Курс целительства и зельеварения в Ладдорской Академии читали две весьма примечательные особы. Что удивительно, одна из них была эльфийкой из Радужного Леса, а вторая – дроу из Грохочущих Камней. Светловолосая эльфийка была небольшого роста женщиной с хрупким телосложением, её синие глаза были такого же глубокого цвета, как майское нёбо. Фарфоровая кожа вызывала зависть у многих своей ухоженностью. Лирилиэль никогда не повышала голоса, её коллега справлялась за двоих, срываясь на крик даже без видимого повода, чем сильно ту раздражала.
Дроу Викраэ Годдевирр отличалась вспыльчивым и неуживчивым характером в сочетании с мускулистой фигурой с пышными формами, которые она аккуратно запихивала в обтягивающее короткое платье из чёрной кожи. Особенно она любила метать в головы нерадивых или тупых студентов колбы с зельями или особо вонючими ингредиентами.
– Госпожа эр Золь, к доске! Приготовьте нам дровское зелье для борьбы с мышами и крысами! – Нира с тоской посмотрела на подруг и нехотя выползла из-за парты.
– Госпожа эр Золь! – голос Викраэ Годдевирр оглушал даже на галёрке. – Судя по выражению вашего лица, вы опять не готовы к уроку… Если вы не в состоянии состряпать простенькое зелье, как вы собираетесь дальше учиться? Если вы не возьмётесь за ум, я лично буду требовать вашего отчисления… Марш на место, жду на отработке после занятий… – вслед провинившейся ведьмочке полетела колба с особо вонючей вытяжкой из задних лапок дровской пещерной жабы.
– Хорошо, госпожа Викраэ Годдевирр, – пролепетала Нира, бесясь про себя от того, что совершенно новое платье теперь придётся выбросить.
– Опаздывать и лениться не в ваших интересах, госпожа эр Золь. Вы сюда учиться пришли, а не искать выгодную партию или вздыхать под арфу менестреля…
Нира, побледневшая, как полотно, с ужасом поняла, что не может припомнить заклинание, которое превращает одежду в ядовитых пауков. Пробормотала первое попавшееся и увидела, как кожаный стильный наряд дроу превращается в скаредное платье дриады. Полупрозрачное чёрное кружево оказалось тёмной эльфийке весьма к лицу, но настроения ей это не улучшило.
– Госпожа эр Золь, мы сейчас с вами пройдём к ректору! – в глазах женщины зажглись лукавые огоньки, она прекрасно понимала, как отреагирует ректор на её внешний вид и выходку юной ведьмочки.
Профессор Викраэ Годдевирр выволокла провинившуюся студентку в коридор. Дверь захлопнулась, как капкан.
Невозмутимая Лирилиэль велела собраться, раскрыть тетради и начала перечислять наиболее известные травы Дровских гор, их свойства, способы заготовки и рецепты зелий с их использованием. Думать о судьбе эр Золь времени уже не оставалось, светлая эльфийка диктовала быстро и никогда и ничего не повторяла. Вторую половину пары преподавательницы всегда оставляли под выполнение практической работы.
– Итак, господа студенты, теория идёт впрок только, если она подкреплена солидной практической отработкой. Сейчас каждая из вас получит ингредиенты, инвентарь и задание сделать одно из сложных зелий на основе трав, произрастающих в Дровских горах. Настоятельно рекомендую готовиться не как милейшая эр Золь. Завтра у вас будет зачёт и лабораторная работа по данной теме.
Лика получила от вредной эльфийки рецепт, о котором им даже в лекции ничего не говорили, там использовалось хитрое сочетание из темноэльфийских трав, гномских снадобий и оркских вытяжек.
«Оооо, за что же они обе так меня невзлюбили! – простонала про себя ведьмочка. – Хотя, если всё сделаю правильно, они обе могут сменить гнев на милость. Хвостов у меня много, до сессии недалеко, конечно, я стараюсь, но сдавать осталось ещё порядком материала. Хотя бы лекции все переписала уже, и то хлеб. Главное, строго соблюдать очерёдность и пропорции, и всё должно получиться».
Как и следовало ожидать, Надя первая справилась с заданием, аккуратно записав в тетради для лабораторных работ, что и как она делала, какие эффекты приобрело изготовленное ею зелье, и в каких случаях его полагается прописывать больным. Лирилиэль, довольная успехами девушки, не поскупилась на похвалу и предложила приготовить состав эльфийского бальзама, который идеален для ухода за такими непослушными волосами, как у неё.
Как всегда, без курьёзов не обошлось. Гному Галиру эльфийка поручила сварить средство от икоты, зная, что целительские способности коренастого парня лежат в совершенно другой области. У него определённо был талант костоправа. Если у кого было растяжение или выбит сустав, шли прямо к нему. Магия исцеления в сочетании с даром сращивать сломанные конечности, делали его более чем скромные успехи в зельеварении, не заслуживающими пристального внимания. Стеклянная колба разлетелась в пыль из-за неравномерного нагрева. Хорошо, что защитные заклятья не дали никому пострадать.
Лика аккуратно добавила все ингредиенты в стеклянную колбу и аккуратно перемешала специальной палочкой из особого сорта древесины, долив дистиллированной воды. Осталось прокипятить полученный состав, и лекарство от ночных кошмаров должно быть готово. Воспламенив заклинанием таблетку гаурта, ведьмочка аккуратно закрепила сосуд в специальном зажиме и стала равномерно нагревать над огнём. Жидкость закипела и приобрела красивый изумрудный цвет. «Похоже, получилось»! – обречённо вздохнула девушка и подозвала профессора.
– Знаешь, Лика, я давно не видела такого великолепного результата у студентов вашего курса. У вас определённо есть способности. Госпожа Викраэ Годдевирр оказалась права в отношении вас. Впрочем, она редко ошибается в оценке талантов своих студентов. Так что и не надейтесь пофилонить: при таких способностях, как у вас, и спрос будет соответствующий! Я поставлю на это зелье знак качества. Его продадут в лавке при академии, и вы получите половину прибыли. За этот практикум ставлю вам пятёрку с плюсом. Надеюсь, учиться вам будет не так нудно и сложно, как госпоже эр Золь…
Таре досталось заковыристое варево от чесотки, которая была настоящим бедствием в Дровских горах. Впрочем, девушка сделала всё на совесть, тоже заслужив похвалу строгой наставницы.
Ректор Тион сидел у дальней стены кабинета, неспешно ведя теоретические расчёты возможности перемещения в пространстве и времени с применением разрешённых Кодексом видов волшебства и ритуалов. В благословенной тишине ничто не мешало работе. Витиеватые руны аккуратно ложились на дорогую бумагу. Серебряное стило, соприкасаясь с желтоватой поверхностью, озарялось зеленоватым свечением. Магическое заклинание, заложенное в основу изящной безделушки, меняло при соприкосновении саму структуру вещества. После воздействия на бумаге появилась ещё одна аккуратная руна. Был один недостаток: стереть написанное было невозможно никакими способами, в том числе и не магическими. Ни измельчить, ни сжечь лист с письменами было попросту невозможно, как и потерять, украсть или спрятать. Поэтому самым жутким наказанием для и преподавателей, и студентов было получение письменного взыскания или замечания от ректора Тиона. Серебряное стило он придумал и изготовил собственноручно, ещё в свою бытность аспирантом Академии Чароплётства
Ректор недовольно поморщился, когда в дверь настойчиво постучали. Так о своём приходе могла возвещать лишь одна дама в Академии. Неурочный визит госпожи Викраэ Годдевирр не сулил ничего хорошего. Профессор славилась на весь Ладдор своим огненным характером. Связываться со вспыльчивой дамочкой рисковали лишь очень немногие.
Викраэ Годдевирр появилась сразу же, как только Тион разрешил войти. Взбешённая чём-то дроу тащила за собой перепуганную до полусмерти ведьмочку.
Левая бровь эльфа удивлённо взлетела, когда он увидел, что коллега радикально поменяла имидж:
– Профессор Годдевирр, вы, конечно, в высшей степени привлекательная особа, но впредь я бы попросил вас воздержаться от столь экстравагантных нарядов на работе. Сделайте лично мне такое маленькое одолжение.
– Господин ректор, я не претендую на ваше особое внимание! – голос дровской фурии был полон такой желчи, что мужчина невольно пожалел несчастную студентку. – Я ещё этим утром была одета в свой обычный наряд.
– Тогда откуда взялось это? – в зелёно-голубых глазах ректора светилось столько любопытства, что скандалистка снизошла до объяснений и рассказала всё, перемежая повествование крепкой руганью на родном языке и кровожадными взглядами, которые она бросала на бледную, как полотно, девчонку.
