Читаем без скачивания Империя Хоста 5 - Дмитрий Валерьевич Иванов

и взгляд дерзкий. Выхожу из кареты, но меня опережает Ригард. Он даже на калеку так среагировал — везде видит потенциальную угрозу для меня.

— Кто такая? — лениво спрашиваю я, оглядывая ещё раз красотку.

Лет двадцать пять, не больше, одежда странная, словно сделанная из коры какого-то дерева, в просветах видно белое тело, но стратегические места прикрыты надёжно. Ничего, раздену и осмотрю потом. Уже решил взять её с собой.

— Засунуть рабыню в повозку, — не дождавшись ответа, командую я.

— Баронесса Бокри, а не рабыня, — насмешливо представляется женщина. Граф, я подданная империи Хоста, и никто меня в рабы не записывал.

— Не понял, — туплю я.

— Сестра моя старшая замужем за местным «мастером пути», я их навещала тут. Когда началось вторжение, меня притащили в порт, но потом разобрались и отпустили, — поясняет женщина, также внимательно оглядывая меня.

— Так и есть, — кивает старший конвоя сотник Баркли. — Приказ командира полка.

— А сестра где с мужем? — разочарованно спрашиваю я, уже понимая, что потискать красотку не удастся.

Это здесь она одна, а дома может у неё баронство больше моего графства. Лишний повод для войны мне не нужен. Слава богу и так баб хватает с избытком.

— Уехали в столицу, я вот осталась присмотреть за… присмотреть за домом, — слегка сбилась Бокри.

— Тетя, а когда я маму увижу? — дёргает за руку баронессу малышка лет семи, стоящая рядом.

Так это её племяшка! А вот и рычаг давления.

— А хочешь прокатиться на повозке? — предлагаю я ребенку.

— Граф! Вы в своём праве, но прошу вас! — баронесса переменилась в лице, поняв, что я могу забрать ребёнка в рабыни.

Бокри судорожно стала снимать лифчик из непонятного материала, обнажив прекрасную грудь. Тьфу, вообще тут оскотинился! Желание трахать красотку пропало.

— Это лишнее! Оденься, я пошутил, незачем было так нагло на меня смотреть, — пытаюсь затормозить процесс разоблачения женщины.

— Это подарок, — перебивает меня Бокри.

— Нахрен подарок! У меня дома три жены-красавицы, обойдусь, — упрямо отказываюсь я.

— Так это для ваших жён тоже подарок! — спорит со мной баронесса.

Ничего себе заявы! А тут более раскрепощённый народ, чем в империи! Но Пьон мне выгрызет мозг за такой подарок, Мила кинжалом отрежет что-нибудь, а Ольча может и отравить. Не всерьёз, но с горшка слазить не буду. У них в королевстве много разных ядов, она сама рассказывала, как одна из сестёр подсыпала ей отраву в еду, и Ольча три месяца ходила с красной физиономией. Целитель пятнадцатого ранга и тот сразу не смог вылечить. Джунгли мало изучены в этом плане.

— Ты что подумал, мальчишка⁈ — внезапно краснеет Бокри. — Этот комплект из коры местного подвида дуба повышает чувствительность женщины! Поносишь его полдня и полночи, потом сама не своя будешь!

— А, вот оно что! А зачем ты его сейчас носишь? — оскалился в улыбке я.

— Это самое ценное, что было в доме, надела, чтобы не украли! Хорошо, что коротышка, который нас с племянницей пленил, не разбирался в ценностях, — смущённо поясняет женщина.

Подарок я заберу, но дарить кому-то из своих? Вряд ли. Продам.

— Ригард! Найди что-нибудь из одежды, а ты давай в моём дилижансе переодевайся, что тут светить прелестями, — даю команду я.

Неожиданно Бокри проскальзывает в мой отсек, вместо того чтобы переодеться в общем. Её ловкие пальцы принимаются шустро раздевать меня. Вернее даже не раздевать, а высвобождать нужный ей орган.

— Баронесса, я же сказал, не требуется! — возмущаюсь ролью пользуемого я.

— Мне требуется! Два дня ношу этот комплект, уже на сучки деревьев с интересом посматриваю! Причем даже на короткие! Сил нет терпеть, ну тебе что, жалко? Пять минут и всё! — торопливо поясняет Бокри.

Мне было не жалко, разве что времени. Пятью минутами не обошлось, почти на час задержался. Остатки маны ушли на звуковой полог. Да не буду я продавать такую ценную вещь как комплект из лифчика, короткой юбки и чулков! Пусть и ношенных немного. Кора мягкая, приятная на ощупь, девочкам понравится!

Баронессе выделяю повозку с двумя лошадьми, пару солдат в провожатые, еды из награбленных запасов и денег из своих.

— Вот что значит благородный человек! — устало говорит Бокри на прощанье.

Надо сказать, причина остановки ни у кого удивления не вызвала, а взгляды, бросаемые на меня, были завистливо-одобрительные. К вечеру прибыли в порт. И только тут я понял, как много мы вывезли! Всё пространство было завалено барахлом, а корабли с трофеями под прикрытием искателей уже отправились в первую ходку. Пожалуй, за два рейса не вывезти, ведь ещё армию надо перевозить. А делать три ходки уже рискованно, может подойти подкрепление противника. Прикидываю по времени, сколько мне тут куковать? Ночевать буду на искателе Мелич, в море, заодно запас маны поправлю свой. А то, как голый.

— Граф, к вам просится Келидана, — заходит в мою палатку Ригард.

— Да пусть, — разрешаю я устало.

— Всё самое ценное уже отправили — золото, тысячу коней, сотни четыре пленников, ну и барахло поприличнее, — отчитывается вошедшая Келидана. — Барон ещё тут, но семью свою отправил в империю.

— Ты про Аршипа? Да помог он мне, давай завтра пообщаемся, я сейчас на искатель собираюсь погрузиться, и в море.

— Я затем и пришла. Можно с тобой? А по дороге тебе всё подробно расскажу. Ну, или ещё чего захочешь, — мурлыкнула Келидана, погладив меня по колену.

А я понял, что ничего не хочу — баронесса выжала из меня все соки.

На искателе было откровенно тесно, единственная отдельная большая каюта у Мелич, и та, зараза, из неё уходить не захотела. По итогу спали мы там втроём, и Келидана, не стесняясь дочки, домогалась до меня.

— Гарод, можешь мне подарок сделать? — просит она меня утром.

— Сделаю, чего уж, — добродушно отвечаю я, поглаживая выпуклости Келиданы. — Что хотела?

— Госпожа Мелич, на горизонте корабли императора! — разрушает идиллию вошедшая после короткого стука в дверь офицерша экипажа.

— Ну, — не понимает Мелич, и я, кстати, тоже.

— На флагмане штандарт императора!

— Он в столице же, — хором говорим мы трое.

— Значит, кто-то из его наследников, из первой сотни причем, только они могут поднимать штандарт императора Хоста. И флот, который идёт сюда громадный, кораблей сорок, не меньше.

Глава 24

Я возвращаюсь на берег и ожидаю гостей. Упс. Зря. Это меня к ним дергают, а не они сами снизошли. Неизвестный мне принц Бартоломью Хост. Со мной плывет Ригард, Гато и Баркли, остальные заняты делом в порту — грузят награбленное.

— Немедленно предстать пред очи принца, — недовольно шевелит толстыми мясистыми губами посланник.

Даже позавтракать не дали! Да и доклады не принял, а ну как нарушили теократы наше соглашение, и моя армия уже вступила в бой с их? Тем не менее плыву на искателе Мелич, а он не маленький, но корабль принца оказался намного больше. Огромный исполин с флагом императора поражал не только величиной, но и богатством убранства. Позолочен был не только нос корабля, но и даже корзина наблюдателя. Причем, я уверен, это не краска под золото, а настоящий благородный металл. Высокие борта не позволяли протянуть мостик от нашего корабля к флагману, и нас поднимают на палубу на платформе, где тут же пытаются разоружить и обыскать. И если Баркли и Гато безропотно отдают свои мечи, то я с вызовом смотрю на встречающего нас офицера.

— Правила есть правила, — невозмутимо говорит целый полутысячник гвардии, рослый и абсолютно лысый дядя.

— Ваши правила меня не касаются, — встаю в позу я.

— О, эти мальчишки, — закатывает глаза военный. — А если ты сбрендишь и нападешь на принца?

— Что, у него нет возрождения в храме? — привожу аргумент я.

— Можно подумать у тебя есть? Откуда мне знать? Такие вещи секретны, — поясняет полутысячник.

«О как, а я простодырый всем рассказываю», — огорчился про себя я.

— Не хочешь пускать, давай обратно нас доставляй, — артачусь перед подневольным вообще-то человеком я, и, наверное, зря.

— Граф, может не стоит спорить? — тихонько предлагает Ригард. — Ты вообще маг, а мечом своим только зарезаться можешь. И то если повезёт.

Нехотя отдаю и меч и оба кинжала, но пресекаю попытку шмона — не по понятиям это. Ведут нас довольно широким коридором, позади шагает какой-то осанистый высокий старик и бубнит правила поведения. Я пропускаю мимо ушей. В школе по этикету у меня высший балл был. В кают-компании полно народу — человек двадцать в форме и десяток