Лорел понимающе улыбнулась в ответ и отпила немного вина, сохраняя на лице прежнее безмятежное выражение.
Саманта едва удержалась, чтобы не захихикать, и подошла к отцу, чтобы поцеловать его на прощание. Она искренне надеялась, что Лорел знает, что делает. Ее папаша мог быть весьма безжалостным, если ему приспичило что-то выспросить. А сейчас он явно заинтересовался отлучкой Лорел и появившейся у нее личной жизнью.
По пути домой настроение у Саманты снова испортилось. Она не солгала отцу, сказав, что у нее встреча в городе. Но, увы, встречалась она не с Кевином, а на данный момент он был именно тем человеком, с кем ей больше всего хотелось увидеться.
Может, он оставил сообщение на автоответчике? Впрочем, даже если нет, это ничего не значило: многие люди, включая и ее саму, не очень-то жаловали автоответчики.
Хватит придумывать оправдания, велела она себе. Если Кевин хочет с ней пообщаться, то наверняка дозвонится, А судя по тому, как они расстались накануне, он явно хотел продолжать их отношения.
К тому времени, когда Саманта добралась до своей квартиры, она чувствовала себя разбитой. И отсутствие мигающего сигнала на автоответчике не прибавило ей бодрости.
Однако через полчаса должна была приехать Кэсси, и Саманта волей-неволей должна была встретить сестру. Времени у нее оставалось лишь на то, чтобы наскоро принять душ и кое-как привести себя в порядок. Саманта всегда была рада повидаться с младшей сестренкой, хотя о чем сейчас пойдет разговор, ей было невдомек. Просьба сестры увидеться по важному делу застала ее врасплох, ведь, насколько ей было известно, Кэсси ничего не знала о болезни их отца.
Чего тут гадать, – решила она, суша волосы феном, – пусть лучше Кэсси сама все расскажет. В конце концов, это она попросила о встрече, а не я.
Двадцать минут спустя, открыв сестре дверь, Саманта отметила, что та все еще неважно выглядит. Кэсси была очень бледна и, похоже, даже похудела. Но выглядит все равно прелестно, подумала Сэм, с нежностью глядя на сестру. Кэсси была худенькой высокой блондинкой с глазами почти такими же, как у Саманты, только более синими, а бледность и худоба придавали ей почти неземную воздушность, от которой, по мнению Саманты, многие мужчины потеряли бы голову в мгновение ока.
– Знаю – я ужасно выгляжу, – заявила Кэсси, входя в квартиру. В отлично сидевшем на ней черном брючном костюме с блузкой цвета морской волны она выглядела безупречно элегантной. В семье даже шутили, что Кэсси еще с колыбели требовала себе пеленки от лучших модельеров.
– На самом деле я как раз подумала, что ты выглядишь потрясающее, – заметила Саманта, закрывая дверь и следуя за сестрой в гостиную. – Хотя, по-моему, тебе все же стоит сходить к врачу, – с тревогой прибавила она, ибо в ярком свете гостиной лицо Кэсси казалось не просто бледным, но каким-то желтым.
Кэсси устало опустилась в кресло.
– Да был у меня уже врач, – простонала она.
– Что ты говоришь? – ахнула Саманта. Кэсси отказывалась общаться с врачами с тех пор, как в пятилетнем возрасте ее уложили в больницу, чтобы удалить миндалины. Должно быть, дело обстояло очень серьезно, раз она все же заставила себя обратиться к доктору.
– Угу, – мрачно кивнула Кэсси. – Тебя не очень затруднит приготовить мне чашечку чая? Эрл Грей, если он, конечно, у тебя есть, – попросила она. – Я только что с работы и еще не успела заехать домой.
– Пошли в кухню, – скомандовала Саманта. – Я сделаю чай, а ты сядь, ради Бога, не то свалишься, – велела она, ставя воду на плиту. И с упреком покачала головой, потому что в кухне Кэсси показалась ей еще бледнее. – Раз ты так больна, Кэсси, по-моему, тебе не надо бы сейчас ходить на работу.
Ее сестра лишь слабо улыбнулась.
– Никогда не могла понять, зачем ты держишь здесь эту громоздкую бандуру, – сказала она, жестом указывая на монументальную кухонную плиту. – Поразительно, как это она еще не проломила пол и не грохнулась на соседей.
– Не увиливай, Кэсси, – строго сказала Саманта, ополаскивая чайник горячей водой. – Неудивительно, что Генри так о тебе беспокоится, – прибавила она, а про себя подумала, что отцу, помимо своих проблем, не хватало только болезни дочери.
Внезапно лицо Кэсси приняло настороженное выражение.
– Папа тебе что-то про меня говорил?
– Ничего он не говорил, – честно призналась Саманта, вручая сестре чашку горячего чая. – Да в этом и нет необходимости. Я и так знаю, что он за тебя волнуется.
– Если бы он только волновался, – вздохнула Кэсси. – Но, к сожалению, он еще и… – Она замолчала, потому что в это время зазвонил домофон. – Ты кого-то ждешь? – удивленно спросила она у сестры.
Нет, Саманта никого не ждала. Однако не было смысла отрицать, что в глубине души она надеялась, что Кевин все же объявится. Может, он решил, что лучше заехать, чем звонить?
– Сейчас посмотрю, кто там, – отозвалась Саманта и поспешно выскочила из комнаты, не дав сестре вставить слова. Кэсси сейчас, конечно, была явно не в том настроении, чтобы с кем-то встречаться, но и гнать Кевина, если это он, Саманта тоже не собиралась.
Она нажала кнопку домофона.
– Кто там? – настороженно спросила она.
– Сэм, это Кевин. Можно мне подняться?
– Да! – выпалила Саманта, не дожидаясь, пока он закончит фразу, и трясущимся от волнения пальцем нажала другую кнопку, открывающую замок.
Кевин все-таки приехал!
При мысли о том, что сейчас она снова его увидит, сердце подпрыгнуло в груди. Как теперь разбираться с Кэсси, Саманта понятия не имела, но решила, что что-нибудь сообразит.
Обернувшись, она увидела, что ее сестра медленно выходит из кухни.
– Ну как, тебе получше? – спросила она, нарочно затягивая время, чтобы не отвечать на вопрос, читавшийся в лице Кэсси.
– Мне еще не скоро станет лучше, – пробормотала Кэсси и вдруг с любопытством наклонила голову. – Что я вижу – ты покраснела?
Точнее будет сказать, побагровела, подумала Саманта. И это при одной мысли о том, что сейчас увидит Кевина!
– Кэсси, я… – Она взволнованно облизнула губы, и в ту же секунду раздался звонок в дверь, оповещавший о том, что Кевин уже поднялся. – Подожди, я открою, а потом все тебе объясню.
– Ладно, – неохотно согласилась Кэсси.
Кевин, как всегда, показался Саманте совершенно неотразимым. Он был одет по-будничному: в облегающие хлопковые брюки и темно-синий кашемировый свитер. Впрочем, настороженное выражение его лица не предвещало ничего хорошего, и сердце у Саманты сразу упало.
– Надеюсь, я тебя ни от чего важного не оторвал, – вежливо произнес он.
Ее-то нет, а вот Кэсси!
– Нет, конечно, – непринужденно заверила его Саманта. – Проходи. – И она тепло улыбнулась. В конце концов, его настороженный вид мог объясняться тем, что, раз он вчера не позвонил, то теперь не был уверен в том, какой прием его ждет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
