– Но вы обманули меня! – сказала она, вспомнив тот случай и смущенно зардевшись.
– Итак, вы предложили свои условия, – равнодушно сказал он, и Диана заметила, что он не стал ничего оспаривать. – А теперь, миледи, я в свою очередь хочу предложить вам небольшое соревнование.
– Какое же? – спросила она так тихо, как только могла. Если он попытается одолеть ее, она будет драться, как подобает Мак-Ларенам. Но отказаться от идеи было нелегко.
Торн отошел в другой конец комнаты и налил себе бокал вина. Повернувшись, он вопросительно посмотрел на нее.
– Нет, – твердо сказала она. Сегодня вечером она выпила достаточно вина. Еще один бокал и она может опьянеть. И если он на это рассчитывал, ему придется горько разочароваться.
Почувствовав, что начинает зябнуть, Диана потерла руки.
– Так вы собираетесь говорить, в чем состоит ваше предложение? Или мне надо догадаться? – спросила она с некоторой издевкой. – Мне показалось, вы говорили о каком-то соревновании?
Он кивнул:
– Если после пяти минут, проведенных со мной в постели, вы захотите встать и уйти, я не буду вас задерживать.
В первый момент она взглянула на него с изумлением. Ей не верилось, что она сможет выбраться отсюда гак легко! Но вглядевшись в его лицо, она поняла, что он говорил вполне серьезно.
Диана успокоилась и улыбнулась. Если так, то этот парень слишком доверчив, самодовольно подумала она. Ведь это совсем нетрудно – пять минут!
– По часам, – серьезно сказал он.
Она вздохнула.
– Согласна, – и направилась к постели.
– Но, – остановил Диану его голос, – вы должны быть обнаженной.
Она повернулась к нему, почуяв подвох.
– Почему?
Торн поднял бровь.
– Если вы пять минут будете раздеваться, это же будет нечестно, правда? Конечно, если Мак-Ларен не в состоянии бороться на справедливых условиях, лучше сразу присудить победу Мак-Кендрику.
– Вам не победить меня! – с жаром воскликнула она. И сбросила с себя одежду быстрее, чем когда-либо.
Торн решил не глядеть на нее, понимая, что в противном случае она сразу победит.
– Ложитесь в постель, – сказал он. – После того, как я присоединюсь к вам, мы начнем отсчет времени.
Диана сделала, как он сказал. Она уселась на постели, выпрямив спину, и стала наблюдать, как он раздевается. Он встал напротив очага и протянул к нему руки, явно наслаждаясь теплыми отблесками пламени, золотившими волосы на его теле. «Бог мой, как их много!» подумала Диана. Его руки, грудь и длинные мускулистые ноги были покрыты золотистыми волосами.
Он подошел к кровати и встал, расставив ноги и уперев руки в бока. Взглянув на него, Диана поняла, что стимулировать его возбуждение не придется. Она нервно заерзала, представив эти руки, эти губы на ее чувствительном теле.
– Ну как, вы готовы? – спросил он с улыбкой. Она прокашлялась, чувствуя, как под ложечкой появляется непонятное возбуждение.
– Пять минут! – напомнила она.
– Согласен. По часам.
Торн лег позади Дианы. Она почувствовала жар, идущий от его тела, раньше, чем он коснулся ее.
– Время уже пошло? – словно со стороны, услышала она свой лепет.
– Это вы следите за временем.
Она глубоко вздохнула и взглянула на часы. Без трех минут час. Тогда, взяв себя в руки, она сказала:
– Что ж, прекрасно. Можно начинать.
Торн хмыкнул, заметив, как вздымается и опускается ее грудь от участившегося дыхания.
– Вы уже начали, миледи, – прошептал он и нашел ее губы.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Открыв глаза, Диана повыше натянула на себя меховые шкуры, ежась от утренней прохлады, и повернула голову, чтобы взглянуть на Торна. Он крепко спал. Она улыбнулась. Во сне он выглядел моложе – и не таким самоуверенным.
Удержавшись от желания коснуться его, она выскользнула из-под теплых одеял и встала с кровати. Подобрав с пола свою ночную рубашку, которую сбросила прошлой ночью, она быстро натянула ее на себя. Потом вернулась в свою комнату. Но в этот ранний час Сибель уже не спала и ждала приказаний своей госпожи.
Диана закусила губу. Она надеялась незамеченной проскользнуть в свою постель.
– Тебе незачем вставать так рано, – мягко упрекнула она.
– Я встала не раньше, чем обычно, – сказала Сибель.
Диана кивнула.
– Надеюсь, ты хорошо отдохнула, – слабым голосом сказала она.
– Да, хорошо.
Не сказав больше ни слова, Сибель направилась к очагу и начала разжигать огонь. Наблюдая за ее действиями, Диана глубоко вздохнула. Она прекрасно понимала, что от хорошей служанки невозможно ничего скрыть, а Сибель была одной из лучших.
– Ты будешь думать обо мне хуже после того, что я сделала? – наконец спросила она.
Сибель покачала головой и честно ответила:
– Нет, миледи. – Она отложила кочергу и протянула руки к Диане: – Вы не можете сделать ничего, что заставило бы меня разочароваться в вас.
– Ах, Сибель! – Диана провела рукой по лицу. – Ты заслуживаешь гораздо большего.
– И вы, миледи, – мягко шепнула Сибель.
Она прошла через комнату к двери и уже собиралась громко постучать и позвать слуг, но, к своему изумлению, увидела, что дверь не заперта. Повернувшись к Диане, она сказала:
– Граф предоставляет вам достаточно свободные условия жизни.
Диана отвела глаза.
– Я дала слово, что не покину замок, пока обмен не будет совершен.
Сибель наклонила голову в знак того, что других объяснений не требуется.
Выглянув в коридор, Сибель подозвала первого попавшегося слугу и попросила его распорядиться, чтобы приготовили ванну для Дианы. Отправив слуг, она помогла Диане забраться в ванну, наполненную теплой водой.
Сибель суетилась вокруг нее, но Диана не обращала на это внимания. Она настойчиво, но безуспешно пыталась забыть прошедшую ночь. Этот самоуверенный нахал выиграл спор! Она не могла понять, что за чудесной силой обладает этот мужчина, разбудивший в ней такую страсть! Застонав, Диана прикрыла глаза рукой, словно пытаясь защититься от собственных воспоминаний.
Рано или поздно она должна встретиться с ним. Ей придется выдержать взгляд этих понимающих глаз и его насмешливую улыбку. Эта мысль казалась такой невыносимой, что чувство стыда жгло еще сильнее, чем в ту ночь.
Как она только могла согласиться на этот дурацкий спор? Диана скрипнула зубами. Но ведь согласилась она только потому, что была уверена, что останется равнодушной к этим обжигающим поцелуям, жаркому дыханию его рта, скользящему по ее телу, в то время как часы еще даже не пробили час!
«Матерь божья!» – мысленно взмолилась она, почувствовав горячую волну, прилившую к щекам. Прежде чем закончилось назначенное время, она действительно стала пленницей Мак-Кендрика в полном смысле этого слова.
