кинулась к нему и упала на колени. Она пыталась его приподнять, но её руки проходили сквозь тело. Ведь мальчик был просто призраком. Видением. Воспоминанием. Она не могла ни помочь ему, ни удержать его. Она не могла к нему даже прикоснуться. Она могла лишь смотреть, как разворачиваются события, не в силах изменить то, что уже случилось.
Ведьма скорчилась над безжизненным телом Эдмонда. Холли не решалась потревожить её, и они так и застыли наедине, окутанные горем женщины, пока, наконец, отчаянный вопль не нарушил тишину.
– Эдмонд! – раздалось сзади. Голос был женский. – Куда, Оливер? Где он?
«Оливер! Того мальчишку тоже звали Оливер!» – сообразила Холли.
– Вон там посмотри, – ответили ей. – Он иногда там прячется.
В пещеру вошли женщина в белом и темноволосый мальчик. Она застыла у входа в пещеру, пока её глаза не привыкли к темноте и она не увидела на дне озерца тело Эдмонда.
Её вопль был ужасен.
Она бросилась к Эдмонду. Упала на колени, прижала к себе его голову. Она очутилась почти на том же месте, что женщина в чёрном. Их фигуры слились, точно призрачные отражения друг друга.
– Эдмонд! – воскликнул темноволосый мальчик. Он, похоже, был в ужасе.
Женщина в белом вопила и вопила, пока не выдохлась. То, что поначалу было просто воплем, превратилось в тоскливый, безнадёжный вой, пока, наконец, и вой не заглох, завершившись глухим стоном. Это сердце женщины рвалось наружу из тела, раскалываясь надвое.
Она сникла, силы её иссякли. Женщина раскачивалась, точно в забытьи или в трансе. Она баюкала Эдмонда на руках и дрожала всем телом.
И вдруг она замерла. На неё снизошло спокойствие. Женщина медленно подняла голову, села прямо, неестественно, мучительно вытянувшись всем телом. Она долго и неподвижно оставалась в таком положении, даже не дыша, и наконец заговорила:
– Ещё не поздно.
И внезапно она лихорадочно заметалась, исполнившись энергии и целеустремлённости. Она перегнулась через Эдмонда и принялась шарить по земле.
– Кровь нужна… – шептала она. – Острое что-нибудь…
Темноволосый мальчик подошёл поближе.
– Матушка! – окликнул он отчаянным, срывающимся голосом.
Она развернулась к нему. Её глаза, покрасневшие от слёз, пылали сумасшедшей решимостью. И прохрипела в ответ, так, будто горло у неё горело:
– Ещё… не… поздно!
Она вскинула руку к груди, где болталась серебряная подвеска. Подвеска изображала летящего ворона, и крылья ворона были острые, словно ножи. Женщина схватила ворона, дёрнула, тонкая цепочка лопнула.
Она раскрыла ладонь и чиркнула серебряным вороновым крылом по нежной коже пониже пальцев. На руке выступила тонкая красная полоса, потекла кровь. Ещё несколько секунд – и её ладонь наполнилась кровью.
Она размазала кровь по пальцам и принялась чертить знаки на камнях. Она снова что-то бормотала, но на этот раз это звучало ритмично, почти как стихи. Она хрипела и взрыкивала на странном, непонятном наречии.
Она запрокинула голову. И нечто вроде дыма, вроде тумана, вытекло у неё изо рта. Оно заклубилось и поплыло от неё к Эдмонду. Туман окутал Эдмонда, обнял его.
Мальчик вдохнул этот туман.
Глаза Эдмонда распахнулись. Они стали серыми, седыми. Он склонил голову набок и завопил.
Чёрный туман хлынул у него изо рта. Туман собирался и клубился вокруг него. Туман окутал темноволосого мальчика. Обрушился на женщину в белом. Проник в её кожу, в одежду. И белое платье сделалось чёрным.
Женщина закрыла лицо руками и снова закричала, на этот раз от ужаса. Туман вырвался у неё из глаз, точно пар из чайника. Туман изливался из неё наружу, заполняя собой пещеру и всё вокруг. А там, где только что были её глаза, остались пустые чёрные дыры. Дыры, которые мало-помалу начали светиться багровым.
Потом женщина заколебалась, точно её тело было отражением в воде. И то же самое произошло и с Эдмондом, и с темноволосым мальчиком. Все они сделались словно дым, как туман, и развеялись в воздухе. Воспоминание закончилось.
А женщина в чёрном, чьё прошлое они только что видели, осталась стоять на коленях, как была. Она развернулась и посмотрела на Холли.
– Ты не он! – повторила она.
Их снова окутывал густой туман. Холли не видно было ни стен пещеры, ни выхода из неё.
И вдруг в тумане открылось отверстие. Женщина не обратила на него внимания.
Холли же, не колеблясь, бросилась бежать прочь от ведьмы со всеми её воспоминаниями.
Глава 32
– ГДЕ ЖЕ ХОЛЛИ? – спросил Гектор, уходя вслед за Эдмондом всё дальше в лес.
Они выбежали из дома, пробежали через двор, мимо фонтана.
– А разве не тут дорога домой? – спросил Гектор. Но Эдмонд сказал только, что надо спешить. А то Холли в беде.
– Уже близко, – ответил Эдмонд.
Наверно, Холли нашла способ выбраться из дома. По крайней мере, Гектор на это надеялся. Ну и дурак же он был, что принялся с ней спорить и наговорил всех этих гадостей! Можно подумать, хоть что-то из этого имеет значение теперь.
«Когда я найду её, – пообещал себе Гектор, – я первым делом сразу извинюсь!»
Лес становился всё гуще, сучья нависали над головой, точно кривые узловатые пальцы. Гектор услышал журчание воды. Они вышли к мелкому ручейку, бегущему по камням. Они пошли вверх по ручью, и он привёл их к пещере.
– Нам сюда! – сказал Гектору Эдмонд. Изнутри доносились гулкие звуки падающих капель.
Мальчики вошли в пещеру. Ручей, вдоль которого они шли, вытекал из небольшого озерца. Эдмонд указал на стену пещеры над озерцом. Там была расщелина, нечто вроде небольшой полочки. Как раз чтобы спрятаться.
– Вон туда, – сказал Эдмонд. – Холли там.
Гектор вытянул шею. Непохоже, чтобы Холли была там…
– Где?
– Тебе не видно, – сказал Эдмонд. – Там темно. Но она спряталась туда. Она, наверно, ранена!
– Ладно, – сказал Гектор. – А как же мне туда попасть?
– Разуйся и полезай, – сказал Эдмонд.
Гектор сел на камни и принялся стаскивать кроссовки.
– А ты покажешь нам дорогу домой? Ну, когда я её вытащу?
– Покажу, покажу! – Эдмонд улыбнулся. – Потом – всё, что захочешь.
Гектор вошёл в воду. Вода была холоднющая, и затянутые илом камни кололи пятки. Он подошёл к каменной стене под нишей и ухватился за камни. Стена была сырая и скользкая.
– Ну давай! – сказал Эдмонд. – Полезай!
Гектор ухватился за каменный выступ стены. Подтянулся было, но соскользнул обратно вниз. Эге, да это будет не так просто! Мальчик вытянул руку и нащупал трещину, за которую можно было ухватиться. Приподнялся, опёрся ногой об узкую каменную полочку. Крепко ухватился обеими руками, задрал ногу, уперевшись босой ступнёй
