Плененная чувственным наслаждением, Ленор упивалась каждой его каплей. Изысканные ласки Джейсона вызывали у нее головокружительные ощущения. Его руки оставили ее грудь, одно ощущение тут же сменилось другим. Она ахнула, потом застонала, его губы приникли к ее груди, язык прошелся по напряженному бутону соска. Ее накрыла волна страсти, затем еще одна и еще, и она судорожно стиснула пальцами его волосы.
Чувствуя, что тает до самых костей, она помнила только одно. Она не хочет, чтобы он останавливался.
Их обоих настолько поглотила страсть, что никто не услышал ни приближающихся шагов, ни щелчка поднимающейся щеколды.
— А вот и библиотека. Я знал, что она где-то здесь. Столько книг… — Лорд Перси резко остановился и, вытаращив глаза, уставился на пару у письменного стола.
При первом же его слове Джейсон прервал поцелуи и защищающим жестом прижал Ленор к груди. Увидев ошеломленное лицо лорда, за спиной которого маячили дамы — миссис Уиткомб со своей дочерью и леди Хенслоу, — он понял, что никакими силами теперь не удастся стереть из памяти присутствующих увиденную ими картину.
Не понимая, что произошло, Ленор прижималась щекой к сюртуку Эверсли и, слушая, как колотится его сердце, отчаянно пыталась собраться с мыслями.
Как ни странно, но именно лорд Перси пришел им на помощь. Резко развернулся и замахал, приказывая дамам уходить, словно прогонял цыплят:
— Идемте, идемте, вам обязательно надо посмотреть теплицы! Мне рассказывали, они здесь просто изумительны!
Ни разу не оглянувшись, он увел дам в коридор и плотно закрыл за собой дверь.
Щелчок опустившегося запора наконец вернул Ленор к реальности. Она медленно высвободилась из объятий герцога и сразу испытала чувство потери. В его руках было так уютно. Стараясь дышать медленно и размеренно, Ленор ожесточилась против этого ощущения. В голове царил полный разброд, она пыталась как-то связать все воедино, одновременно застегивая пуговицы на блузке. Внезапно стало очень холодно.
Она обняла себя руками за плечи, отступила назад и заморгала, пытаясь обрести самообладание. Потом осторожно повернула голову и посмотрела на Эверсли. Его лицо, казалось, смягчилось, но она не была уверена. Он часто дышал и моргал, словно тоже пытался сбросить пелену страсти. Словно испытывал то же, что и она. Но этого быть не могло.
— Вы меня обманули, — заявила она ледяным тоном.
Джейсон снова моргнул и нахмурился. От напряжения ему было трудно собраться с мыслями. Мало того, что приходилось обуздывать свое неутоленное желание и осознавать, что их застали в такой ситуации, так еще и к тому же никак не удавалось себя убедить, что все происходит наяву. Слишком многое напоминало сон, а может, фантазию. Ни одна женщина не могла лишить его самообладания, Ленор это удалось без малейших усилий. Он попытался уловить ход ее мыслей.
Ничего не зная о его трудностях, она медленно обогнула стол и принялась вышагивать посреди библиотеки. По мере того, как случившееся вырисовывалось в сознании, ее лицо мрачнело, а движения становились все более скованными.
— Я не приняла вашего предложения, и вы устроили этот фарс! — Ее голос постепенно набирал силу. Ленор бросила презрительный взгляд на мужчину, что молча и неподвижно стоял позади стола, и порывисто взмахнула рукой. — Когда я не выказала желания выходить замуж, вы подстроили мне ловушку. Скажите, ваша светлость, лорд Перси просто слишком поспешил с выходом? — с отвращением предположила она, ее взгляд так и сочился презрением. — Как далеко вы собирались зайти, чтобы меня скомпрометировать? — У нее сорвался голос, а тон из яростного стал жалобным.
Возненавидев себя за это, Ленор резко обернулась к своему заклятому противнику и высокомерно посмотрела ему в глаза.
— Ваша светлость, вы самый презренный негодяй, которого я встречала! Даже если все случившееся станет достоянием гласности, даже если будет скандал и сплетни, я все равно не выйду за вас замуж! — закончила она на высокой, визгливой ноте.
Но ее ярость не могла сравниться с его собственной. Джейсону потребовалось поистине нечеловеческое усилие, чтобы никак не отреагировать на обвинения. Он стоял молча и недвижимо с застывшим, как мраморная маска, лицом.
Когда он ничего не ответил, никак не попытался отвергнуть ее безумные обвинения, Ленор потеряла самообладание. Истерически всхлипнула и бросилась к двери. Каждый ее шаг сопровождала мучительная душевная боль.
Каким-то героическим чудом Джейсону удалось вытерпеть все в полной неподвижности и молчании. Душу сжигал холодный смертоносный гнев. На пике опасности, каждой клеточкой удерживаясь от взрыва эмоций, он насильно напоминал себе, что Ленор расстроена, в истерике и себя не контролирует.
Но рациональное объяснение не смягчало ее жалящих слов. Опасность взрыва постепенно ушла, оставляя место гневу. Но даже сейчас Джейсон не желал подчиняться импульсу и идти за Ленор. Он слишком хорошо знал свой темперамент и понимал, что тогда ее достоинство неминуемо пострадает. Поэтому глубоко вздохнул и заставил себя сосредоточиться на том, что ему предстояло. Во-первых, устранить угрозу ее репутации, а во-вторых, добиться ее руки.
Но одну клятву можно было высечь в камне на веки вечные. Ленор Лестер принадлежит ему. И он не покинет Лестер-Холл, не получив ее согласия на брак.
После этого поцелуя ни за что!
С этими мыслями его светлость зашагал прочь из комнаты. Его глаза блестели, как серые угли.
В пять тридцать вечера, несмотря на тошнотворное разочарование и тупую боль в висках, Ленор вошла в гостиную, чтобы поприветствовать гостей отца. В честь предстоящего бала горничная сделала ей высокую прическу с ниспадающими на шею крупными локонами. Фиолетовое платье из люстрина богато переливалось, квадратный вырез заполняло кремовое кружево, точно такое же украшало и длинные рукава. Ленор надеялась, что это платье подчеркнет ее статус хозяйки. Этим вечером она твердо намеревалась завоевать титул старой девы.
В гостиной ее уже ожидал Джек. В темно-синем сюртуке и бриджах цвета слоновой кости он выглядел просто великолепно. Он подмигнул сестре:
— Уже готова встречать толпу?
— Едва ли толпу, — рассеянно ответила Ленор. — Если помнишь, мы согласились принять на ужин только шесть пар. Остальные придут после восьми часов.
Джек внимательно поглядел на нее и предложил:
— Пойдем к бальному залу. По-моему, у нас есть повод для гордости, Ленни.
Ленор выдавила улыбку и взяла его под руку. По дороге к главному входу она старалась не обращать внимания на его обеспокоенный взгляд. Понимала, что причиной тому ее изможденный вид, как могла, она пыталась его замаскировать.
