Читаем без скачивания Город павших ангелов - Дэниел Депп

Опрометчивый удар пробудил в нем инстинкты. В голове у Терри прояснилось, он забыл про Элисон, про малыша, и все его существо сосредоточилось на Ли. Терри не стал дожидаться нового выпада, упал на землю и, крутясь, как юла, сбил того с ног. Ли рухнул спиной на асфальт и ударился головой. А Терри уже стоял, нависая над ним. Он с силой наступил ему на правый локоть, обездвижив другую руку. Потом сел на грудь Ли, схватил за его волосы, поднял голову и сдавил пальцами пищевод. Ли кряхтел, словно подавился, и пытался дотянуться до него неслушающимися руками. Терри сжал пальцы сильнее и улыбнулся, глядя в глаза Ли, полные паники. Его остановила Элисон. Она колотила Терри по плечам.

— Да вы же убьете его. Не душите, не душите его…

Терри вспомнил, где находится. И его снова охватило знакомое чувство неловкости. Он слез с Ли и попятился. Ли сжимал посиневшее горло, ловил ртом воздух и хрипел. Элисон усадила Коди в машину и склонилась над Ли, который уже восстановил дыхание и лежал на земле скорее от потрясения, чем от боли. Терри смотрел на женщину и опять испытывал острое отвращение к себе. Он ожидал, что она напустится на него и убежит куда глаза глядят. Но Элисон сказала:

— Давайте быстрее в машину, пока он не очухался.

Терри сел в машину. Элисон поспешно завела «Фольксваген» и выехала с парковки. Коди сидел сзади и плакал.

— Поговорите с ним, — попросила Элисон. Терри не понял, чего от него хотят. — Ну поговорите с ним о том, что произошло, черт бы вас побрал.

Объясните все.

Терри обернулся к мальчику. Полные слез глаза покраснели. Он хлюпал носом. Посмотрев на Терри, Коди разрыдался с новой силой. Терри протянул руку и погладил его по щеке. Мальчик не отстранился.

— Все хорошо, — заговорил с ним Терри. — Ему не больно. Это только так кажется, что больно. Посмотри на меня. — Коди посмотрел ему в глаза. — Все хорошо. Я не сделал ему больно.

Терри чувствовал, как часто бьется жилка на шее мальчика. Коди шмыгнул носом и перестал реветь.

— Давайте, давайте, — велела Элисон. — Наделали дел — расхлебывайте.

— Я боялся, что он сделает больно твоей маме, — сказал Терри. — Извини. Понимаю, он твой папа. Надо было как-то по-другому мне поступить, но мне больше ничего в голову не пришло. Такое у меня воспитание. Ничего хорошего, конечно. Ты не будешь на меня дуться? — Коди промолчал, но плакать перестал. — Ой-ой-ой, надо же, огромная зеленая мерзкая козявка влезла к тебе в нос! Бе-е-е! — Терри сделал вид, что его сейчас вырвет. Мальчик засмеялся. — Ой, господи, девушка, остановите, мои оладушки просятся назад! Смотрите, смотрите, она уже лезет в его мозг! Бе-е-е!

Элисон взглянула в зеркало и нахмурилась. Покопалась в сумочке и достала бумажный носовой платок. Терри взял его и вытер мальчику нос. Коди рассмеялся и попытался выдуть еще соплей.

— Прекратите, — велела Элисон, глядя в зеркало. — А то меня саму сейчас стошнит.

Коди продолжал пыхтеть, и вскоре они все включились в игру, делали вид, что их тошнит. Коди смеялся до колик.

Элисон остановилась у дома. Они вошли. Она умыла Коди, отвела в гостиную, включила ему муль-тики на видео и усадила на диван. Терри Элисон проводила в кухню и закрыла дверь.

— Не расскажете, что за представление вы устроили?

— Простите меня. Мне правда неловко.

— Я думала, вы его убьете. Господи, никогда такого не видела. Нет, по телевизору, конечно, показывают всякие драки, но чтобы вот так средь бела дня. Вы кто? Инструктор по боевым искусствам?

— Нет. Раньше в армии служил. Такому научишься, потом уже никогда не разучишься.

— Но ведь вы не собирались его всерьез покалечить?

— Не собирался, — соврал Терри. — Всерьез не собирался.

— У вас вся рубашка в крови.

Кровь запеклась у него в носу, он вытер ее и почувствовал, как теплая струйка стекает по пальцам.

— Еще не остановилась, — заметила Элисон.

Терри сел на стул. Элисон насыпала лед в пакет и велела ему приложить к затылку, наклониться вперед и другой рукой зажать нос. Терри повиновался.

— Эк он вас отделал. Голова-то у вас, видать, из бетона. Я видела, как он вырубал здоровенных мужиков с меньшими усилиями. Боксер бывший. Мозгов мало, но кулаками махать горазд.

— Кому вы рассказываете, — гундосил Терри голосом Андердога.[70]

— Как нос? Не сломан? Голова кружится? Тошнит? Может, в больницу вас отвезти?

— Дет, — продолжал Терри тем же голосом. — Всё дорбальдо.

— Ну и спектакль вы устроили. Наверное, мне следует поблагодарить вас. Вы этого ждете? Спасенная дама благодарит благородного рыцаря?

Терри отпустил свой нос.

— Хорошо. Я влез не в свое дело.

— Не в свое.

— Мне показалось, что он и раньше такое выкидывал.

— Случалось. Как-то раз челюсть мне сломал.

— Тогда, может быть, с вашего позволения, я перестану лицемерить и извиняться?

— И все равно это вас не касалось.

— Все же хотелось бы прояснить кое-что. Первое. Вы меня благодарите или ругаете?

— Кажется, и то, и другое. Вы правы. Он мог меня избить: очень зол и такое за ним водится.

— И второе. Я сам не понимаю, почему оказался здесь.

— В каком смысле?

— Я думал, вы удерете от меня.

— А, вы об этом. Сначала так и хотела. Но Ли вам гак вмазал. Думала довезти вас до больницы и оставить там. Самое меньшее, что я могла сделать.

И еще боялась, что примчатся полицейские. А с ними общаться у меня желания нет.

— Так почему же вы не подбросили меня до больницы?

— Вы чем-то недовольны, что ли?

— Нет. Просто любопытно. Вряд ли кто-то другой поступил бы так, как вы.

— Ну хорошо. Вы совершили глупый, но благородный поступок. Хотя при этом напугали нас всех до полусмерти. И еще одно. Когда вы стали с ним драться, я заметила, что вы отвели его от меня. Ведь так было, да?

— Так.

— И захоти вы, могли бы его прилично покалечить. Но вы этого не сделали. На секунду, правда, все-таки с катушек съехали. Но убить вы его вполне могли, если бы пожелали. Так? — Терри промолчал. — Стало быть, вы не одержимый маньяк-кунфуист или как там ваше искусство зовется. И с Коди вы душевно поговорили. Хорошо, что вы сами все объяснили ему. Так правильнее. Он знает, какой дерьмовый папаша ему достался, но кому же понравится, когда твоего отца лупцуют.

— Я все испортил?

— В моих отношениях с Ли? Да нет, там и без вас все было хуже некуда. Он получил судебный запрет. Но Ли не умеет слушать. В любом случае, за меня не дрались класса так с шестого. Будь я человеком получше, сгорела бы со стыда. Но вынуждена признать — я польщена. Вы пытались произвести на меня впечатление, разве нет?

— Получилось?

— Я еще не решила. Но все равно такое больше не повторится. Правда?

— Да.

— Хотя вы и правы в одном.

— В чем?

— Там, в ресторане. Я бы не стала разговаривать вами, если бы вы не были так милы с моим ребенком. Вы не первый, кто пробовал так ко мне подкатить, между прочим. Дети и собаки. По-моему, это совет из книги «Руководство для одиноких».

— Вы уже насмотрелись на такое, да?

— Ну я не уродина. И не ледышка. А вы мужчина.

— Он хотел ударить вас, — настаивал Терри.

— Вероятно, вы правы. И вероятно, мне следовало бы хлопать ресницами и рассыпаться в благодарностях. И даже грохнуться в обморок из-за переизбытка эмоций. Я и на самом деле вам благодарна. Но, боюсь, вознаграждения не будет. В данный момент меня от мужчин тошнит. А вы — так уж случилось — из их числа. Когда закончите заливать кровью мою кухню, я попрошу вас уйти.

— Моя машина осталась у «Денни».

— Всего-то три квартала отсюда.

— Даже чаю не предложите?

— Нет. Извините. Я посоветую вам поменьше напора, когда пытаетесь познакомиться.

— Обычно-то я под поезд бросаюсь. Но тут чудесная возможность сама подвернулась.

— Вы прелесть, но зря теряете время. Вы производите впечатление милого — хотя и опасного — человека. Но меня сейчас отношения с мужчинами не привлекают. И так в жизни все слишком сложно.

— А я самый несложный парень на свете. Воплощенная простота.

— Сдается мне, это чистой воды вранье.

— Как вы относитесь к морепродуктам?

— Хорошо. Но с вами никуда не пойду. Вы только что отделали моего бывшего мужа. Хотя само по себе это совсем неплохо.

— Я знаю одно очаровательное местечко в Вентуре. У меня там рядом яхта стоит. Вам нравятся яхты?

— Да, нравятся, но как я уже сказала…

— Яхту осматривать вовсе не обязательно.

Только по желанию. Такой симпатичный однокорпусник, тридцать два фута в длину. На ее палубе хорошо сидеть, потягивать вино и любоваться закатом. И вам ничего не угрожает. Вам понравится. А уж как дети любят яхты! Им там весело. Солнце, еда, как на пикнике. Да и свежий воздух очень полезен для их легких.