— Ваши крокоеды — самые паршивые твари в окрестностях, — я вздохнул, не столько жалуясь, сколько констатируя очевидный факт. — Из‑за них уже так провонял, что скоро фейри от меня сбежит. Может, других поищем?
— Поблизости мы всех вынесли, сам прекрасно знаешь, а удаляться от стоянки чересчур нельзя, — напомнила Машта. И слегка прикрикнула, тренируя на мне командирский тон: — Не привередничай! Этих завалим и пойдем на пересменку, отдохнешь. Так что не тяни.
Вот черт. А я, наивный, думал, мы и так уже последний раз охотимся. Время‑то близилось к вечеру: наползающая на распадок густая тень от северной гряды вскоре накроет его темным одеялом сумрака…
Скинув с головы капюшон меховой накидки, чтобы не ограничивать обзор, я уже ставшим почти привычным за эти пару дней жестом прошелся ладонью по отрастающим волосам. Удовлетворенно улыбнулся — уже не меньше трех сантиметров. Такой же длины защищали лицо бородка и усы. Ладно, пора приступать к делу — боевую и защитную ауры я повесил еще полчаса назад, так что на схватку хватить должно. Оставив меч за спиной, я неторопливой трусцой направился в сторону распадка. Но не по прямой, а стараясь по возможности держаться за раскиданными по пути валунами, поэтому выписывал, как пьяный лодочник. Вниз по некрутому склону бежать было легко, неглубокий и основательно промерзший снег громко поскрипывал под сапогами. Хорошо еще, что у крокоедов скверный слух, так что шуметь я мог без опаски. Сильные, крупные твари, похожие на помесь выдры с крокодилом, причем шестилапые. Обитают исключительно в горячих сероводородных источниках — чистый яд для любого из изгоев, независимо от расы. Видимо, поэтому с нюхом у крокоедов, как и со слухом, тоже хреново. Зато зрение у них удручающе хорошее — не хуже, чем у низуши, с их расовым бонусом к зоркости. Стоит неосторожно шевельнуться в пределах их видимости — и не успеешь моргнуть, а в твою сторону уже чешет стая. Бегают крокоеды тоже весьма неплохо, а бьют удручающе сильно. Для моего уровня, само собой.
Для низуши дистанция нужна приличная: до двухсот метров они без проблем лупят из пращей прицельно, поэтому прятаться я перестал только метров за сорок до распадка, вышел на открытое место и остановился. Нате, любуйтесь. Воняло здесь тухлыми яйцами так, что желудок выворачивало от рвотных спазмов. Снег вокруг лежал подтаявший, ноздреватый, с серо — желтым налетом. Ну и где эти задницы? Ближе не подойду, хоть тресни — просто не успею удрать.
В горячем тумане наметилось неясное движение. И как низуши в этой мути их разглядели? Я бы не отказался от таких же зорких глаз. Стою, жду. Хочется схватиться за меч — аж в ладонях зудит, но бегать гораздо удобнее со свободными руками. Вокруг чистое пространство, на котором я виден, словно горящая свечка посреди обеденного стола. Кушать подано, господа плотоядные. Но крокоеды осторожничают. Оценивают опасность. Если бы мы приперлись сюда всей группой, а численное преимущество хозяев гейзеров оказалось бы меньше чем вдвое, то могут и вовсе не показаться на глаза. Инстинкт самосохранения у местных представителей фауны не отключен, как у обычного игрового зверья в виртиграх. А лезть прямо в эту смердящую вонищу — занятие малоприятное и опасное для жизни.
Жду…
Сегодня они какие‑то нерешительные, вчера вон как живо за мной скакали. Забыл выяснить у Машты, сохраняется ли у мобов память о прошлых поражениях? Может им не понравилось наше вчерашнее угощение — каменными снарядами по черепушке?
Наконец из воды и тумана с плеском выскочили сразу четыре твари. Как я уже упоминал — помесь выдры с крокодилом. Или просто волосатый крокодил с шестью раскоряченными конечностями. От челюстей до кончика хвоста — от двух до трех метров, вес у самого крупного под сотню кило. При виде их уровней от сердца немного отлегло — состав шоу сегодня слабоват. Трое одиннадцатого уровня, один — тринадцатого. У самого толстого жизнь под семь сотен. И не таких разбирали на запчасти.
Высоко приподняв обросшие серо — бурым мехом тела на широко расставленных мускулистых лапах, крокоеды, быстро разгоняясь, увлеченно почесали в мою сторону. Земля вперемешку со снегом и камнями так и брызнула из‑под когтей.
Высматривать, почему не появился пятый, я не собирался. Как только зверюги сократили расстояние вдвое, повернулся и побежал, тоже ускоряясь, наискось через склон, разворачивая преследователей боком — чтобы стрелкам было удобно. Для начала надо подальше увести их от места обитания, а то удерут еще обратно в свои вонючие пенаты. Краем уха, сквозь собственный топот и поскрипывание снега, услышал, как за спиной снова отдаленно всплеснуло. Бросив быстрый взгляд через плечо и обнаружив, какое счастье мне привалило, выругался в голос — за первой четверкой чесало еще шестеро. И среди них затесался крокоед аж восемнадцатого уровня! Не такое уж хорошее зрение у низуши, как они полагали!
Первый камень просвистел мимо совершенно неожиданно, едва не задев плечо. Сзади послышался утробный взрык твари, в которую угодил снаряд. Рановато, но так как баланс сил изменился не мою пользу, низуши решили не ждать и поспешили на помощь. Я продолжил бег, визуально прокладывая себе маршрут заранее — необходимо было двигаться так, чтобы валуны не заслоняли стрелкам цель, но и чересчур удаляться от них не стоило, так как забраться на каменную макушку — это мой путь спасения в непредвиденной ситуации.
Новые враги появились совершенно неожиданно.
Взбивая снег, из‑за ближайшего валуна, мимо которого пролегал мой путь, выскочили еще двое крокоедов — 21 и 22 уровней. Матерые. Под четыре метра длиной и кило под двести каждый, как вежливо подсказала система. Предводители семейства?! Они что, со всех своих вонючих водоемов стянули родственников, чтобы отомстить после вчерашней охоты?! Хищно блеснули темные глаза под бугристыми впадинами громадных черепов — покрупнее лошадиного, предвкушающе распахнулись зубастые пасти. Торчком вздыбившись на шести лапах, волосатые страшилища галопом поскакали ко мне наперерез. А шерсть у них, кстати, оказалась абсолютно сухой — засада была организована заранее! Откуда у них такая сообразительность?!
Я резво взял в сторону, избегая щелкающих челюстей. Пока в скорости я выигрывал, крокоеды не умели спринтовать долго. Камни посыпались градом. Мельком оглянувшись через плечо, я увидел, как два одновременных попадания проломили одному из самых хилых крокоедов череп и хребет, убив его мгновенно. Еще парочка снарядов фонтанчиками снега и земли взбили поверхность склона возле другого, промахнувшись всего на пару метров. Все‑таки праща — не идеально точное оружие. Но по такой толпе волосатиков грех промахиваться вообще.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
