Маркус обнаружился дома. Вид он имел несчастный, а вокруг суетился Карис. Оказалось, все просто: помогал таскать камни, споткнулся и вот — и Лене продемонстрировали руку в лубке. Когда можно было обойтись без вмешательства магии, все охотно обходились, потому что оно само по себе было неприятным и категорически исключало прием обезболивающих отваров. Лекари осмотрели руку, решили, что ничего страшного нет, совместили кости и наложили что-то вроде гипса: быстросохнущая смесь, в которую еще и лекарственные травы добавляли. Лечить Маркуса доверили Лене: когда-то и начинать надо, а тут как раз случай, мягко говоря, несмертельный. Так что Лена составляла травяные сборы, заваривала по определенной схеме — все, как учила Ариана, — и поила ими Маркуса. Как и положено при переломах, рука поначалу ныла, мешала спать, Лена подмешивала в отвары, сращивающие кости, немножко сон-травы, чтоб он хотя бы ночью мог отдохнуть. Правда, Маркус не считал свою травму чем-то заслуживающим внимания, но все указания Лены исполнял беспрекословно. Разорался только один раз: когда Лена затеяла стирку и прихватила его вещи, но она быстренько его заткнула. Все-таки стирать одной рукой не способен даже все на свете умеющий Проводник.
Уставала она по-прежнему мгновенно, и состояние было вообще не из самых приятных: все время на какой-то грани, за которой раньше, в той, еще новосибирской, жизни следовали слезы, депрессия и прочие выходы плохого настроения. А сейчас выхода как раз и не было, и утомляло это страшно. Никак не получалось поплакать. Словно у нее атрофировались слезные железы — от эльфов заразилась. Железы-то атрофировались, а слезы — нет, потому что они только копились где-то внутри и душили. Даже говорить было трудно, и с каждым днем все труднее. Вернулось забытое уже желание одиночества. Как-то, собирая первые горицветы (редкостно тусклые цветочки с громким названием, непременный элемент лекарства при потере крови) на берегу, она присмотрела среди деревьев крохотную полянку, на которую можно было попасть только от самой воды, и начала сбегать туда от своих добровольных охранников. Конечно, они крутились где-то неподалеку, но хоть на глаза не попадались. Там было хорошо. Деревья уже нежно зазеленели, кусты тоже старались вовсю. Оглядываясь, Лена не видела ни эльфов, ни лагеря, только лес, а перед ней неспешно текла река, уже унявшаяся после половодья, но еще не привычно серебристая, а довольно грязная. Какой и должна бы быть Обь, называемая здесь Аба. Вид текущей воды не то чтоб успокаивал, но завораживал, позволял ни о чем не думать и даже немножко улучшал настроение. Наверное, даже оказывал какое-то магическое действие. Лиасс как-то говорил, что с природой это бывает: она иногда подсказывает особо избранным, что делать, и этим же избранным помогает выбраться из трудных ситуаций. Говорил он это не ей, а кому-то из людей еще в Сайбе, однако Лена не только услышала, но и запомнила, вот и пользовалась. Спросит, зачем она торчит на берегу, так и сказать. Жду, дескать, помощи от природы, или я не избранная? Пусть что хочет, то и думает. Было не особенно жарко, но от ветра надежно загораживала всякая растительность, только с воды слегка тянуло свежестью. Эта река пахла вкусно. Никаких тебе радужных пятен бензина, никаких тебе промышленных сбросов, грязь и та совершенно естественного происхождения.
Может, просто уйти домой? Кто знает, сколько времени прошло в Новосибирске. Хотя бы просто заглянуть, вдруг тамошняя Ленка Карелина так и идет по площади мимо гранитного Ильича сотоварищи… Даже если и нет, наврать чего-нибудь или вообще ничего не говорить… Что здесь делать-то — без шута…
— Зачем ты сюда уходишь?
Как двухметровому здоровенному мужику удается ступать настолько бесшумно? Тут ведь и сучки валяются, и через кусты тоже продраться надо? Нет, прокрался ведь. Еще и испугал.
— А головой подумать? — невежливо спросила Лена. — Может, догадаешься?
— Догадываюсь. Я неправильно выразился. Зачем ты остаешься одна? Не стоит тебе сейчас…
— Отвали, Милит. Я сама разберусь, что мне стоит, а чего мне не стоит.
Он кивнул, потоптался на месте и объяснил:
— Эти олухи тебя упустили… Вот Владыка и послал всех на поиски. Ты не думай, что именно меня. Всем велел тебя искать… Вот я и подумал, что ты здесь. Ты в порядке?
«Ю окей?» — спрашивают героя американского кино, только что свалившегося этажа этак с пятого вследствие попадания в него автоматной очереди или ракеты класса «земля-земля». Лена ответила, как и положено отвечать на глупые вопросы:
— Я в полном порядке.
— Врать-то зачем, — обиделся Милит и повернулся, чтобы уйти. Лена (или кто-то другой вместо нее) его окликнула:
— Милит, ты хочешь восстановить свою магию?
Он вздрогнул, оглянулся и тихо спросил:
— Зачем ты так?
Лена склонила голову, посмотрела на него повнимательнее и улыбнулась.
— Слушай внимательно. Я сейчас спрошу тебя последний раз. Милит, ты хочешь восстановить свою магию?
Он заколебался. Внук не отличался полной невозмутимостью деда, и на его лице сменилось очень много разных чувств за очень короткое время. Ну и ладно. Была бы честь предложена. Дома еще Маркус есть, которому как раз «гипс» сняли. Вот ведь удивительно, никаких знакомых Лене шести недель. Даже четыре еще не прошло. Может, это от добавления лекарственных трав? Или от Лениных отваров?
Милит вдруг решительно снял куртку и расстелил ее на траве. Многозначительно получилось. Холодно еще вообще-то…
Как он ухитрялся ее целовать, при этом раздевать и при этом раздеваться сам, не отрываясь от основного процесса, Лене было непонятно, но все это он действительно проделал одновременно. Хорошо хоть куртка на нем была, потому что земля оказалась очень холодной… на какое-то время. А потом как-то согрелась. Проклятое тело снова ее предавало. Ну и ладно. Зато все кругом будут довольны и счастливы. Завтра же об этом будет знать весь лагерь, хотя ни Милит слова не скажет, ни тем более Лена. Здесь не было бабушек на лавочках, но сарафанное радио работало исправно, без искажений и без перебоев. Сплетни сплетнями (в этом отношении эльфы мало отличались от людей), но о любых мало-мальски значимых событиях все узнавали максимум на второй день. А тут и вовсе событие глобального масштаба. Особенно если учесть, что ее ищут пожарные, ищет милиция… и не только Милит способен чуть-чуть шевельнуть мозгами и отправиться туда, где любит уединяться Аиллена и обнаружить ее там вовсе не в полном уединении, а наоборот в очень интересной ситуации. Пикантной ситуации. И наплевать. Эльфы очень лояльно относятся к отношениям полов и, случайно наткнувшись на сильно увлеченную парочку, только немножко позавидуют и пойдут по своим делам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
