Барменша поставила перед Дэвидом кружку с пивом, и теперь он смотрел на пену ничего не видящим взглядом.
— Через восемь месяцев Притчард выгонит ее не моргнув глазом. В этом я не сомневаюсь. Мне нужно все уладить до того, как это случится. — Дэвид сделал большой глоток. — И я сделаю это, будь я проклят!
Бейнс посмотрел на Дэвида поверх кружки.
— А почему бы вам не сказать ей правду?
— Какую правду? О том, что кузен Майкл, человек, которому она верила на протяжении стольких лет, планировал сломать ей жизнь? Я должен поведать ей о том, насколько сильно ненавидел ее? Это ее убьет. И она не захочет принять от меня помощь. У нее нет денег, чтобы спасти школу без меня. И она не возьмет эти деньги, если я ей предложу. Она слишком горда для этого. — Дэвид посмотрел в кружку.
— Лучше оставить все как есть. Мне лишь нужно продолжать размахивать у нее перед носом тридцатью тысячами фунтов и восхвалять щедрость Сары до тех пор, пока Шарлотта не поймет, что вынуждена переехать. Будем надеяться, это случится раньше, чем Притчард выставит ее на улицу.
— В таком случае желаю удачи, — произнес Бейнс. — Она вам понадобится.
Лоб Дэвида прорезала складка.
— Спасибо.
Ему необходимо было время, чтобы сломать барьеры, воздвигнутые между ними неприглядным прошлым. Даст ли ему Шарлотта это время?
На следующий день, подходя к школе, Дэвид ощутил нервную дрожь во всем теле. За два дня раздумий Шарлотта могла принять решение отказаться от наследства. И что тогда делать?
Дэвид ожидал, что его вновь проводят в кабинет, и был несказанно удивлен, оказавшись вместо этого в небольшой гостиной. В ожидании хозяйки заведения он положил в рот мятный леденец и начал осматриваться. Он заметил стоящие на полках книги о скачках, графин с вином и самодельные подушки с вышитыми на них странными изречениями вроде: «Хлеб и джем согревают сердце» или «Правда всегда светится на искреннем лице». Дэвид как раз наклонился, чтобы получше рассмотреть другие поделки, когда в комнату вошла Шарлотта.
— Доброе утро, лорд Керквуд, — очень по-деловому произнесла она. — Я вижу, вы любуетесь работой моих учениц.
Дэвид обернулся.
— Довольно… э… необычные изречения для того, чтобы вышивать на подушках…
Рассмеявшись, Шарлотта прикрыла за собой дверь.
— Набившие оскомину афоризмы скучны, вот я и позволила девушкам выражать собственные мысли. После этого я выставляю наиболее интересные работы в своей гостиной. Мне кажется, это побуждает их трудиться прилежнее и проявлять выдумку.
— Оригинальная идея.
— Только не все родители ее одобряют.
— Хотя и продолжают посылать своих дочерей в вашу школу.
Улыбка Шарлотты померкла.
— Но не в последнее время.
Усевшись в резное деревянное кресло, Шарлотта указала на диван.
— Надеюсь, вы не возражаете, что я приняла вас в гостиной. В кабинет постоянно заглядывают люди. Здесь нам будет спокойнее. Я не хочу, чтобы другие преподаватели или слуги услышали, как мы обсуждаем такое деликатное дело. По крайней мере, до тех пор, пока не решим все окончательно.
Несмотря на то, что Шарлотта желала уединиться по вполне уважительным причинам, кровь Дэвида быстрее заструилась в жилах при одной лишь мысли о том, что они останутся наедине. Дэвид поспешно сел, старясь скрыть не к месту охватившее его возбуждение.
На его беду, Шарлотта выглядела сегодня обворожительно в простом голубом платье, которое так и приковывало взгляд к соблазнительной округлой груди, поддерживаемой корсетом. Дэвид вновь встал и принялся расхаживать по гостиной, старясь призвать к ответу свое предательское тело.
— Я получила от вашей матери приглашение на обед, устраиваемый в честь Амелии и майора Уиктера в загородном доме, — произнесла Шарлотта, чтобы прервать неловкое молчание.
Майор Уинтер приходился Дэвиду кузеном и был женат на Амелии, бывшей ученице Шарлотты.
Знала ли Шарлотта, что, прежде чем попытать счастья с Сарой, он делал предложение Амелии и получил отказ?
— Так вы собираетесь приехать? — спросил Дэвид, не понимая, почему ответ Шарлотты имел для него такое большое значение.
— Конечно. Ведь я увижу Амелию и майора Уинтера впервые после их возвращения в Англию. Я собиралась поехать с визитом в Девоншир, к родителям Амелии, но проблемы в школе…
Шарлотта замолчала. Ей и не нужно было продолжать — ведь Дэвид, как никто другой, знал, что сейчас не лучшее время для того, чтобы оставить школу.
— Вы уже показывали документы своему адвокату?
— Да. И он заверил меня, что все в порядке.
Дэвид облегченно вздохнул.
— Так вы намерены принять наследство?
— Только ответьте сначала на несколько вопросов.
Заскрежетав зубами от досады, Дэвид остановился и посмотрел на Шарлотту.
— На какие именно?
— Для чего вам тратить свое драгоценное время на то, чтобы курировать постройку нового здания школы?
— Это условие, оговоренное в завещании. Если вы примете завещанные вам деньги, то я буду связан условиями сделки так же, как и вы.
— Хорошо. Поставлю вопрос иначе. У вас ведь нет интереса в этом деле. По вашим словам, рядом никого не было, когда вы нашли дополнение к завещанию. Вы могли бы сжечь его, и дело с концом. Но вы этого не сделали. Почему?
Шарлотта обладала сводящей с ума способностью задавать очень неуместные вопросы. Возможно, пришло время заставить ее почувствовать себя так же неловко, как чувствовал себя Дэвид.
— Вы можете думать обо мне что угодно, Шарлотта, но у меня есть совесть.
Шарлотта подошла к камину и уставилась на огонь.
— Сара знала, что вы и я…
— Нет, — отрезал Дэвид. — И поскольку вы тоже ей не рассказывали об этом, осмелюсь предположить, что она ничего не могла узнать самостоятельно. Ни мать, ни Джайлз никогда ни о чем не упоминали. Я тоже ни с кем не обсуждал.
— Кроме Энтони, Фоксмура и лорда Стоунвилла, — еле слышно произнесла Шарлотта. — Но, думаю, это не стоит принимать в расчет, ведь имени моего вы не назвали. Я, в самом деле, благодарна вам за то, что они так и не узнали, кого вы окрестили мстительной сукой.
Дэвид застонал, когда грехи прошлого всплыли из небытия, чтобы снова начать насмехаться над ним.
— Энтони должен был держать язык за зубами, — процедил он сквозь зубы.
Шарлотта натянуто улыбнулась.
— Я прекрасно осознаю, что у вас нет причин испытывать ко мне симпатию.
— Не понимаю, какое это имеет отношение к делу.
— Самое прямое. — Шарлотта гордо расправила плечи. — Видите ли, я показала документы не только своему адвокату, но и Чарльзу Годуину.
