себя руками.
— Джексон? – спрашиваю я.
— Да?
— Я должна знать, что произошло в школе.
— Я думаю, что должна, – произносит Джексон, проходя мимо и облокачиваясь на соседнее дерево. — Хотя я многого не знаю. Зевс отдал приказ в последнюю минуту. Я узнал об этом за момент до того, как бомба сработала.
— Но почему в планы входила школа? Разве он не знал, что там находитесь вы с Маккензи? Разве он…
Джексон отталкивается от дерева, бросая на землю ветку, которую только что теребил в руках.
— О, он знал; просто ему было всё равно. Зевс изменился: ожесточился. Ему всё равно, кому он делает больно, и обо мне он беспокоится в последнюю очередь. Время истекает, все думают, что это зависит от решения Зевса, но в действительности всё дело в его рассудке. Он всё ближе и ближе к тому, чтобы потерять его, и поверь мне, когда это произойдёт, не останется никого и ничего, за что можно было бы сражаться. Именно поэтому нам нужна стратегия прямо сейчас. Он заверяет, что зная стратегию, сможет предотвратить её воплощение в жизнь и договориться о сосуществовании. Эта небольшая часть информации могла бы устранить сегодняшнюю атаку в школе, но я не смог её разузнать. – Он ударяет по камню, раскалывая его на несколько частей. — Я испробовал всё, что только смог придумать. Я использовал всех, кто мог быть хоть чем-то полезен, но я всё ещё не могу это предотвратить. Я не мог помочь тем людям сегодня. Я…
