– Признаться, я боялась, что буду спать в какой-нибудь темнице, куда вас поместили, – сказала Сибель, начиная раздеваться. – Но ваши покои, по-моему, вполне комфортабельны. И уединенны.
Сибель проницательно, вопрошающе посмотрела на Диану: упоминание о темнице было связано с незавидным положением Иана.
– Тот мальчик... – тихо сказала Диана, – ты сказала правду, что ничего не знаешь о нем?
– Да, – ответила Сибель, – я не видела его с того первого дня.
Диана вздохнула и утешила себя, что, несмотря на все, мальчика по крайней мере должны хорошо кормить.
Свечи догорели, Диана разделась и вытянулась на кровати. Она знала, что Сибель быстро уснет. И все же она не переставала удивляться: как Сибель могла пройти пешком эти долгие мили пути?
Когда прошло первое волнение, вызванное внезапным и чудесным появлением Сибель, Диана позволила себе мысленно вернуться к Торнтону Мак-Кендрику. Он приказывает ей спать с ним! Этот самодовольный ублюдок, видимо, полагает, что она его собственность! Она поджала губы при этой мысли. Черт его побери! – кипела она от негодования. Она и не собирается идти!
Прошло несколько минут, и по ровному дыханию Сибель Диана поняла, что девушка уснула. Она приподнялась на локте и взглянула на дверь, ведущую в покои Торна. В своем воображении она представляла, как он кружит по комнате, возможно, прихлебывает вино из кубка и, затаив дыхание, терпеливо ожидает ее прихода.
«Что ж, пусть подождет!» – думала Диана. Она не побежит к нему в постель, как только он изволит поманить ее пальцем. В конце концов, она же Мак-Ларен! Чувствуя свою правоту, девушка вновь опустила голову на подушку.
Сибель устала, но спала чутко, настороженно, готовая уберечь свою госпожу от неприятностей. Когда раздался звук открываемой двери, Сибель немедленно проснулась.
В едва освещенном дверном проеме виден был огромный силуэт человека. Не повернув головы, он смотрел на ее госпожу. Она увидела, как Диана натянула мех до подбородка. Девушка продолжала тихо лежать, притворяясь, что спит. Прошла минута, показавшаяся часом, прежде чем человек заговорил.
– Итак, ваше решение, миледи? – Голос его был спокоен, лишен всяких эмоций.
– Уходите! – прошептала Диана.
Он шагнул вперед. Сибель напряглась, раздумывая, может ли она помочь своей госпоже. Диана подняла руку.
– Пожалуйста, – шепотом сказала она, – уходите! Я сейчас приду к вам.
Он помедлил некоторое время, затем повернулся и вышел. Дверь осталась открытой. Не взяв верхнюю накидку и туфли, Диана босиком пересекла комнату.
Сибель больше не могла хранить молчание.
– Моя госпожа, – мягко сказала она, садясь на ложе, – что-нибудь случилось?
Диана вздохнула и отвернулась:
– Нет, Сибель. Спи спокойно.
После ухода Дианы Сибель вновь улеглась на свой тюфяк и уставилась в темный потолок.
Она, как только ушла служанка, проводившая ее в покои, немедленно изучила расположение комнаты. Одна дверь из нее вела в коридор. А другая – в покои графа. Диана вошла в эту дверь.
По своей воле? Да. Сибель не могла поверить. Диана сегодня ночью по собственной воле вошла в соседнюю комнату. И Сибель не нужно было объяснять зачем. Она знала.
Ни один мужчина, взявший женщину в плен, не упустит случая воспользоваться ею. Сибель не была наивной. Наивность она потеряла одновременно с девственностью. Женщина может сопротивляться, но ей все равно придется подчиниться.
Устроившись поудобнее, Сибель вздохнула.
Непривычное чувство покоя овладело ею. Сначала она не могла понять, отчего оно возникло. Потом она вдруг поняла, что чувствует себя здесь безопасней, чем в Сидене, где родилась и выросла.
Ее мать была троюродной сестрой отца Дианы. Кем был ее отец, Сибель так никогда и не узнала. Она была всего четырех лет от роду, когда ее мать унесла та же болезнь, что и мать Дианы. И со смертью матери для нее наступили тяжелые времена. Пока мать была жива, Сибель любили и оберегали. После она ощутила на себе весь ужас положения незаконнорожденной. Пока она не попала под покровительство Дианы, насмешки и оскорбления градом сыпались на нее. А после вновь наступило счастливое время. Потом Диана уехала к королевскому двору. Вскоре после этого Роберт надругался над ней, и опять жизнь ее стала кошмаром.
Сибель слушала, наклонив голову. Но из смежной комнаты не доносилось ни единого звука. Отсутствие криков успокаивало. Что бы ни случилось, ее госпожа, похоже, не расстроена. С этой мыслью Сибель опустила голову на подушку и заснула.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Войдя в покои Торна, Диана плотно закрыла за собой дверь. Торн стоял напротив очага и повернулся к ней, но не сказал ни слова. Вместо этого он многозначительно посмотрел на часы.
– Вы опоздали, – сказал он, – уже почти час ночи.
Мгновение Диана стояла не шевелясь, чувствуя, как в ней закипает гнев.
– Никогда больше не делайте так! – процедила она сквозь зубы. Она дрожала от переполнявшего ее бешенства.
Торн зевнул. Прежде чем он успел ответить, Диана продолжила тем же тоном:
– Я могу быть вашей пленницей. Но не позволю обращаться со мной, как со служанкой! Вы не имеете права приказывать мне спать с вами, словно я – одна из ваших влюбленных служанок!
Он поджал губы.
– Нравится это вам или нет, но пока вы находитесь в моем замке, вы будете делать то, что я прикажу!
Наперекор ему Диана еще выше вздернула подбородок.
– Я скорее предпочту подземелье! – Она была так взбешена, что действительно верила в это.
– Это можно легко устроить.
Торн шагнул вперед, но Диане некуда было отступать – позади нее была закрытая дверь. Но она не отвела взгляд, видя, что он приближается к ней. Мак-Ларены никогда не отступали и не просили пощады в битве. Она не могла показать свою слабость и тем опозорить свой клан.
– Ты начинаешь решительно выводить меня из себя, дерзкая девчонка! – проворчал он, останавливаясь прямо перед ней.
Она подняла голову и взглянула ему в глаза.
– А ваш способ обращения действует мне на нервы, – ее тон ничуть не смягчился.
– Ты понимаешь, что у тебя нет права разговаривать со мной в таком тоне! – сказал он.
Успокоившись, он медленно улыбнулся. Увидев это, Диана насторожилась. Его гневу она могла противостоять и ответить ему тем же. Но этой невинной улыбке явно нельзя было доверять.
– Вы однажды предложили мне померяться силами, – мягко и задумчиво сказал он. Диана насторожилась еще больше, когда он продолжил: – Условие было такое: если вы победите меня на мечах, я отпускаю вас домой.
– Но вы обманули меня! – сказала она, вспомнив тот случай и смущенно зардевшись.
