— Телефон, — неожиданно сказала горничная и потыкала пальцем в открытую дверь у себя за спиной с надписью «Только для персонала», — я слышу и иду и говорю. В коридор не смотрю.
Звонил телефон, поняла Варвара. Она отошла к телефону и не знает, что в это время происходило в коридоре.
— У пани проблема?
Еще какая, подумала Варвара, еще какая проблема!
— Спасибо, все хорошо. Извините меня.
Горничная проводила ее разочарованным взглядом — видно, надеялась на монетку.
Кое-как, раздирая щеткой, Варвара высушила мокрые волосы.
Если у нее в номере что-то искали, почему не потрудились оставить все в том же самом виде? Или ее внешность обманчиво свидетельствует о ее непробиваемой тупости? Если так, то она могла бы голову дать на отсечение, что где-то поблизости ее любимый шеф. Шеф, как никто другой, был уверен в том, что она на редкость тупа.
При чем тут шеф? Шеф остался в Москве. Да и что у нее могли искать, когда с собой она взяла один потрепанный рюкзачок, а в рюкзачке две блузки, чистый лифчик, купальник, оксолиновая мазь и пижама с полинявшей розой на груди!
Варвара напялила водолазку, схватила рюкзак и вытряхнула из него все барахлишко. Перевернула, потрясла и тщательно ощупала подкладку. За подкладкой ничего не было. Вывалился только мятый фантик от давно съеденной конфеты.
Как и следовало ожидать. Ничего.
Но кто-то заходил в ее номер и рылся в нем! Кто-то переложил рюкзак другим боком, кто-то брал в руки ее «поручение» и передвинул его.
Кто?! Зачем?!
В сумке тоже все было цело, включая заветный конвертик со стодолларовыми купюрами. Варвара конвертик открыла, пересчитала купюры — три штуки, все правильно.
Ей нужно подумать, а думать как раз было некогда. Завтрак подходил к концу, а она ни за что на свете не согласилась бы пропустить завтрак — еще бы!
Она была уже у самой двери, когда зазвонил телефон на столике у кровати. Варвара, замерев как суслик, посмотрела на него.
Ей никто не мог позвонить в отель в Карловых Варах. Ни один человек на свете.
— Да. Слушаю, говорите.
Незнакомый голос что-то раскатисто выговорил по-немецки и остановился, как будто дожидаясь ответа.
— Простите, — ответила Варвара, — я не говорю по-немецки.
Голос раскатился длинной фразой, как будто подскакивали камушки на горной дороге. Помолчал и сказал любезно:
— Ауфвидерзейн.
— Бай-бай, — попрощалась Варвара.
Ошиблись?
Однако этот звонок вдруг навел ее на мысль. В кармашке кошелька у нее была пятидолларовая бумажка, всунутая на прощание Димкой: «Возьми. В дороге почему-то всегда трудно с мелочью».
Варвара хотела было сказать ему, что с крупными купюрами тоже нелегко, но воздержалась и бумажку взяла с благодарностью. Она очень на нее рассчитывала, но решила, что другого выхода нет. Она сунула ее в карман куртки и вышла в коридор.
Тележка по-прежнему стояла в некотором отдалении.
Как они все друг друга называют, эти местные жители? Пани?
— Простите, пани, — позвала Варвара, заглядывая в распахнутую дверь чужого номера. Появилась давешняя горничная с вопросительно-любезным лицом. Увидав Варвару, она заметно скисла.
— Вот, — сказала Варвара, выхватывая из кармана бумажку, — это вам. Спасибо за помощь.
— Данке шон, — почему-то по-немецки поблагодарила горничная. Бумажка сверкнула в воздухе и исчезла. Варвара проводила ее глазами.
— Да, — как будто спохватилась она, и горничная, повернувшаяся было, чтобы идти, моментально остановилась, — а кто вам звонил?
Горничная подняла брови.
— Кто вам звонил, когда вы начали уборку? Вы сказали, что телефон зазвонил. Кто это звонил?
— А! — сообразив, ответила та. — Не звонил. Был ошибка. Так.
Опять ошибка! У них тут не все в порядке с телефонной связью — сплошные ошибки.
Кто-то мог позвонить, стоя за поворотом коридора, продержать горничную в комнате с надписью «Только для персонала» ровно столько, сколько требовалось, чтобы войти в Варварин номер, а потом извиниться за ошибку и повесить трубку.
Только зачем все это?
Варвара даже предположить не могла. Она додумает до конца и во всем разберется. А пока она пойдет и как следует позавтракает — назло врагам!
* * *
Городок был сказочный. Словно кто-то его придумал — просто так, а он взял да и материализовался. В путеводителе Варвара прочитала, что великий Корбюзье назвал Карловы Вары «фруктовым тортом» за розовые, голубые, сливочные домики с белыми, как будто и впрямь кремовыми, завитками. Домики лепились к горе, некоторые новые и шикарные, другие постарше и потемнее, балконы с чугунным плетением решеток нависали над крошечными переулками. Машины еле ползли за спинами у неторопливых пешеходов. Мелкая речка под названием Тепла шумела прямо посередине города. На горбатых кружевных мостиках стояли толстые немцы и худые немки и кормили уток. Иногда хлебные корки утаскивала неповоротливая от сытой и безопасной жизни рыба, и немцы восхищенно улюлюкали. Лакированная коляска, запряженная гладкой лошадью, стояла у края тротуара под голым каштаном. Варвара погладила лошадь по морде, а потом долго не могла отвязаться от предложений прокатиться.
Кругом были отели, а между отелями ювелирные лавки, освещенные солнцем так, что на витрины было больно смотреть. Все останавливались и смотрели, и Варвара тоже остановилась и смотрела — просто так. Она не чувствовала никакого желания покупать — разве в этом дело?! — но это было так красиво, так празднично, так победительно горели разноцветные камни за чистым стеклом, так самодовольно лоснились атласные подушечки, так благородно темнел бархат, что оторваться было невозможно.
Варваре нужно было поменять деньги, чтобы купить подарки, и еще ей предстоял поход в ресторан — в пивнушку, как выразился Иван, которого не следовало называть Александрович! Конечно, она надеялась, что он заплатит за двоих, но следовало все же подготовиться, чтобы не попасть в неловкое положение. В последний раз на свидание ее приглашал Димка, тогда все было понятно и просто, а как быть с этим. Варвара понятия не имела. Кроме того, она была уверена, что он просто мается от скуки и, пока ему не попалась на глаза ни одна курортная краля сказочной красоты, пытается довольствоваться тем, что есть, то бишь Варварой.
По светлым мраморным ступенькам она поднялась на невысокое крылечко, где был обменный пункт, и любезный юноша ловко покидал на стеклянное блюдо несколько странных бумажек с незнакомыми картинками, забрав ее доллары. Варвара бережно спрятала бумажки в кошелек, решив, что потом непременно рассмотрит картинки. Она уже повернулась, чтобы идти, но остановилась, как в детстве перед автоматом с газированной водой, который неудержимо ее притягивал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
