– Вы храбрая девушка, – сказал ей Энгус через некоторое время. – Одной пройти такой путь...
– Ну что вы! – смущенная его словами, горячо возразила Сибель.
Он задумался и отрицательно покачал головой:
– Я бы дважды подумал, прежде чем отправиться одному в такой путь даже на лошади, не говоря уж о том, чтобы идти пешком. И добравшись сюда, вы еще не знали, как вас примут. Вы, наверное, ожидали, что не успеете ступить на двор замка, как вас сразу заключат в тюрьму.
– Если бы моя госпожа была там, я с радостью присоединилась бы к ней, – заявила Сибель.
Энгус, поколебавшись некоторое время, спросил:
– А вас не хватятся в Сидене?
Она не ответила, и Энгус решил больше не расспрашивать. Они подошли к каменистому берегу, и он взял ее за локоть.
– Здесь очень скользко, дорогая. Смотрите под ноги, – он поддерживал ее, пока они не дошли до кромки воды.
Дальние берега Минх, огромного водоема, представлявшего собой залив Северного моря, в тот день были скрыты густым туманом, который поднимался и смешивался с низкими облаками.
– Вода сегодня неприветлива, – сказал Энгус.
– Да.
Он повернулся к ней и пристально рассматривал ее некоторое время, потом тронул рукой волосы под шалью и сказал:
– У моей жены были волосы того же цвета, что и у вас.
Сибель испуганно отвела его руку.
– Я вовсе не ваша жена, – резко сказала она. – И не смейте касаться меня так!
Он отступил на шаг:
– Ну конечно, вам неприятны знаки внимания такого старика, как я.
Сибель взглянула на него и увидела боль в мягких карих глазах.
– Вы вовсе не старый, – мягко сказала она, уже жалея о своей резкости. Он не ответил и спустя некоторое время она спросила:
– Ваша жена умерла, да?
– Да, – его тон смягчился. – Уже десять лет как.
Она взглянула на него с изумлением:
– И вы больше не женились?
– Я не встретил женщину, с которой мне хотелось бы провести больше чем одну ночь, – просто ответил он.
– Она умерла от болезни? – не без колебания спросила Сибель.
Он покачал головой:
– Нет. Это случилось по пути в Эдинбург. Однажды вечером на нас напали разбойники. Хотя мы вдвойне превосходили их по силе, я до сего дня не могу понять, почему они были так глупы и атаковали нас. Их было меньше двадцати. И мы всех положили. С нашей стороны были убиты только двое. Отец Торна и моя Адель.
– Вы любили ее? – прошептала она.
Он кивнул:
– Очень.
Она прикусила губу.
– И я напоминаю вам ее?
Энгус наклонил голову.
– Сначала напоминали.
Она потянулась, чтобы кончиками пальцев коснуться его щеки, и Энгус взял ее руку в свою. Он медленно поднес ее к губам и стал нежно целовать кончики ее пальцев. У Сибель перехватило дыхание, и она отпрянула.
Они пошли вдоль берега в молчании, которое не было натянутым, напротив – уютным. Наконец Энгус взглянул на небо:
– Надо возвращаться. Мне кажется, скоро будет дождь.
Сибель кивнула, но, когда он попытался взять ее за руку, отпрянула.
Он нахмурился и спросил:
– Вы боитесь меня, милая девушка. Но почему? Я не причиню вам зла.
Она вздернула подбородок:
– До того момента, пока не затащите меня в постель!
Он еще больше нахмурился:
– Если вы и окажетесь со мной в постели, то только потому, что сами того захотите.
– Вы откажетесь от меня, – сказала она. – Я не девственна.
Энгус молчал, потом осторожно спросил:
– Вы хотите рассказать мне об этом?
– А что вы хотите услышать? – ядовито спросила она. – Как граф Сиденский решил поиграть со мной? Или как его жена с помощью кинжала выразила мне свое недовольство по этому поводу?
– Поиграть с вами?
Его напряженный тон удивил Сибель.
– Если вы думаете, что это было с моего согласия, то ошибаетесь! – пояснила она.
Энгус успокоился и широко улыбнулся.
– В таком случае, вы по-прежнему девственны, – уверенно сказал он.
Сибель остановилась, взглянув на него. Она еще не видела мужчины, который не ставил бы девственность в женщине превыше всего. С таким взглядом она еще не сталкивалась.
– Вы странный человек, Энгус Мак-Кендрик, – наконец произнесла она.
Он расхохотался, запрокинув голову.
– Нет, просто я вам кажусь странным.
Сибель и Энгус вошли во двор одновременно с Торном и Дианой. С некоторым смущением Сибель заметила, как раскраснелось улыбающееся лицо Дианы, когда Торн помогал ей сойти с лошади. Она никогда не видела Диану такой сияющей. Она была как женщина, которая...
Сибель прижала пальцы к губам. «Ох, только не это! – в ужасе подумала она. – Судьба не может быть такой жестокой».
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
В этот облачный полдень Диана из своего окна наблюдала за суетой, царящей внизу во дворе. Грумы и конюхи с усердием ухаживали за лошадьми, кормили и поили их. Энгус ходил и раздавал приказания, которые немедленно выполнялись.
Вчера утром в Рат-на-Иолар явились нежданные гости клан Кармайклов старые друзья и союзники Мак-Кендриков. Они привезли с собой бардов и менестрелей из Инвернеса. Приветствуя гостей с непоказным радушием, Торн убедил их остаться и устроить праздник.
Сибель вошла в комнату, и Диана отвернулась от окна. Личико служанки пылало от возбуждения.
– Ох! Если бы вы видели сегодняшние приготовления к празднику! – воскликнула она. – Такого торжества я еще не видела! Каплуны и рыба! Оленина и свинина! В каждой комнате по вертелу, и на кухне, и в большой зале!
Диана улыбнулась, глядя на возбужденную Сибель:
– Я догадалась, что ты рано или поздно явишься на кухню!
– Там три печи! – задыхаясь от восторга, сказала Сибель. – Одним хлебом можно накормить целую армию. А свечи... – Она остановилась, чтобы перевести дыхание.
Диана подняла бровь и засмеялась:
– Что же такого необыкновенного может быть в свечах?
– Повар сказал мне, что они сделаны из лучшего пчелиного воска во всей Шотландии, – доверительно сообщила Сибель. – Даже у короля нет таких!
– Ну что ж, – сказала Диана, когда Сибель выдохлась, – если я хочу соответствовать всем этим чудесам, лучше мне одеться.
Сибель быстро подошла к Диане, помогла ей снять платье и, одевая ее, прошептала:
– Моя госпожа, меня же не заставят прислуживать мужчинам, когда они принимают ванну?
Диана удивленно взглянула на Сибель:
– Откуда у тебя такие мысли?
Служанка облизнула губы.
– Просто у меня такое ощущение, – она, – что все комнаты в замке заняты Кармайклами и остальными. И я слышала, что одна из служанок сказала, что они зашиваются. Их очень мало, они не поспевают.
Диана, уже одетая, похлопала Сибель по плечу.
