Вся официальная часть свелась к тому, что молодые публично объявили о своем желании создать семью, и совет публично объявил их мужем и женой и пожелал побольше детей. Кстати, беременных было много: аж одиннадцать штук одновременно — так с гордостью сказал Милит. Наверное, для эльфов это действительно много — одиннадцать на больше чем сорок тысяч. После войн обычно происходит всплеск рождаемости…
Разошлись уже поздно. Милит проводил их (всех четверых) до дома, распрощался для того, чтобы через час влезть в окно, Лена уж разоспаться успела — так ведь разбудил, да как еще разбудил… Ну, вообще-то он был пьян для эльфа, то есть возбужден, весел и особенно в ударе. Будет что рассказать Ариане, если опять приставать начнет.
Правда, совсем уж устав, он стал серьезным и вдруг заявил:
— Аиллена, я хочу объяснить, зачем я затеял ту драку.
— А я не хочу слушать.
— Я должен. — Он оперся на локоть — такая классическая киношная поза — и заглянул ей в глаза. Эльфы в темноте видели чуть похуже кошек, в отличие от Лены. Ей показалось, что глаза Милита чуть-чуть отсвечивают по-кошачьи, но скорее серебром, чем желтизной. Ну да, какая желтизна может быть, если глаза синие.
— Я бы знала, если бы ты был мне что-то должен. Уймись. Лучше поспи, а то ты даже похудел от недосыпа.
— Я должен, — тихо и убежденно повторил он. — Я знаю, что ты не простишь, и прощения вовсе не жду. Но объяснить должен. Вообще, я думал, что ты можешь догадаться сама, особенно после рассказов Гарвина, но ты, похоже, не поняла… Тем хуже для меня. Аиллена, чтобы восстановить утерянную магию, нужен всплеск силы. Волна. Волна может быть вызвана только очень сильными эмоциями. Самые сильные — любовь, ярость и страх.
— Ну, значит, не повезло тебе, — сказала Лена холодно. Милит покачал головой. Длинные волосы упали на лицо, и он раздраженно отбросил их за спину. Ну да, даже за ухо не заправишь за неимением уха.
— Я не о себе, Аиллена. Я приноровился к жизни без магии. Послушай меня, пожалуйста.
— У меня есть выбор? Уши заткнуть или заорать, чтоб ты убирался?
— Это ты потом… заорешь, — вздохнул эльф. — Я не хотел убивать полукровку. То есть не в том смысле, что не планировал, что получилось сгоряча и так далее. Я все спланировал. Если бы я хотел его убить, сделал бы это в первые две минуты. Какой бы хороший боец он ни был, не со мной ему тягаться. Аиллена, трудно объяснить человеку, даже тебе, что такое Владыка в жизни эльфа. Любого эльфа — от простого фермера до ученого вроде Кавена или солдата вроде меня. Владыка должен быть сильнее всех.
— Он и так сильнее всех, — удивилась Лена, уже понимая, о чем он говорит.
— Сильнее. Но не такой, каким был до войны. Если здесь есть эльф-враг, способный мгновенно парализовать Кайла, есть и серьезная опасность. Именно поэтому Владыке нужна вся его мощь. А где ее взять, кроме как у тебя? Любовь, получается, исключена. Страх… вряд ли ты способна по-настоящему испугаться, для тебя любая магия — сказка, а в то, что я хочу тебя убить, ты никогда бы не поверила. Осталась ярость. Вызвать твою ярость можно было только так… чтоб побольше крови, чтоб кинжал по рукоятку. Ты ведь все равно не поняла, что важных органов там нет, что вторая рана поверхностная… Главное — море крови.
— Никаких важных органов, кроме желудка…
Лене стало холодно при воспоминании о том, как споткнулся шут, как фонтаном плеснула кровь из обширной раны, как золотилась под солнцем рукоятка кинжала…
— А что желудок? — удивился Милит. — Обычная мышца, начинающий лекарь исцелит. Сердце, легкие, печень не задеты, кишки тоже не тронуты, никакого воспаления быть не должно… Помощь окажут сразу. Но ты выйдешь из себя. Ты точно захочешь меня убить, ты бросишься ко мне, а Владыка тебя перехватит, и Волна достанется ему.
— Откуда такая уверенность, что Владыка перехватит?
Истерические нотки в собственном голосе Лене не понравились. Милит укрыл ее одеялом: она дрожала.
— Конечно, перехватит. Он об этом тоже знает. Он, наверное, даже и чувствует.
— Нет, я понимаю, что Лиасс готов воспользоваться случаем…
— Не понимаешь, — перебил Милит. — Твоя Волна убила бы меня, потому что я был лишен магии. Причем не сразу, и смерть была бы не самая приятная.
— И Владыка пожалел тебя, что я тоже понимаю…
— Тебя, глупая. Он пожалел тебя. Если бы у эльфов были приняты казни, он бы добился, чтобы меня казнили. Он со мной до сих пор не разговаривает… и вряд ли когда-то будет. Думаешь, я этого не понимал?
— Меня?
— Конечно, тебя. Как бы ты жила потом, понимая, что меня убила? Это для нас жизнь и смерть — дела житейские, а ты очень уж трепетно к ним относишься. Ты — Светлая. И твой Свет мог потемнеть. И уж этого Владыка бы точно не допустил. Когда он схватил тебя, помнишь, как он вздрогнул? Это была Волна. Вырвалась твоя Сила. Даже для него удар был серьезен. В любви она мягкая, а в ярости…
— Подожди. Ты так тщательно все рассчитал, даже место, в которое кинжал воткнешь, ну а если бы я не подошла?
— Я увидел тебя. Ты шла как раз к нам. Забыла, что эльфы видят намного дальше? Когда ты подошла, мы дрались-то всего минуту-другую.
— А если бы я свернула?
— Я б надавал ему по шее, — пожал плечами Милит, — ножик отобрал, пинка бы дал. Чтоб он охотнее в следующий раз на меня полез. Аиллена, я все рассчитал. Не учел только одну случайность: что Далин такой поганый целитель.
— Далин во всем виноват?
— Почему Далин? Я, конечно. Все равно бы полукровка поболел… Ну, на грани жизни и смерти бы не был, не так больно было бы… Я использовал тебя, Аиллена. Для меня это хуже всех ран полукровки. Но иначе я не знал как… Есть только две возможности восстановить утерянное не за столетия, а разом: вспышка Светлой силы или… или как Гарвин.
— А на некромантию Владыка, конечно бы не согласился никогда…
Милит не оценил сарказма.
— Конечно, никогда. И Гарвин бы тоже на это не пошел, но ему нужна была сила, чтобы убивать… Он воевал один против целого мира и уж никак не думал выжить и попасть сюда. Он вроде как уже умер, понимаешь? Мне кажется, он жалеет, что ты его привела. А Владыка… Понимаешь, так не бывает: Владыка и некромантия. Это все равно что ты некромантией займешься. В общем… Знаешь, если честно, нетрудно хорошему магу заманить в постель женщину. Владыке бы это удалось в два счета, несмотря на полукровку. Только это нечестно, а Владыка не может так…
Лена что было сил толкнула его в плечо, Милит опрокинулся на спину, а она зашипела:
— Владыка не может нечестно? А он со мной честно поступил? Марш в постель, а то твоих друзей вместо мишеней использовать будем — это честно, да?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
