Конечно, известие оказалось для нее настоящим шоком – это Кевин прекрасно понимал. Но сейчас для Саманты тот факт, что он оставил ее в заблуждении, был важнее, чем то, что ее младшая незамужняя сестра ждет ребенка. Кевин не мог по-настоящему винить Саманту в том, что она злится, и в другой ситуации постарался бы успокоить ее. Но не теперь. Ее ночной разговор по телефону не давал ему покоя. Кевин почти не спал, терзаясь мыслью о том, что она могла разговаривать с Тимом, что тот снова решил запустить в нее когти. И мысль эта была для него непереносима.
Она преследовала его и днем, мешая сосредоточиться и нормально работать. А вечером, придя с работы и обнаружив, что начисто лишился аппетита, Кевин понял, что ему просто необходимо встретиться с Самантой. Правда, он не очень представлял себе, как задавать вопросы о Тиме так, чтобы это не прозвучало, как обвинение, но зато твердо знал, что должен поговорить с девушкой откровенно. Тем более что порой все мысли Саманты можно было прочесть по ее лицу.
Однако сегодня, похоже, был не тот случай. Лицо Саманты сейчас действительно было, как открытая книга, но единственное, что в нем сейчас читалось, – это гнев, причем направленный против него. Не самое удобное время для того, чтобы задавать вопросы о ее личной жизни до знакомства с ним.
– Что ж, теперь ты хотя бы знаешь, зачем я к вам приезжал, – невесело усмехнулся Кевин.
– Вовсе нет. Я до сих пор не знаю ничего существенного, – сурово отозвалась Саманта. – Кто он? Когда и как это случилось?
– Я полагаю, мы оба знаем, как это случается, – спокойно заметил Кевин. – Когда точно, не знаю, хотя могу предположить, что малыш появится на свет где-то в середине февраля, ко дню святого Валентина. А вот кто… – Он вздохнул. – По-моему, твой отец тоже хочет получить ответ на этот вопрос, но Кассандра упорно не желает на него отвечать.
Саманта покачала головой. Она уже забыла, что была зла на Кевина, сейчас все ее мысли были с сестрой.
– У Кэсси, насколько я знаю, даже нет постоянного молодого человека, – задумчиво сказала она, словно разговаривая сама с собой. Тем более такого, с кем она могла бы… – Тут она резко вскинула голову, и ее глаза сверкнули. – Но ведь хоть что-то она тебе сказала. Или ответ на этот вопрос – тоже нарушение профессиональной этики?
– Совершенно верно, – ровным тоном отозвался Кевин и вдруг совсем невпопад заметил, что подаренные им накануне желтые розы красиво расставлены в вазе из богемского стекла. После сегодняшнего вечера они скорее всего окажутся в мусорной корзине, с грустью подумал он и со вздохом прибавил. – Саманта, мне кажется, что об этом тебе надо говорить не со мной, а с твоей сестрой. Ведь она…
– Она не станет со мной разговаривать, – сердито оборвала его Саманта. – Ты же слышал – она считает, что я в сговоре с тобой и нашим отцом.
Что ж, это, конечно, верно, но все равно не дает ему права обсуждать Кассандру Максуэлл, даже с любящей старшей сестрой! Тем более что он пришел сюда говорить вовсе не о Кассандре!
– В таком случае, – ответил он, подняв руки в знак поражения, – советую тебе разубедить ее.
Саманта продолжала сердито смотреть на него. Она была такая красивая, зеленая тенниска и облегающие брюки цвета бутылочного стекла так шли к ее глазам. Кевин машинально отметил это и тут же одернул себя. Он здесь сегодня не ради того, чтобы обращать внимание на красоту Саманты.
А для чего, он вообще сюда пришел? Чтобы спросить прелестную женщину, с которой познакомился всего несколько дней назад, которая ему безумно нравилась и с которой он накануне чуть не занялся любовью, не состояла ли она в любовной связи с человеком, едва не разрушившим жизнь его сестры? Феноменально!
Кевин невольно содрогнулся. А ведь еще час назад он был полон решимости задать этот вопрос. Слава Богу, что сейчас это невозможно. Начни он сейчас расспрашивать, и есть шанс, что ваза с желтыми розами полетит ему в голову.
– Мне очень жаль, Сэм, – тяжело вздохнул Кевин. – Я понимаю, что от меня мало толку. Но ты, судя по всему, очень близка с Кассандрой, иначе она бы сюда не пришла…
– Никто не зовет ее Кассандрой, – рассеянно перебила его Саманта, снова уйдя в свои мысли. – И после сегодняшнего вечера наша, как ты выразился, близость скорее всего закончится. Боже мой! – с горечью воскликнула она. – Кэсси позвонила и попросила разрешения приехать и поговорить по важному делу. Теперь я понимаю, что это было за дело. Она наверное хотела рассказать о своей… беременности. – Саманта запнулась, она явно все еще не в силах была смириться с тем, что ее сестра ждет ребенка. – И не успела она зайти, как…
– Явился я и все испортил, – закончил Кевин.
– Я не это хотела сказать, – смутилась Саманта.
– Но ты так подумала.
– В общем, да, – призналась девушка. – У Кэсси явно что-то на уме, – нахмурилась она. – У нее какие-то проблемы с беременностью? В этом все дело? Или и этого ты тоже не можешь мне сказать?
– Если бы были проблемы, то не мог бы, – спокойно отозвался Кевин. – Но насколько я могу судить, Кассан… то есть Кэсси – нормальная, здоровая двадцатидвухлетняя женщина, и ее единственная проблема на данный момент – сильные приступы тошноты по утрам, которые, надо надеяться, через несколько недель прекратятся.
– Тогда я ничего не понимаю, – не сдавалась Саманта. – Что?..
– Твоя сестра нормальная здоровая женщина, – продолжал Кевин., – Но она не замужем, и, по твоим словам, у нее никого нет. Как ты думаешь, в этой ситуации могут у нее возникнуть сомнения по поводу того, стоит ли оставлять ребенка? – Яснее выразиться он не мог, не разгласив тайны пациентки, пусть даже бывшей. Саманта вопросительно смотрела на него – смысл его слов явно дошел до нее не сразу.
– Боже милостивый, – наконец слабо прошептала она и рухнула в кресло. – Кэсси не хочет оставлять ребенка? Это и есть то решение, которое она должна принять сама?
– А ты как думаешь? – спокойно спросил Кевин. Подойдя к столику, где стояли напитки, он плеснул Саманте бренди на донышке бокала.
Она благодарно приняла у него бокал и глотнула бодрящей обжигающей жидкости.
– Разумеется, это Кэсси должна решать сама, – после паузы сказала девушка. – Но…
– Кэсси считает, что никаких но не существует, – мягко сказала Кевин, присаживаясь на корточки перед креслом, в котором сидела Саманта.
– Наверное, она права – в том, что касается вмешательства семьи, – согласилась Саманта. – Но отец ребенка…
– Бог его знает, кто он.
Саманта яростно сверкнула глазами на мужчину.
– Могу заверить тебя, что если Кэсси беременна…
– Она беременна, – подтвердил Кевин, понимая, что разговор зашел слишком далеко, чтобы говорить недомолвками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
