время осознать услышанное.
Артур заговорил первым.
— Насколько плохи дела?
— Крепости захвачены, селения сожжены, даже маленькие. Коледак пал в первом же бою, дружина перебита. Никто не спасся. После этого враг двигался беспрепятственно.
Артур, сузив глаза, мысленно взвешивал опасность. Руки его с такой силой стиснули кубок, что сплющили бронзу.
— Как далеко вглубь суши они продвинулись?
— Точно не знаю, — отвечал Мерлин. — Судя по тому, что нам рассказали, главный удар пришелся дальше на юг.
Невеселым получилось торжество по поводу нашей встречи. В последующие дни мы еще не раз выслушивали горькие вести: оставшиеся без крова жители по пути на запад просили убежища в каере и рассказывали о своих злоключениях.
Постепенно из многих спутанных и разноречивых историй вырисовывалась истина: саксы под предводительством некоего Эллы взяли несколько старых крепостей на юго-восточном побережье между Уошем и Темзой. Впрочем, главный удар был направлен чуть южнее, между Темзой и Эфоном, по древним землям Кантии. Его возглавил король Кольгрим при поддержке Окты, сына Хенгиста, который подрос и вернулся мстить за отца.
Эти юго-восточные области римляне назвали Саксонским берегом, поскольку здесь они воздвигли маяки и укрепления для защиты от Морских волков.
Здесь-то, на южном берегу, Вортигерн и поселил Хенгиста и Хорса с сородичами в тщетной надежде остановить бесконечные набеги, отнимавшие у Британии последнюю кровь. И с этого-то берега варвары и нападали на соседей, пока Аврелий не разбил их и не изгнал с острова.
Теперь они вернулись и сразу захватили больше земли, чем в дни Хенгиста. Саксонский берег — имени суждено было сохраниться, но по иной причине. Захватчики не собирались уходить.
Всю долгую зиму мы терзались тревогами. Мысль о том, что саксы порабощают британские земли, жгла Артура огнем, но ему оставалось только терпеть. У нас не было выбора. Надо было дожи
даться весны, когда подоспеет Борс с обещанной дружиной. А потом, прежде чем выступать против саксов, следовало приструнить Мор- канта.
Итак, зима выдалась невеселая. Несмотря на щедрую помощь короля Бана, припасы начали истощаться еще до солнцеворота. Нам хватало зерна, но не хватало мяса. Канун Рождества застал нас всех на охоте: сжимая копья в замерзших руках, мы высматривали оленя, кабана, зайца — любую дичь, лишь бы на столе появилось мясо!
Мерлин часто пел в королевском доме, всячески стараясь поддерживать наш дух. Однако по весне все приуныли и с тревогой дожидались Борса. С каждым прошедшим днем Артур все больше досадовал на местных князьков.
Весна не принесла облегчения. Погода стояла холодная, с серого неба день за днем сыпал ледяной дождь. Долгими холодными ночами ветер дико завывал в холмах, и казалось, что земля никогда не согреется под солнцем, никогда не наступит желанное тепло.
И вот однажды утром прояснилось. Облака разошлись, и солнце ярко засияло с высокого синего неба. Свет вернулся на землю, а с ним пришла весть, которой мы страшились всю зиму.
Гонец не успел соскочить с лошади, а по каеру уже пронесся крик: на нас скачет Моркант!
— Где он? — спросил Артур.
Гонец утер пот со лба.
— Они едут вдоль побережья и сейчас, наверное, уже пересекли Эббо.
Артур резко кивнул. По реке Эббо проходила восточная граница его владений. По берегу Хабренского залива войско будет ехать куда быстрей, чем напрямик через овраги и буераки. А Морканту нужна именно скорость.
— Сколько их?
— Три сотни?
— Что?! — вскричал Кай. (При появлении гонца он сразу подбежал к Артуру.) — Где их старый лев столько набрал?
— У нас еще есть время.
С наступлением весны Артур приказал поставить дозорных в укреплениях по холмам, особенно вдоль побережья, где со дня на день ожидались корабли короля Бана. Один из таких дозорных — в Пенигаере — и увидел войско Морканта при переправе через реку Эббо.
— Артос, — спокойно спросил Кай, — где ты думаешь дать бой? Их триста, нас семьдесят.
— Согласен, силы неравные, — Артур беззаботно улыбнулся, — и все же Морканту придется худо. — Он повернулся ко мне. — Пеллеас, зови сюда Бедивера и Мирддина. Соберемся в моих покоях.
— Сию минуту, государь.
Они с Каем заходили по двору. Охотничий рог уже трубил общий сбор. Мерлина и Бедивера я отыскал в амбаре — они осматривали быстро убывающий запас ячменя.
— Привет тебе, Пеллеас, — сказал Бедивер, когда я бегом устре- милея к ним. Он увидел мое лицо, и улыбка его погасла. — В чем дело? Что стряслось?
— На нас идет Моркант с тремя сотнями всадников.
— Мы не можем дать им бой, — заметил Бедивер. — Их слишком много. Даже если Меуриг придет нам на помощь, все равно будет один против трех.
— Где они? — В голосе Мерлина не было ни удивления, ни тревоги.
— Перешли реку Эббо, чтобы напасть на нас с юга.
— Да, — задумчиво произнес Мерлин. — Я поступил бы так же.
— Так или иначе, в Каер Мирддин скакать уже поздно.
— Артур ждет вас немедля в своих покоях, — сообщил я.
Артур и Кай сидели за длинным столом Артура, в дальнем конце зала.
— Ничего не выйдет, — говорил Кай, когда мы вошли. — А если б и вышло, риск слишком велик.
Артур с улыбкой протянул руку и взъерошил Каю рыжие кудри.
— Уж Кай риск посчитает.
— Истинная правда! Я и впрямь осторожен. Должен же кто-то предостеречь остальных. — Кай сложил руки на груди и насупил медные брови.
— Что за невозможный план предложил он на этот раз? — со смехом спросил Бедивер, усаживаясь на скамью. Я сел рядом, Мерлин остался стоять.
Кай с выражением боли на краснощеком лице поднял вверх руки.
— И не просите, я это повторять не стану.
Артур спокойно взглянул на Кая и пожал плечами.
— Наверное, наш друг прав, это невозможно. — Он повернулся к Бедиверу и Мерлину. — Ну, мудрые советчики? Советуйте мне мудро, коль не хотите, чтобы это сделал Моркант.
Мы переглянулись, молча подсчитывая свои шансы остаться в живых.
— Ладно, — произнес Мерлин после недолгого молчания, — может быть, пришел день невозможных свершений. Кто знает?
— Боюсь, другого выхода нет, — пробормотал Кай.
— Так мы услышим твой невозможный план? — спросил Бедивер. — Говори.
— Я просто подумал, — медленно начал Артур, — как в здешних холмах разносится эхо...
Солнце стояло прямо
